Этот альбом считается у них центровым, поскольку содержит в себе одноимённый мега-хит. От поклонников приходилось слышать, что это не иначе как «шедевр психоделии всех времён и народов».
Занимает этот «шедевр» всю вторую сторону, на первой же – 5 номеров, стилистику которых определить сложно. Это и не хард-рок, поскольку нет чётких риффов, это никак не психоделия – кислотой здесь и не пахнет, но это можно определить как эстрадную музыку, положенную на звучание рок-группы. При этом внятных мелодий, как у Доорз, здесь нету, мелодические линии размытые и потому не запоминающиеся.
Первые две – Most Anything You Want (Почти все, что ты захочешь) и Flowers and Beads (Цветы и бусы) – чисто эстрадные песенки, которые с успехом – и технически гораздо лучше, – мог бы исполнить, например, Энгельберт Хампердинк.
Дорзовские мотивы проскакивают в My Mirage (Мой мираж) и Termination (Завершение). Энергетически наиболее рОковая – Are You Happy (Ты счастлив), в отличие от первых двух, тут не только аранжировка, но и сама структура не эстрадная, а роковая.
На этом альбоме сложился классический состав Iron Butterfly: к основателям Дугу Инглу (вокал, орган) и Рону Буши (ударные) добавились Эрик Бранн (гитара) и Ли Дорман (бас). Благодаря смене состава, звучание по сравнению с первым альбомом более зрелое и ровное.
Но главный козырь – это, конечно, занимающий всю вторую сторону 17-минутный мега-хит In-A-Gadda-Da-Vida (хотя на сингле он вполне укладывается в 2:50). И тут нужно понимать, что отношение к этой песне и всему альбому обусловлено самим статусом, который этот хит приобрёл в пространстве рок-музыки. Песня не просто выстрелила, покорив хит-парады, а стала рок-стандартом. Как в дальнейшем Smoke On The Water, Stairway To Heaven или We Will Rock You. А в джазе в таком статусе, например, Караван Тизола и Эллингтона.
То есть это уже конкретный статус, определяющий конкретное положение в сложившейся системе ценностей. Положение на Рок-Олимпе.
Но каковы не статусные, а реальные музыкальные достоинства? Что это? Во-первых, это одна из первых, если не первая растянутая на сторону композиция с длительным соло на барабанах. Во-вторых, это первая вещь, ставшая рок-стандартом благодаря не мелодии, а именно запоминающемуся риффу, что является определяющим признаком классического хард-рока.
Есть ли там психоделия? Есть – в глубинах импровизации – начиная с 9:10 возникает органная тема, схожая с ранним флойд, потом ещё прохват, похожий на тот же Караван, импровиз с кислотным гитарным звукоизвлечением – и так до 15:15 с выходом на основную тему.
Вот этот кусок импровизации и есть не иначе как рок-психоделия в духе ранних флойд. Кислотный рок. Но никак не сама тема. В принципе, этот кусок можно вставить в любую вещь подходящей минорной тональности. Как и соло на барабанах можно при желании присобачить к любой ритмичной вещи. (Вспомним, что наимпровизировали ЛЗ в Dazed and Confused или ДП в Space Truckin’).
А сама тема, выведенная в сокращённую сингл-версию (2:50), являет собой самый что ни на есть рафинированный хард-рок. И отличие в этом плане – на предмет принадлежности к психоделии – от того же смоконзевоте всего лишь в минорной тональности давиды (психоделия может быть только в миноре).
И ещё: в концертных исполнениях хорошо видно (слышно), что этот кислотный кусок не очень органичен для хард-рока. Не те энергии – усыпляющие, а не боевые. Налицо стилистическая эклектика.
Что же до текста (изначальный вариант: In the Garden of Eden (В Эдемском саду), то его комментировать нет смысла, он просто примитивен до одури:
«Ин-а-гадда-да-вида, милая. Разве ты не знаешь, что я люблю тебя? Ин-а-гадда-да-вида, детка. Разве ты не знаешь, что я всегда буду верен? О, не хочешь ли ты пойти со мной И возьмешь меня за руку? О, не хочешь ли ты пойти со мной И ходить по этой земле? Пожалуйста, возьми меня за руку…» – И это всё! (эстрадные песенки на любовную тематику гораздо содержательней).
Резюме: альбом имеет историческое значение, благодаря содержащемуся в нём рок-стандарту. Ценность музыкальная весьма сомнительна.