Фильм 1972 года «Железная роза» - сугубо мистическая лента, в которой, тем не менее, нет ни одного мистического существа (ни вампиров, ни зомби, ни оборотней). Однако чрезмерно много сумрачной эстетики, в итоге апеллирующей к тайным пластам наследия «розенкрейцеров», на что указывают розы на кладбищенских крестах, одна из которых становится сувениром в руках юной, но так и оставшейся безымянной девушки, блестяще сыгранной Франсуазой Паскаль. Хотя оная была в первую очередь известна не в качестве актрисы, но как фотомодель.
Создавший эту ленту режиссер Жан Роллен в своё время заслужил массу нареканий, но не по причине провокационности сюжетов и художественных методов их воплощения на экране, а, де, он являлся оппортунистом, сторонившимся как социальных, так и политических вопросов. Некроэстетизм на фоне студенческих революций выглядел как сколок ХIX века с «проклятыми поэтами» и сумрачными образами Лотреамона.
Роллен же будто бы намекал, что выше всех сиюминутных сотрясений духа, а потому обращался к теме, безусловно, вечной – постижению смерти. С некоторыми оговорками его ленты «Гроздья смерти» и «Железная роза» являются апогейными в данном процессе. Хотя «Железная роза» и создана средствами незамысловатыми.
Если не считать открывающего эту картину эпизода свадьбы, то в фильме - только лишь два персонажа: безымянные «он» и «она» - которые как раз на упомянутой выше свадьбе познакомились. Он придает себе вид «чёрного романтика», декламирует сумрачную поэзию. В духе подобной поэтики предлагает провести пикник на кладбище.
Именно после «Железной розы» становится понятно, откуда взялась тема развлечений в неподобающих для этого местах из молодежных фильмов ужасов 80-ых годов. Пикник постепенно перешел в стадию забав более «серьезных», а потому парочка уединилась в склепе, створки которого напоминали какой-то бункер, в котором обычно укрывались от катастроф.
Сложно сказать, что именно произошло, то ли девушка и юноша потеряли счет времени, то ли они настолько приглянулись кладбищу, что оно их поглотило, но в любом случае, когда они вновь распахнули створки, то вместо ожидаемого вечера уже была непроглядная ночь. Причем кладбище превратилось в ту самую локацию, «откуда нет выхода». Некий Мертвый Град, чья структура напоминает ленту Мёбиуса, по которой в итоге выходишь вновь на только что покинутые места.
И тут происходит трансформация. Юноша растерян, он более не хочет походить на Бодлера, а девушка напротив обнаруживает в себе черты служительницы Танатоса, чем молодого человека пугает ещё больше. Пришло время перемены ролей.
Девичьи уста повторяют магическую формулу о единстве живых и мертвых, а действие будто бы останавливается. Всепоглощающая ночь на безграничном кладбище становится основой эстетики нового вида. Вы перенесены по ту сторону страхов и представлений о прекрасном. Вы будто бы оказались на планете внутри планеты, точнее говоря, словно посреди провинциальной Франции раскрылась «чёрная дыра».