– Ну, как жизнь семейная? – спросила Валентина у дочери, которая три месяца назад вышла замуж.
– Нормально, – ответила Дарья.
– А что голос такой невеселый? – поинтересовалась мать.
– Да свекровь уже достала. Я вот девчонок слушаю, почти у всех со свекровями проблемы, редко у кого хорошие отношения. Неужели и ты такой станешь, когда наш Лешка женится?
– Лешке до женитьбы еще лет десять, а какой свекровью я буду, не знаю. Вот бабушка Вера – отличная свекровь, и она всегда такой была. Учила меня, конечно, но никогда не обижала и не оскорбляла. Бывало, и папу твоего иногда в чувство приводила, когда он берега терял.
– Папа берега терял? – удивилась Даша.
– По молодости и по глупости все мы делали ошибки. Но тем не менее уже серебряную свадьбу отметили и живем в любви и уважении. Так что там у тебя с Натальей?
– Приходит по два-три раза в неделю и учит меня жизни. То блины у меня слишком тонкие, то котлеты очень большие. Про уборку уже даже не говорю: под диван залезет и тычет мне в нос пыльным пальцем. А вчера к шторам прикопалась: «Зачем ты, Дарья, такие плотные шторы повесила? Шторы должны быть легкими, это делает комнату воздушной». А ничего, что у нас солнечная сторона, и летом солнце жарит вовсю уже часов с пяти?
– А ты что? – спросила мама.
– Я стараюсь отвечать вежливо, но когда-нибудь взорвусь, и тогда будет большой скандал. Я так Севке и сказала.
– А как твой муж реагирует на визиты своей матушки?
– Так она, хитрая, приходит, когда он на работе. Он же теперь два через два работает, а она его график вычислила и является. Главное, я только с работы приду, передохнуть не успею – здрасьте вам – Наталья Ильинична собственной персоной.
– Не открывать не пробовала? – поинтересовалась мама.
– Пробовала. Так она начала стучать в дверь и кричать, что знает, что я дома. У меня вообще создалось впечатление, что она приходит заранее и караулит меня во дворе, – сказала Даша.
– А что Всеволод?
– Он с ней разговаривал, и не один раз, но все как об стенку горох. А что с ней было, когда она заявилась к нам в субботу и увидела, что Севка по квартире с пылесосом бегает! Она от возмущения стала издавать какие-то несвязные звуки, мне показалось, что Наталья Ильинична по-китайски заговорила.
– И что ее так возмутило? – спросила мама.
– То, что Севка уборкой занимается. Я в это время на кухне обед готовила. Она сначала покраснела, потом посинела, я испугалась, что ее апоплексический удар сейчас хватит. Чего я только в свой адрес не наслушалась! И лентяйка я, и бездельница, нахлебница, разгильдяйка, белоручка и прочее. Севка, правда, быстро сообразил: подошел, взял ее за плечи и тихонько из квартиры вывел. Что уж он там ей говорил, я не знаю, но кричать она перестала и ушла. А в понедельник, когда Сева был на работе, опять явилась. Снова стала мне выговаривать, что я не выполняю обязанности жены.
–Может быть, мне поговорить с твоей свекровью? – спросила мама.
– Не надо. Вы только поскандалите, а это я и сама умею.
Вечером Даша спросила у мужа, всегда ли его мать была такой.
– Насколько я помню, да. До школы я мало что запомнил, а вот когда в школу пошел, скандалы стали частыми. Особенно сильно они с отцом ругались года за два перед тем, как он ушел, – сказал Сева. – Из-за чего ругались родители, я не всегда понимал. Но почему-то мне всегда было жалко отца. Он, бывало, посреди скандала одевался и уходил. Возвращался часа через два, когда мать уже успокаивалась.
И главное, что отец всегда что-то делал в доме. Я имею в виду не только так называемую мужскую работу, а вообще – любую. Если он раньше приходил со службы, то начинал готовить ужин, уборка квартиры тоже была на нем. Лет с десяти он стал и меня к этому делу подключать. Зарабатывал он тоже хорошо. Не знаю, что ей не нравилось.
– А чего же тогда твоя мама мне высказала: «Запомни, Дарья, мужчина даже не должен знать, где в доме лежат тряпки и стоит пылесос».
– Понятия не имею. До восемнадцати лет, пока не съехал в общежитие, квартиру убирал я.
– А почему ты в общежитие ушел? У вас же большая трехкомнатная квартира. И как тебе удалось получить место в общежитии? У нас только иногородним давали.
– Я его не получил. Я все годы учебы снимал комнату в общежитии, это было не студенческое общежитие. Отец помогал с деньгами, и еще я подрабатывал, – ответил муж. – А ушел по той же самой причине: не смог больше мать слушать.
– А к тебе у нее какие были претензии? – поинтересовалась Даша.
– Сначала – никаких. Просто я целые вечера должен был слушать, какой пoдoнoк мой отец, позже, если я делал что-нибудь не так или возражал ей, она стала говорить, что я весь в своего отца и, когда вырасту, буду таким же, как он. Вот с тринадцати до восемнадцати я все это слушал, а как только появилась возможность, ушел.
– Хорошо, а мне-то что сейчас делать? Честно говоря, хамить твоей матери я не хочу, а по-хорошему она не понимает, – сказала Даша.
– Я попробую еще раз поговорить с ней, – ответил Сева. – В пятницу после работы съезжу.
Но он не успел, потому что Наталья Ильинична явилась к невестке раньше.
– Я приехала серьезно поговорить с тобой, – сказала она, войдя в квартиру.
– Хорошо. Вам какой чай – черный или зеленый? – спросила Даша.
– В твоем доме я даже воды не выпью, – заявила свекровь.
– Тогда проходите в комнату, – пригласила Даша, привычно пропуская мимо ушей очередную «любезность» Натальи Ильиничны.
– Я пришла сказать тебе, что мой сын все равно с тобой разведется. Так что не обольщайся и не вздумай рожать от него детей.
Даша не ожидала от свекрови такой наглости, но собрала в кулак всю волю и спокойно спросила:
– Интересно, а почему вы в этом так уверены?
– Потому что он мой сын, и я хорошо знаю его. Я думаю, что он женился на тебе только из-за квартиры. Ему надоело жить на съемной, и он нашел тебя. А должен был вернуться ко мне.
– И почему же не вернулся? – еле сдерживаясь, спросила Даша.
– Потому что ты запудрила ему мозг. Ты отобрала у меня моего сына. А кто ты такая? Сопливая девчонка, которой родители купили квартиру! И ты решила, что теперь владеешь моим сыном? Нет уж! Я еще поборюсь за него! Ты знаешь, где я сейчас была? У колдуньи. И она сказала мне, что ты сделала приворот на Севу. Поэтому он пошел против матери. Но не радуйся, я тоже кое-что сделала, и ты скоро это почувствуешь! Дрянь! Я тебя сразу раскусила – тебе нужны деньги Севы. Но ты ничего не получишь. Я не оставлю тебя в покое – от тебя отвернутся все твои знакомые, когда я расскажу им о тебе все, что знаю. И то, чего не знаю, тоже расскажу. Люди легко верят любой лжи, а с фантазией у меня все хорошо. Вот когда тебя не захотят видеть подруги, когда тебя вышибут с работы, а мой сын бросит тебя, вот тогда ты поймешь, что напрасно влезла в нашу семью.
– Наталья Ильинична, пожалуйста, идите домой, – сказала Даша и, открыв дверь, указала свекрови на выход.
– Домой? А что ты сделаешь, если я не уйду? – усмехнулась женщина.
Наталья Ильинична не ожидала того, что произошло дальше: Даша подлетела к ней, одним движением вытолкнула женщину из квартиры и захлопнула дверь.
У нее дрожали руки, когда она набирала номер мужа.
– Сеня! Приезжай скорее, тут твоя мама ломится в нашу дверь и кричит.
Даша поднесла телефон к двери, чтобы муж услышал проклятья, которые выкрикивала Наталья Ильинична.
На лестничную площадку выглянули соседи, но, увидев разъяренную женщину, скрылись. Правда, кто-то из них вызвал полицию.
Наряд приехал одновременно с Всеволодом.
– Даша, открой, это я, – попросил муж.
Дарья посмотрела в глазок и открыла дверь. Наталья Ильинична вырвалась из рук полицейского и бросилась на невестку. Но ее перехватил сын.
– Воды принеси, – крикнул он жене и, выхватив из ее рук кружку, плеснул в лицо матери.
Наталья Ильинична перестала вырываться из рук сына.
– Вот эта дрянь вытолкала меня из квартиры, а я всего лишь пришла навестить сына. А она набросилась на меня, кричала, что убьет, вы должны ее арестовать. Сева, ты должен с ней развестись, – быстро говорила она.
– Так, что здесь произошло? – спросил полицейский.
– Идемте, я вам сейчас покажу, – сказала Даша.
Она пригласила всех в квартиру, а когда полицейские, Всеволод и Наталья Ильинична вошли, Даша взяла со стола телефон и включила запись.
– Мама, ты что, с ума сошла? Какая еще колдунья? Когда это я собирался к тебе вернуться? А насчет того, что родители Даше квартиру хотят подарить, она сама узнала только перед свадьбой, а для меня это вообще сюрприз был. Ты чего себе невыдумывала? – спросил Сева.
– Заявление на гражданку будете писать? – спросил полицейский.
– Нет, извините за беспокойство, – сказал Сева.
– Но вы мамашу свою на всякий случай на это дело проверьте, – посоветовал второй полицейский, покрутив пальцем у виска.
Когда полицейские ушли, Сева сказал матери:
– Сейчас я отвезу тебя домой, ты отдохнешь, выспишься, – он сделал паузу, а потом продолжил совсем другим голосом с расстановкой, – и никогда больше не придешь в эту квартиру без приглашения!
Удивительно, но после этого случая Наталья Ильинична оставила невестку в покое. Нет, она не полюбила ее. Но больше не пыталась вмешиваться в жизнь молодой семьи. По крайней мере пока.
Автор – Татьяна В.