«Анна Сергеевна, я нашёл ксерокопию вашего паспорта. Думаю, для гостиницы этого будет достаточно. Буду часа через два. Если вам ещё что-нибудь нужно, напишите, привезу».
Леонид.
Аня потёрла ломивший висок и набрала ответ: «Спасибо. Жду. Больше ничего не нужно».
Хотела уже убрать телефон, но он снова ожил, выдав до боли знакомую мелодию.
«Егор…»
Сердце подскочило к горлу, потом камнем рухнуло вниз.
«Господи, чего я боюсь? – Анна одёрнула сама себя. – Мне нечего стыдиться, нечего опасаться – я ни в чём не провинилась! Но узнать, что, собственно, произошло, не помешает. Возможно, Гоша уже опомнился и ищет нас, чтобы вымолить прощение?»
С этими мыслями она решительно провела пальцем по дисплею.
- Почему не берёшь трубку, когда я тебе звоню? – проревел динамик.
Молодая мать испуганно посмотрела на спящего малыша и бросилась в санузел.
- Ты что молчишь? Отвечай! Анна!!! – надрывался Горин.
- Миша спит, не ори! – она ответила только тогда, когда плотно прикрыла за собой дверь.
- Где спит? – муж сбавил тон.
- За воротами. Куда ты приказал Леониду нас выставить. – Аня не удержалась от упрёка.
- Анна, не беси меня ещё больше! - Егор произнёс её имя так вымученно, будто испытывал боль при каждом звуке. – Ты не в том положении, чтобы язвить.
- Заметь – это не я тебе обрывала телефон, - она мгновенно ощетинилась. – Если ты позвонил только для того, чтобы наговорить гадостей, то не трать силы – больнее мне уже не будет.
- Анна, стой! Не клади трубку! – воскликнул Егор. – Ты права, нерационально расходовать время на бессмысленные упрёки. Сообщи Леониду, где вы находитесь, он привезёт тебе оставшиеся вещи, ваши с мальчиком документы и бумаги на подпись. Я подаю на развод. Надеюсь, ты проявишь благоразумие и не станешь втыкать палки в колёса?
После его поступка она ни на что хорошее не надеялась, и всё равно слова пока ещё мужа обожгли и так израненное сердце.
Ане потребовалось несколько секунд, чтобы перевести дух и ответить ему спокойно и уверенно.
- Я всё подпишу.
- Я рад, что ты осознаёшь – у нас нет будущего. Не теперь, не после того, как ты меня предала.
- Я?! – не сдержала возгласа. – Может быть, объяснишь – когда и в чём?
- Так много прегрешений, что ты им и счёт потеряла? – с горечью заметил Егор. – Загляни в своё сердце, а не поможет – посмотри на ребёнка.
- На Мишу? Но при чём тут наш сын?
- Твой сын, Аня. К сожалению, он только твой сын!
- Егор, ты бредишь?
То, что любимый муж первым делом набросился с претензиями и даже не подумал поинтересоваться, как чувствует себя новорождённый и есть ли у них крыша над головой, не так выбило из колеи, как это нелепое утверждение.
- К сожалению, это не бред, а явь. Предваряя «праведный» гнев и лживые клятвы, сообщаю – у меня на руках официальные заключения. Четыре штуки, Анна! Из трёх разных лабораторий – то есть вариант с подлогом или подтасовкой исключён! Отвозил образцы лично я сам, так что на якобы подмену ссылаться не стоит.
- Егор. Но я… Миша – твой сын! Наш! Я ни с кем…
- В какой-то мере я тебя понимаю, - словно не слыша её слов, продолжил Горин. – От меня не получалось, ты боялась остаться у разбитого корыта и решила родить мне во что бы то ни стало. Только я собирался прожить с тобой всю жизнь, не важно, был бы у нас ребёнок или нет! А ты… Ты… Дрянь!
Потрясённая, она не знала, что сказать – она не изменяла! Да, Егор у неё не первый, а второй, но этот первый был задолго до знакомства с Гориным!
Списать внезапный провал в памяти на алкогольное опьянение не выйдет – у неё же аллергия на спиртное, она пила только воду или сок. И вообще, рестораны, клубы, шашлыки и прочие дискотеки посещала нечасто и только в сопровождении супруга. А Егор от неё и на два шага не отходил!
У неё даже подруг не было, чтобы можно было подумать – пришла в гости, потеряла сознание и случайно с кем-то переспала…
- Молчишь? – после паузы продолжил Горин. – Нечего сказать, да? Надеялась, что я ничего не узнаю?
Аня понимала, что мужчина на взводе и не поверит, что бы она ни говорила. А ещё она твёрдо знала, что не изменяла. Поэтому вместо ненужных оправданий попыталась выудить из мужа больше информации.
– Ещё сегодня утром у нас было всё нормально.
- Было! Потому что результаты пришли позже, - бросил Егор. – И я до последнего был уверен, что Мишка – мой! Ни капли не переживал, тебе даже говорить не собирался – зачем тревожить кормящую мать? Думал, тест – простая формальность, сделаю его для успокоения переживающих… Чтоб ткнуть бумагой, если кто-то снова попробует усомниться.
- И… кто тебя просветил? Я правильно понимаю – ты не сам додумался, что я тебе изменила? Я могу узнать имя этого ясновидящего?
- Моя мать, - ответил Егор.
- Римма Евгеньевна? И чем она, позволь уточнить, аргументировала своё предположение?
- Разве это важно? – убитым голосом произнёс будущий бывший муж. – Не перекладывай с больной головы на здоровую, Аня. Да, отношения у вас с мамой не сложились, но это не оправдывает ни факта твоей измены, ни обмана с ребёнком!
- И всё-таки? Даже убийце позволяют ознакомиться с обвинением, предъявляют доказательства и разрешают защищаться. Ты же заочно вынес приговор, назначил наказание и немедленно его привёл в исполнение! Скажи, чем я заслужила такое отношение? Мы женаты пять лет, я хоть раз тебя обманывала?
- Анна, - ей показалось, что Горин не просто выдохнул сквозь сжатые зубы, но и взгляд отвёл.
Словно она стояла рядом, и ему было больно на неё смотреть.
Или стыдно?
Хотя… Нет, он ни капли не сомневался в своей правоте, просто ему неприятен сам разговор, вот и всё.
- Хорошо, раз ты настаиваешь, я расскажу… Мама очень переживала из-за выкидышей, - произнес Егор. – А когда был поставлен диагноз, то по своим каналам она узнала всё возможное об этом явлении. И начала на меня давить, требуя развода. Ответил ей, что дети у меня будут только от жены. А если ты не сможешь зачать и выносить, значит мы останемся бездетной парой. Я же не Наполеон, надо мной не довлеет долг перед империей! Поэтому никто и ничто не вынудит меня бросить свою Жозефину.
- А потом я забеременела, - прошептала Аня.
- Да. Я думал, что после этого мама успокоится. И внешне так и было – она перестала придираться к тебе, перестала требовать у меня развода. Но продолжила капать на мозги. Мол, несовместимость – не грипп, она не лечится и самостоятельно пройти тоже не может. Если два организма на генетическом уровне друг с другом не сочетаются, то это навсегда.
- То есть Римма Евгеньевна обвинила меня в измене, потому что где-то прочитала о необратимости нашей проблемы? – ошарашено пробормотала Аня. – Но ведь наш случай не единичный! Посмотри, сколько историй, когда бездетные пары, уже потеряв надежду, вдруг становились родителями?
- Я рассуждал также, пока не получил результаты ДНК, – голос супруга снова стал твёрдым. – Я так тебе верил, Анна! Даже пока ты была беременна, хотел сделать этот чёртов тест, чтобы мама наконец успокоилась и отстала! Узнал, что определить отцовство можно и до рождения ребёнка – по крови матери и предполагаемого отца. Ты регулярно сдавала разные анализы, можно было заодно и это проверить. Мне не хотелось, чтобы ты знала о подозрениях свекрови. Ограждал и защищал, как мог.
Егор усмехнулся.
- Хотел, но не сделал. Почему? – еле слышно прошептала Аня. – Зачем тянул до родов?
- Потому что мама сказала, что точный результат можно получить только после рождения ребёнка. И сразу заявила, что проверку по крови не признает.
Аня молчала, переваривая услышанное.
- Когда Миша родился, я на седьмом небе был, а мама снова начала талдычить про ДНК. И я сделал его, но только для того, чтобы заткнуть ей рот! Вместо этого открыл себе глаза…
- Но у меня никого не было! – почти простонала. – Почему ты мне не веришь?
- Три независимые друг от друга лаборатории не могут ошибаться, - с горечью произнёс Горин. – Потом, про никого ты лукавишь.
- Это было в институте, несколько лет назад и до встречи с тобой! Я не скрывала, ты всё знаешь про Дивина.
- Всё ли? В начале октября мама видела вас вместе, - глухо уронил Егор. – Тебя и… твоего любовника. Она сфотографировала вас, по своим каналам выяснила имя и то, что вы учились в одном институте. Я не знал, она рассказала мне только сейчас.
- Это была случайная встреча! Да мы и минуты рядом не провели, я его ненавижу! Мы плохо расстались, я же рассказывала тебе! Дивин меня унизил, растоптал, предал, я из-за него институт на четвёртом курсе бросила!
- Его же Миша зовут, верно? – не отреагировав на её слова, будто пропустив их мимо ушей, продолжал Горин. – Удивительное совпадение…
- Но ведь это ты предложил назвать сына Михаилом! – Ане казалось, что она спит и видит страшный сон.
- А ты не отказалась. Согласись – будь всё так, как говоришь, стала бы ты называть ребёнка именем своего врага? Почему, Анна? – с трудом, почти с надрывом.
- Что – почему? – прошелестела она.
- Почему ты не сказала мне сразу? Зачем эта ложь? Я бы понял, правда! Ты мечтала стать матерью, я не мог дать тебе это счастье. Встретила первую любовь и не устояла. Мы могли мирно разойтись, ты бы создала семью с отцом Миши, а я… Я как-нибудь переболел бы. Справился. Это было бы честно! А теперь…
Горин замолчал, словно переводил дух или переживал приступ острой боли.
- Что ты брал у Миши?
- Немного волос. Не ищи, к чему придраться – я срезал их собственноручно!
- Он твой! Слышишь? Твой! – всхлипнула Аня. – Не понимаю, почему результат отрицательный, но точно знаю, что ни с кем, кроме тебя, не была. А уж Дивин – последний мужчина в мире, которому я позволила бы к себе приблизиться. Я не верю!
- Ты будешь смеяться, но я тоже не верил до последнего. Вместе с бумагами на развод Леонид привезёт тебе копии результата исследования ДНК. Три отрицательных и один положительный.
- Постой! Один положительный? И его наличие не заставило тебя усомниться в достоверности остальных?
- Как раз он-то и был последним контрольным. Я больше не хочу тебя видеть, Анна. Надеюсь, оно того стоило и ты не пожалеешь.
И Егор отключился.
Ей понадобилось несколько минут, чтобы снова научиться дышать.
Воздух комком встал в лёгких, от несправедливых обвинений кружилась голова. Но долго рефлексировать не позволил сын. Аня вышла из санузла и сразу услышала, что малыш ворочается и кряхтит.
- Что такое, Мишенька?
- Уа-уа!
Коварство свекрови, предательство мужа и брошенные ей в лицо нелепые обвинения тут же вылетели из головы. Анна взяла малыша на руки и принялась ходить с ним по номеру, поглаживая по спинке и напевая.
- Уа-уа! – надрывался мальчик, подтягивая ножки к животику.
Колики… Опять!
По ощущениям прошло не меньше полутора часов, прежде чем Миша наконец перестал выгибаться и заснул. Невовремя, ведь через полчаса-сорок минут следующее кормление, но не будить же малыша! Он и так намучился, пусть поспит. Да и у неё руки отдохнут, совсем затекли.
В дверь осторожно постучали.
- Анна Сергеевна, это я, Леонид, - донеслось из коридора.
Аня оглянулась на спящего ребёнка и распахнула створку.
- Заходите, только тихо.
- Вот вещи, Галина и девочки всё уложили, - пробормотал Леонид, втаскивая по очереди в номер три больших чемодана. – А здесь бумаги.
Мужчина виновато посмотрел на молодую мать.
- Егор Андреевич говорил, что вы в курсе.
- Да, он мне звонил. Где я должна подписать?
Внутри бушевала буря, но внешне Аня оставалась спокойной. Даже голос не дрожал.
- Вот. Да. И здесь.
Аня поставила подписи, Леонид собрал бумаги и протянул ей другую папку. – Тут документы… Увидите сами.
Кивнув, она молча её забрала.
- Что-то ещё?
- Егор Андреевич передал, что вы можете пользоваться картами, пока на них не закончатся средства. Блокировать карточки он не будет, но также не будет и пополнять. То есть, как только счёт обнулится, можете смело их выбрасывать, - продолжил гонец. – Так же Егор Андреевич велел мне вам передать, что одновременно с заявлением на расторжение брака он подаёт в суд на оспаривание отцовства.
В принципе, своё отношение к Мише Егор высказал достаточно прозрачно, она была к этому готова.
Но отчего так больно?!
- А мой паспорт? – Анна вспомнила о насущной проблеме и поспешила сменить тему.
- Ваш паспорт пока остался у Егора Андреевича, как и свидетельство о рождении ребёнка, - развёл руками Леонид. – Горин сказал, что они ему ещё нужны, вы получите их попозже. Но я привёз ксерокопии! Одну уже отдал на ресепшен. Девушка хоть и поморщилась, но приняла.
- Хорошо, - от недосыпа и не поддающегося осмыслению театра абсурда, в котором она оказалась, у Анны снова заломило висок.
– Спасибо вам за доставку! Мне нужно покормить Мишу, - она сделала шаг в направлении выхода.
- Да, да, уже ухожу, - мужчина вымученно вздохнул и снова замер. – Может быть, Егор Андреевич ещё опомнится?
- Боюсь, что это уже ничего не изменит.
- Анна Сергеевна…, - продолжил помощник Горина. – Скажите, вам есть, куда пойти? Простите, что лезу не в своё дело, но жить в гостинице мало того, что дорого, так ещё и неудобно. Особенно с маленьким ребёнком.
- Я что-нибудь придумаю.
- У вас есть мой телефон, - продолжил Леонид. – Если понадобится помощь, вы всегда можете ко мне обратиться. И если вы пожелаете, то ваш муж об этом не узнает!
- Спасибо, - её губы тронула лёгкая улыбка. – Я буду иметь в виду. До свидания!
- Мне так жаль! – выдохнул помощник Горина и наконец вышел.
Аня скользнула равнодушным взглядом по чемоданам и вернулась в комнату.
Потом посмотрит, что в них положили, а пока сыночек спит, ей лучше потратить время на изучение содержимого папки.
Егор говорил, что пришлёт ей копии тех заключений…
Где же они? А, вот!
Дрожащими руками вынула и развернула один лист. Прочитала, отложила.
Второй. Третий…
Разные лаборатории, разные подписи и печати, один и тот же день сдачи образцов и одинаковый результат исследования.
Биологическое отцовство предполагаемого отца (Горин Егор Андреевич) в отношении ребенка (Горин Михаил Егорович) исключено.
Комбинированный Индекс Отцовства (Combined Parentage Index - CPI): 0
Вероятность отцовства: 0%
Всхлипнув, Аня открыла последний лист и с изумлением прочитала:
(Горина Анна Сергеевна) в отношении ребенка (Горин Михаил Егорович).
Результат: Комбинированный индекс материнства: 630 471 648
Вероятность материнства: 99.9999%
«Зачем Гоша и на меня делал? – мелькнуло в голове. – Он что, сомневался, была ли я беременна на самом деле? Сюр какой-то! Или… Или Гор предполагал, что ребёнка могли подменить в роддоме? Господи, какое счастье, что есть документальное подтверждение нашего с Мишей родства!»
Она свернула заключение и задумалась.
Лично у неё никаких сомнений в происхождении малыша не было, но трое генетиков – или кто там проводит исследования на ДНК? – ничего общего между отцом и сыном не обнаружили. Разве так бывает?
Не бывает.
Получается, результаты ложные? Но где, на каком этапе и главное, кто мог вмешаться?
Римма Евгеньевна?
Теоретически, могла. Мать Егора любила напоминать, что знакома со многими важными и уважаемыми людьми.
Ане вспомнилось одно из любимых поучений свекрови.
«Половина города мои знакомые и их родственники или друзья. А вторая половина ходит у меня в должниках… Егорушка, поддерживай полезные знакомства, укрепляй их и развивай! Никогда заранее не знаешь, когда и кто может пригодиться…»
Возможности навредить у Риммы Евгеньевны были. Другой вопрос – зачем ей это?
«Ладно, я не ко двору пришлась, но разве бабушка могла бы отказаться от собственного внука? Нет, Римма Евгеньевна ни при чём».
А ещё Егор сам отвозил образцы, сам решал, в какие лаборатории обратиться.
Подкупить персонал или незаметно подменить материал, причём так, чтобы родство матери и ребёнка подтвердилось, а отцу мальчик оказался не родным, мог только настоящий волшебник.
В крайнем случае – иллюзионист, владеющий гипнозом.
Значит, надо сделать ещё один тест – не ставя никого в известность и в другом городе, где их никто не знает. Но… пойдёт ли на такое Егор? И главное – а нужно ли это ей самой?
Кому и что она собирается доказывать? Мужу, который уже сделал выводы и отказался от них?
Семьи больше нет, доверия тоже – ни у него к ней, ни у неё к нему. А раз так, то даже двадцать положительных тестов не вернут ей мужа, а Мише – отца.
«Обойдусь, - Аня стиснула кулачки. – Завтра же начну искать съёмную квартиру! Деньги на первое время есть, а там видно будет».
Сын заворочался, и она поспешила предложить ему грудь, не дожидаясь, пока малыш раскричится.
И в этот момент в дверь снова постучали, а потом она распахнулась, и на пороге появилась Римма Евгеньевна.
«Как она меня нашла?» - промелькнула первая мысль.
«Вот я растяпа! Забыла запереть на замок», - вторая.
Продолжение следует...