Это случилось еще в краткую эпоху пейджеров. Помните, как тогда это было? Звонишь, девушка отвечает типа: «Оператор сто шестнадцать, слушаю!»
И ты говоришь ей текст сообщения.
Мой приятель Вова так позвонил однажды, надо было передать, что товар доставлен, Вова торговал сигаретами, водкой распутин, телефонами с определителем номера – короче, всем, что требовалось народу, Вова был активный чувак.
И Вове страшно вдруг понравился голос «сто шестнадцатой». В нем была легкая истома и насмешливость одновременно. Вроде девушка произнесла лишь пару коротких фраз, но этого хватило, чтобы Вову голос заворожил.
Да, тем девушкам было запрещено вступать в личное общение с клиентами, но Вова умел быть напористым и убедительным. И он уже просто влюбился в этот голос.
Короче, сумел договориться о встрече.
Следующим вечером он ждал сто шестнадцатую на Пушкинской с букетом хризантем.
И она не обманула, она появилась.
Тут вы ждете, конечно, что девушка оказалась страшилищем, и Вова бежал, роняя цветы.
А вот и нет. Девушка была вполне миловидна, улыбчива.
Одна беда – у нее был другой голос. Нет, тут никакой подмены, аферы. Просто когда сто шестнадцатая говорила по телефону – что-то случалось, голос становился обворожительным и сексуальным. А когда она была просто Оксаной – ну голос и голос, обычный, даже не такой и приятный.
В финале расскажу, чем там у них с Вовой закончилось.
Женский голос – это величайший обман. В зависимости от ситуации он звучит по-разному. Может измениться до неузнаваемости.
Тут скажут: а мужской что, все то же самое, если мужчина ласков – это одно, если сердит – это другое.
Нет, поймите, я не про интонации, с ними понятно. Я про само звучание, про полноту, глубину, обертона – про то, что на мониторах приборов идет неровной кривой.
Женщины умеют все это менять. Не все пользуются, но любая умеет. Нужна, конечно, некоторая тренировка, актрисы вообще могут преображать голос до неузнаваемости. Например, есть обалденные актрисы, хотя и не звезды, их не знают в лицо. Но они гении озвучки. Она может одновременно говорить за старушку, ребенка, надменную стерву. То есть вы будете видеть в кадре разговор этих троих и вам не придет в голову, что за всех троих говорит одна женщина.
Да они и в жизни так могут.
Как-то еще в гламурную пору меня пригласила в свой магазин на Кузнецком мосту одна светская девушка, как их тогда называли. Она была не просто светская, она была крепкая бизнесвуман, успешно наладила дело, продавала самые модные бренды.
Зачем я ей понадобился – толком не помню, что-то хотела от журналиста, светские девушки были дамы практичные и целеустремленные.
Встречает меня, улыбается. Провожает к кожаным бордовым креслам: «Алексей, хотите чай или кофе? Есть конфеты очень вкусные…»
Боже, какой у нее был глубокий ласковый голос, такой, знаете, будто мы с вином на пороге алькова.
И я поддаюсь, сажусь в это кресло, отвечаю, что мне бы чаю, нет, лучше кофе, хотя можно и чаю…
«Алексей, сейчас все будет, я страшно рада, что вы пришли».
И вся окутывает, ласкает своим этим голосом, садится напротив, а я уже думаю – чего же напротив, пусть рядом садится, пусть в ухо мне говорит про свой чай или кофе…
Тут возникает кто-то из сотрудниц моей чаровницы, в руках бумажки какие-то:
«Алина Васильевна, извините, а тут документы, вы их просили…»
Чаровница к ней поворачивается: «В чем дело, а? Ты видишь, я занята! Потом!»
Все это произнесла другая женщина. Другим голосом. Совершенно другим.
Потом она снова ко мне: «Знаете, Алексей, я вот что хотела вам предложить…»
Опять этим голосом русалки из омута моих сладких грез.
Понимаете, она меняла голос сходу, в момент. От нежной русалки к злобной хабалке и сразу обратно.
Вот как они так умеют – загадка. Но дурят нас страшно.
Теперь спасают лишь мессенджеры, там голос не слышно. Хотя она всегда может прислать голосовое. У меня одна знакомая так поступает, когда ей надо быстро клиента очаровать, она занимается недвижимостью. В жизни у нее голос довольно противный, но когда надо по делу – о, тут она даст вам перевоплощение не хуже Мэрил какой-нибудь Стрип.
А теперь про Вову с Оксаной.
Он все же смирился, что голос не тот волшебный, который его покорил. Через год они поженились, все у них хорошо спустя много лет.
Знаю лишь, что иногда он ей звонит, а та отвечает: «Сто шестнадцатая слушает…»
Такая игра на двоих.
Алексей БЕЛЯКОВ