Помнится, лет десять тому назад российские эмигранты, которые давно уехали за рубеж, считали, что наше общество излишне милитаризировано. Без злобы считали, просто подмечали и недоумевали над девочками-мальчиками в солдатской форме (кадетские классы и детсадовцы на 9 мая), над нашей любовью к парадам и танковым биатлонам, гонкам героев. Им тогда казалось, что эта милитаризация превратит всю страну в агрессивное воинство.
Не правильно им казалось. Никакой милитаризации не было. А была лишь её напускная видимость. И мы оказались не готовы к последующим событиям, кардинально изменившим мир. И это не правильно. Мы всегда готовимся и никогда не готовы. И учиться приходится на ходу, на своих ошибках. А в воинственных людей нас превращает не милитаризация, а наглый обман, попытки унижения и несправедливость. И генетическая ненависть к фашизму во всех его проявлениях. Мы знаем цену жизни. И цену смерти мы тоже знаем.
Мы долго запрягаем и быстро едем. Нас можно долго злить, но если нас разозлить — пощады врагу не будет, так уж повелось. И в то же время нет добрее русского солдата, который последним куском хлеба поделится с поверженным врагом. Это тоже в нас генетически заложено.
Насчет неготовности. Сейчас спохватились. Член Совфеда РФ от Курганской области Сергей Муратов выступил с инициативой о возвращении в школьную программу уроков начальной военной подготовки. Так нужна ли начальная военная подготовка в школе? Смотря как она будет устроена.
Как она проходила в позднее советское время в нашей школе? У нас был военрук, ходил в форме подполковника. Вялый такой, вечно спящий на ходу, дядечка сильно старшего возраста. Казалось, веки его никогда не поднимались и от этого у него было прозвище Вий.
Обучал Вий, в основном, строевой подготовке. Нам, десятиклассникам, это было смешно, ведь все собирались поступать в вузы, да и вообще многие и не желали служить в армии. Зачем тогда это? Воевать мы в конце 80-х ни с кем не собирались, советские войска из Афганистана вывели. Соответственно, маршировали мы так себе, со смешками, демонстративно не в ногу, иронично подтрунивая над потугами военрука.
Один раз мы копали окоп, саперными лопатками, две лопатки потом не досчитались. Еще мы десять часов посещали какой-то подвал, в котором майоры и подполковники читали нам лекции под запись, мы записывали в тетради ТТХ автомата и пистолета. Один раз нам дали автомат разобрать и собрать.
Один раз вывозили на военное стрельбище, где дали выстрелить по три патрона в ростовые мишени. При этом один десятиклассник, уже дослав патрон в патронник, решив спросить что-то у руководителя стрельб, встал с позиции, повернулся к нему с автоматом и случайно нажал на спуск. Благо, ни в кого не попал.
Это всё, что я помню про НВП. Трое из нас после 11-го поступали в военные училища (и поступили), тем не менее, к НВП в школе относились наплевательски, считая, что в училище всему научат по настоящему.
Научили. Трое из нашего класса погибли в Чечне, два офицера и контрактник. Пуля, конечно, дура, но и мы были не готовы. Не готовы к уровню вселенского бардака, но более всего — просто не готовы. Оно, конечно, с опытом всё приходит, но быть может нас чуть-чуть недоготовили. Потому что значительная часть времени, проведенного в училищах и на срочке, уходило на строевую подготовку, подметание плаца, рытье окопов, изучение Уставов, наряды и караулы и т.д. и т.п.
А многому из этого могли научить в школе, но не научили. Потому что и у военруков-то, честно говоря, отношение к учебному процессу было скорее формальное, никто не горел на работе, не мог увлечь. Пенсия есть пенсия, кури бамбук и грейся на теплом месте. Да и не было у них на нас никакой управы, приказывать они не могли, наряды тоже мимо, разве что грозить двойкой в четверти по НВП. Да и сама "военная началка" была сухой, бубнёжной, не интересной — у нас не было мотивации. Если в Осавиахиме тридцатых годов и при сдаче норм ГТО хотя бы значок интересный вручали, то тут и на копеечный значок никто не разорился.
Тем не менее, начальная военная подготовка в школе нужна. Но нужна она не в том виде, в каком была у нас. Нужно обучение в специальных армейских центрах, где сержанты и офицеры будут спрашивать с школьников как с солдат. И учить как солдат. И распорядок дня как у солдат, с утренней зарядкой, занятиями, физподготовкой, кроссами, спортивным ориентированием, патронов не жалеть на стрельбище и знать автомат как Отче наш, с ночевкой в палатках и без посещения лагеря посторонними папа-мамами. Даже дров наколоть для печки и научиться её топить — уже полезный навык.
Пусть хотя бы трехмесячные курсы, пусть вместо летних каникул, но за это время школьник научится и автоматом пользоваться, окопы рыть, метать гранаты, приучится дисциплине, узнает много полезного (что пригодится в жизни), да и вообще узнает, почём цена солдатского пота. После такого курса и воинское звание ефрейтора не грех присвоить, если обучаемый сдаст все экзамены на отлично. Какой никакой, а стимул, плюсик в портфолио и запись в военный билет, может в дальнейшем пригодиться.
Кто-то обязательно скажет, да зачем всё это? Сапог какой-то пишет, у которого каска к башке гвоздем прибита, не навоевался еще, так и молодежь хочет угробить военными лагерями. Ребята, вы не знаете, что будет с страной завтра. И никто не знает. А поводов для оптимизма, скажем, нынче немного (это если оторваться от компьютерной игры и оглядеться вокруг). И лучше быть готовым, чем не готовым. Хотя бы на минимальном уровне.