И Ричард заговорил… Александр Грей пришел в этот грязный бизнес не с улицы — он был приемником своего дяди — Джона Грея, который также был опекуном Александра после того, как тот, будучи подростком, потерял своих родителей. Около двадцати лет назад у Джона обнаружили неизлечимое заболевание, однако, он мог, теоретически, долго прожить, при условии строгого медицинского контроля и специфического лечения.
— Вам знакома теория о том, что доноров сегодня подбирают намного точнее, чем, скажем, лет тридцать—сорок назад? — спросил Ричард. Михаил помотал головой отрицательно — он такими темами как—то не интересовался, но в новостях где—то слышал краем уха… — В последние годы для этого принято использовать тесты на совместимость на генетическом уровне, — продолжил он и наконец, перешел к кошмарной сути.
В то время, когда Наташа подала заявку в благотворительную организацию, в их международную базу попали все ее данные — история болезни, информация о состоянии ее организма… И так уж вышло, что из базы произошла утечка. И этими данными заинтересовалась одна медицинская организация — закрытая, предназначенная исключительно для элитных клиентов. Именно поэтому неизвестный благотворитель оплатил Наташе лечение заграницей. Вот только после серии дополнительных тестов, о которых Наташа, естественно, не имела никакого представления, стало ясно, что она не годится как донор. Но те люди узнали, что у нее есть дочь! И картина для них сложилась окончательно — как раз дочка могла подходить для намеченных страшных целей.
Сам Александр Грей никогда и ничем не болел серьезным — он прибыл в ту клинику лишь затем, чтобы очаровать, покорить Наташу своим обаянием и стать ее спасителем… Его задачей было сделать так, чтобы эта женщина всецело доверила ему саму себя и своего ребенка.
— Ему было не выгодно, чтобы она стала полностью здоровой, — сказал Ричард.
Михаил был просто в шоке — оказалось, что Наташа могла бы сама ходить, но врачи нарочно провели операцию так, чтобы она навсегда осталась прикована к инвалидному креслу! Потому что так она — беспомощная, была наиболее легко управляемой добычей для Александра. Он никогда ее не любил и даже не симпатизировал ей. Он лишь играл. Но самые страшные планы были на Анжелику…
Состояние Джона Грея в определенный момент начало требовать определенных… биологических материалов. Плазма крови. Костный мозг. И Анжелика стала идеальным донором для всего этого! Александр был искусным манипулятором и он убедил тогда еще двенадцатилетнюю Анжелику в том, что она должна из чувства родственного долга согласиться помочь Джону Грею. Но Наташе не было ничего не известно — Анжелика считала, что мама — слишком слабая характером, ей нельзя волноваться и она вообще не поймет такой важной вещи! Периодически Александр и Анжелика садились в частный самолет и летели в одну из частных клиник — в Швейцарию, Индию, Чили…
Михаил тяжело дышал. Он готов был прямо сейчас бежать и хоть голыми руками драться против всех львов и крокодилов Африки, не говоря уже об обоих Греях, но спасти свою дочь от этого чудовища!
— Александр забавляется с ней, как со своей игрушкой, — сказал Ричард. — Он учит ее, вы сами видели… Он делает вид, что он — хороший парень! Думаю, он привязался к ней… по—своему… Но все—таки он никогда не забывает о том, кто она — набор запчастей для его дяди.
— Вы… Что—то еще мне хотите сказать? — спросил Михаил, потому что взгляд Ричарда стал совсем темным, мужчина напрягся. — Есть еще что—то, что я должен знать?
— К сожалению, да, — вздохнул Ричард. Состояние Джона Грея сильно ухудшилось в последнее время. Врачи сказали, что ему предстоит еще одна операция, она запланирована через несколько дней. Врачи говорят, что тогда он протянет еще несколько лет и… ваша дочь должна будет стать донором…
— Донором чего? — спросил Михаил, чувствуя себя как на грани обморока.
— Она должна будет отдать Джону Грею свое сердце, — закончил Ричард, будто опустил последний камень на пирамиду, где покоилась надежда Михаила на счастливый финал.
Еще совсем недавно, когда Михаил своеобразно гостил в дом Грея, он часто ловил себя на мысли о том, что хотелось бы обнаружить в этом мужике какой—то изъян… Ну, пусть он не будет таким идеальным! Он дарил Наталье цветы каждый день. Он мог поболтать с Анжеликой о нарядах и типично девичьих сплетнях. Он был таким вежливым со слугами. У него было блестящее образование, он был богат, занимался благотворительностью, боевыми искусствами, защищал природу… Просто мистер идеал! Еще и на морду лица — красавчик. В общем, так хотелось, чтобы с него уже слетела эта маска! И вот это случилось. Только это не принесло никакого облегчения… И Михаил сейчас не кривя душой что бы угодно на свете отдал за то, чтобы все осталось так, как было — чтобы Александр Грей просто оказался крутым и хорошим парнем, с которым так повезло Наташе и Анжелике. Тогда бы он, Михаил, смог отпустить своих девочек, признав свои ошибки, прегрешения и получил их прощения, у них были бы разные, не пересекающиеся больше жизни и судьбы и он бы… Да, сейчас он понимал — вот это было бы и нечего больше было бы желать! Но реальность была иной.
Михаил зажмурился так крепко, что под веками замелькали цветные пятна, а в мозгу еще ярче стали прокручивать картинки — он же вот, в день отъезда слышал, как Александр говорил Анжелике, что они скоро полетят с ней в Австралию и девочка аж на шею этому чудовищу с радостным визгом кинулась — она была в восторге, потому что давно хотела заняться там серфингом и посмотреть Большой барьерный риф! Но, выходит, эта была ложь. Потому что несмотря на все внушенное, на всю ее самоотверженность, Анжелика, конечно же, ни за что бы ни согласилась пожертвовать своей жизнью! Значит, вот как решил Александр — до самого конца лгать ей, прикидываться ей верным, любящим другом.
— Умоляю, — выдохнул Александр. — Скажите, что можно что—нибудь сделать! Скажите, что у вас есть план, как спасти мою дочь!
— План есть, — кивнул Ричард.
— Что я должен делать?!
— Ничего, — развел руками глава «Персефоны». — Не хочу обидеть, но у вас — ни знаний, ни специальной подготовки… Все, что вы можете сделать, это поделиться с нами информацией о том, что видели и слышали в доме Александра Грея, а потом… Томми отвезет вас в безопасное место, где вы и дождетесь… Пока мы сделаем свою работу. После того, как Александр Грей будет арестован, ваша дочь и… ваша бывшая подруга также будут в безопасности.
Михаил качнул головой в знак согласия. Что он мог возразить?! Он действительно не был бойцом… Он вообще не умел делать ничего такого… Крутого, что могло бы быть полезно такой вот почти супергеройской организации! А значит… Ему оставалось только ждать и надеяться на лучшее.
Поэтому, поблагодарив Ричарда и от души пожелав удачи, Михаил в сопровождении Томии вышел на улицу и они сели в машину. Давно рассвело и город накрыл обыкновенный для этого времени года в Африке зной.
— Не могу так больше, — Томми утер вспотевший лоб ладонью. — Я за газировкой холодненькой! Тебе купить?
— Не, не хочу, — ответил Михаил и остался в машине.
Томми вышел и направился к маленькому магазинчику, скрылся в нем. Вдруг, на оставленный им телефон пошел вызов. Михаил кинул на смартфон растерянный взгляд — это был Ричард. Он все звонил… Томми задерживался — должно быть, в магазине была очередь… Решив, что стоит взять и уведомить, что он отошел, Михаил принял вызов. Но не успел сказать ни слова — по сознанию ударило то, что говорил Ричард.
— Ситуация изменилась! Александр и Анжелика вылетят не через пять дней, как мы думали… Возможно, он почувствовал, что что—то нечисто… Он планирует вылететь сегодня! Частный аэропорт, — Ричард назвал месторасположение этого места. — Нужно срочно менять планы! Если он успеет улететь… Нам нужно собраться и обсудить план действий. Будем ли мы пытаться брать его сейчас или постараемся перехватить в пункте назначения... — Ричард не закончил, но Михаил и так все понял — в таком случае, его дочери, похоже, жить оставалось меньше суток! — Томми, ты слушаешь? — позвал Ричард.
Томми, тем временем, вышел из магазина и нагруженный бутылками с ледяной газировкой и большой коробкой с пончиками, шел к машине…
— Эй! Стоой! — закричал Томми и кинулся к машине. Бутылки со звоном разлетелись в осколки, пончики — покатились разноцветными пышными кольцами по раскаленному асфальту… Но он не успел — Михаил, вдавив педаль газа, сорвался на максимальную скорость и вырулил на параллельную дорогу — она вела из города.
Они еще собрали чего—то там думать и решать! Михаил впился в руль так, что побелели костяшки пальцев. Они еще собрались постараться, нет, подумать только — постараться перехватить его в пункте назначения! А дальше что? Неудача и извините, но ваша дочь…
— Анжелика, — Михаил так стиснул зубы, что они заскрипели и едва не раскрошились. — Держись, доченька! Я обязательно тебя спасу!
Анжелика была удивлена спешкой — когда Алекс вдруг сказал, что им нужно вылететь немедленно.
— Но, я еще даже вещи не собрала, — сказала она. — И купальник не купила…
— Все, что пожелаешь, купим тебе на месте, куколка, — усмехнулся Алекс. — У тебя будет моя платиновая карточка.
— Ой, правда?! — юная девушка счастливо подпрыгнула и захлопала в ладоши.
— Так что, давай, малышка, — улыбнулся Грей. — Попрощайся с мамой и выходи. Я буду ждать тебя уже в машине.
— Я мигом! — Анжелика умчалась, рыжий хвост в бархатной с жемчужинками резинке подпрыгивал, точно мех лисицы…
Александр тяжело вздохнул. Он знал, что однажды это может случиться, но все—таки надеялся, что этого удастся избежать… Но врачи были неумолимы — Джон Грей нуждался в новом сердце. И он должен его получить! И если выбирать между воспитанницей, к которой успел привязаться и тем человеком, который заменил ему отца, то он… Он сделает верный выбор!
Михаил гнал по дороге. Солнце слепило через ветровое стекло, он гнал вперед через облака пыли, вылетающие из—под колес… Машина была непростой — навороченная, с кучей техники — несколько раз из встроенных в приборную панель динамиков начинался звучать всполошенный голос Ричарда, который требовал остановиться! Он говорил, что им нужно время, что они не допустят, чтобы с Анжеликой случилось что—то плохое и что Александр будет задержан уже в Сиднее — именно там должны были провести операцию его отцу.
— Ты покойник, если будешь творить глупости! — увещевал строго Ричард.
— Да мне плевать! — рявкнул Михаил. — У него моя дочь и я не собираюсь сидеть и просто ждать, пока вы соберетесь там спасти ее!
Авто миновало табличку: «Частная территория, проезд запрещен!», а еще через мгновение Михаил зажмурился и прибавил газу — мощный внедорожник как бумагу смял заграждение из стальной сетки, врываясь на территорию частного аэропорта.
— Алекс, все в порядке? — Анжелика с тревогой смотрела на своего покровителя и лучшего друга, человека, заменившего ей отца. Он был таким странным сегодня…
— Да, куколка, все в порядке…
— Поверить не могу, что увижу Австралию! — сказала Анжелика, надеясь разрядить атмосферу. — Ой, а мы пойдем в театр, правда? И аквариум… Я читала, что он самый большой в мире, да? И кенгуру можно будет посмотреть на сафари…
Александр едва не застонал — да что же это такое?! Раньше он думал, что если потребуется сделать такое, то все будет просто… Ведь девчонка и ее мать — просто один из его проектов! Но теперь…
— Зайка, — сказал он вдруг. — Планы меняются. Мы не летим в Австралию.
— Что? — Анжелика аж рот приоткрыла. — Но ты сказал…
— Видишь ли, пока ты собирала вещи, мне позвонил один старинный друг… Мы летим в Мексику. Тебе там понравится, обещаю! Наследие цивилизации Майя и все такое… Эй, — повернувшись к ней, он улыбнулся и ласково тронул ее по щеке кончиками пальцев. — Выше нос! Ты же хотела незабываемый отпуск на недельку? Ну, так он у нас с тобой будет, обещаю!
— Нуу, — протянула Анжелика, которая, в принципе, была немножко привычна к тому, что ее Алекс мог внезапно менять планы и втягивать ее в какие—то невероятные истории. — А предложение о кредитке все еще в силе? — улыбнулась она.
— Да, куколка, а как же иначе! — сказал Алекс.
Небольшой частный самолет уже ждал их. Вот и все — подняться по трапу, сесть в кожаные кресла и…
— Эдвард? — Александр шокировано уставился на правую руку своего отца.
Это был заметно лысеющий и вообще — сдающий с каждым годом мужчина. Эдвард Стилл поправил манжеты на заказ пошитой рубашки и грузно поднялся.
— Мне жаль, что мы видимся при таких обстоятельствах, Алекс… Мне жаль, что я вынужден быть тем, кто приносит тебе эту горькую весть. Твой дядя скончался. Сегодня утром.
Мир закружился перед глазами… Александр прислонился плечом к стене салона и глубоко, судорожно вдохнул… Как сквозь вату долетали слова — острый сердечный приступ, врачи были бессильны, адвокаты уже работают над всем…
— Знаешь, я всегда считал, что ему повезло с тобой — таким приемником, — задумчиво проговорил Эдвард и губы его при этом расплывались в кривой и совсем не соответствующей трагичной ситуации улыбке. — Но так подводить… Менять маршрут полета, когда тебя ждут совсем в другом месте!
Александр вскинул голову. Он мигом собрался. Да, это удар, боль! Но он — может держать себя в руках. Во многом благодаря этому и жив до сих пор. Благодаря этому во многом и достиг своего положения. И сейчас он понял — пилот и еще пара человек, которых он считал верными своими людьми, сливали информацию на сторону.
— Как некрасиво так поступать, — прищурился Эдвард, а потом вцепился взглядом в Анжелику.
— Алекс, о чем он? — девочка, у которой в глазах стояли слезы — она тоже знала Джон Грея и воспринимала его почти как доброго своего дедушку, не понимала, что происходит, но каком—то глубинном, инстинктивном уровне чувствовала недоброе.
— Все хорошо, куколка, — Алекс положил руку ей на плечо. Он тоже понял — что тут что—то не то. Начать хотя бы с того, что его о смерти Джона должны были известить сразу же, а значит, Эдвард и тут подсуетился… Оставалось лишь понять, с какой цель?!
— Ты сейчас покинешь самолет, — ровно, но со скрытой угрозой сказал Алекс. — Ты дашь нам уйти.
— Вот как? — усмехнулся Эдвард и взгляд его совсем уж хищно прошелся по Анжелике — девушку аж передернуло, как будто он реально к ней прикоснулся. — И дать пропасть такому великолепному материалу? Ты в курсе, что это — редкость? Группа крови, безупречное здоровье, такой генетический код с высоким потенциалом… Прости, Алекс, но, думаю, сердечко отправится к новому покупателю. Как и другое, что скрывается под этой дивной внешностью!
— Алекс… — Анжелике стало очень страшно, она вцепилась в руку Александра. — О чем он?!
И Эдвард, чувствуя себя хозяином положения, в руках которого вдруг сосредоточилась вся власть, заговорил. Он рассказал все. Почему Наталья была выбрана тогда. И что Алекс все эти годы… Лишь играл в то, что у них семья. И про то, что он должен был сделать сейчас.
— Но ты, оказывается, не так силен, как о тебе отзывался Джон, — презрительно бросил Эдвард. — Что, совесть замучила? Решил спасти девчонку? Но зачем?! Она даже не родня тебе…
— Алекс! Скажи, что это неправда… — Анжелика смотрела с мольбой.
— Это правда… — тихо ответил он.
— Но… но… — юная девушка задыхалась от волнения, весь ее мир перевернулся только что… И все—таки… Было еще кое—что, что держало ее… — Но… Ты хотел спасти меня! Ты передумал!
— Да, — кивнул Алекс. — Я подумал, что он… Что Джон должен найти другое сердце. Пусть не такое идеальное, но… Только не твое!
— Как трогательно! — прервал их рокочущий, брызжущий слюной Эдвард. — Вот только боюсь, времени на семейные сантименты у нас нет! — в его руке оказалось оружие. — Выходи из самолета, Алекс. А мы с твоей малышкой слетаем в одно место, где ее ждут не дождуться…
Мгновения тянулись, как вечность.
— Ты знаешь, что я этого не сделаю, — уголками губ улыбнулся Алекс. Он стоял так, что Анжелика была за его плечом. — Эдвард! Не совершай глупость! За мной следят, я знаю… «Персефона» вышла на меня и я хотел…
Раздался выстрел. Алекс не договорил и начал оседать на пол. Анжелика, закричав, упала на колени над ним.
— Нет!
— Какая жалость, — хмыкнул Эдвард, опуская руку со стволом. — А был перспективным парнем…
— Нет! Пожалуйста, не умирай! — Анжелика прижимала ладонь к тому месту, куда попала пуля, но… понимала, что это — конец. Счет шел на секунду…
— Энджи, — назвал Алекс ее уменьшительным именем. — Прости… Я…
— Нет… Пожалуйста, береги силы, — девушка улыбнулась сквозь слезы. — Я знаю… И мне… Мне все равно, кем ты был для других… Ты… Ты был для меня всем… А я… Так и говорила, не сказала… Надо было раньше звать тебя так…
— Как? — не сказал, а лишь шевельнул губами Александр, но еще находил силы смотреть на нее.
— Папа… — Анжелика тронула ладонью его щеку. Он накрыл ее ладонь своими пальцами. — Ты — мой настоящий папа… И я всегда буду любить тебя!
Александр закрыл глаза. Он ушел из этого мира. Анжелика, запрокинув голову протяжно, как—то по звериному закричала…
Томми был предусмотрительным парнем и прямо в машине оружия не оставлял, так что Михаилу пришлось, выскочив из машины, нестись к самолету с голыми руками, не считая монтировки.
Он не думал о том, что случится, если и… когда его наверняка встретят в аэропорту люди Александра. Он не думал том, что шансы на успех в его авантюре — стремится к отметкам ниже нуля и возможно, стоило бы действительно подождать, а так — не спасет дочку и погибнет сам… Ни о чем Михаил не думал! Кроме того, чтобы добежать быстрее! Он видел впереди самолет… Трап опущен. Значит, еще не опоздал!
— Зачем… — Анжелика, захлебываясь от слез, отпустила Алекса и медленно поднялась на ноги. Дуло оружия практически уперлось ей в грудь. — Зачем… Почему вы это сделали?!
— Глупая девка! — хищно усмехнулся Эдвард. — Что ты можешь понимать вообще? Да ты вообще…
И вдруг Эдвард скривился и его свободная рука взметнулась к сердцу… Как—то там кольнуло нехорошо и дыхание сперло. По левой руке разливалась странная, тяжелая слабость. Мелькнула мысль — да быть того не может! Врачи говорили, что сердце у него вполне здоровое, да, есть риски, но… Он же принимает витамины! И старается не злоупотреблять виски… А то, что накануне, вот, все утро пил — так переволновался. Это все жара — успокаивал себя Эдвард и ждал, когда ему станет лучше… Это все проклятая жара, потому что палит — необычайно даже для Африки!
— Ненавижу вас… Да будьте вы прокляты! — закричала Анжелика. — Вы — чудовище! Я вас ненавижу!
— Глупая… девчонка… — рука с оружием дрогнула, Эдвад едва различал предметы перед собой, он оперся на спинку кресла.
Михаил взлетел по трапу… Чуть не упал и глянув под ноги — вскрикнул, он увидел Алекса. Впрочем, его внимание тут же перешло к Анжелике и тому типу с оружием.
— А ты еще кто?! — всхрапнул сипло Эдвард, вспомнив, что напиваясь утром отменным алкоголем из Шотландии, он забыл принять свое обычное лекарство от сердца.
— Анжелика! — Михаил кинулся к дочке. — Бежим!
— Еще… Чего… — Эдварду сильно нездоровилось, но он, пошатываясь, побрел вперед, выкрикивая оскорбления и обещая всех тут прикончить!
Михаил уже выталкивал Анжелику из самолета, когда прозвучал еще выстрел… Он достиг цели, но ею стал не Михаил — пуля угодила в приоткрытую кабину, где врезалась в приборную панель.
— Вы что творите?! — заорал пилот. Это был верный Эдварду человек, который взошел на борт вместе с ним до того, как прибыл Алекс, но теперь он спешил убраться поскорее — потому что из приборной панели посыпались искры — там произошло замыкание и дело было плохо. — Сэр! Немедленно покиньте… — Пилот едва не пал очередной жертвой вконец обезумевшего Эдварда, который стрелял везде, куда видел!
Анжелика, Михаил и пилот выскочили из самолета… Из салона доносились крики и обещания всем устроить такой кошмар! И вдруг на территорию частного аэропорта въехали машины! Руководство «Персефоны» все—таки приняло решение рискнуть и действовать в спешке… Чему немало поспособствовал Томми, заявивший, что ему плевать, что он все инструкции нарушает, но он идет спасать Михаила и его дочь!
— Алекс! — взвизгнула Анжелика и кинулась было обратно к самолету.
— Он жив?! — спросил Михаил, хотя, судя по тому, что он видел, это было маловероятно… Анжелика не ответила, только снова заплакала и обессиленно упала на колени — девочку накрыла истерика. Она была сейчас наедине со своим горем, не желала видеть и слышать ничего вокруг!
— Вы в порядке?! — Ричард, подлетел к троице вместе с еще парой своих агентов, а также врачами — помимо сотрудников «Персефоны», в аэропорт также подтягивались местные полиция и машины скорой помощи.
— Я не ранен, она, кажется, тоже, — ответил Михаил. — Но там в самолете человек… Он вооружен…
— Понял, — кивнул Ричард.
— Сэр! — обратился к нему пилот. — В кабине произошло замыкание, я не уверен, что…
Договорить он не успел — в следующее мгновение за спинами маленькой компании взметнулось пламя, будто извергся вулкан пополам с дыханием дракона — самолет взлетел на воздух в самом дурном смысле этого слова! Тела Алекса, а также Эдварда — исчезли.
— Папа… — прошептала Анжелика, оглянувшись назад.
Михаил тяжело сглотнул — он готов был жизнью поклясться, что знает, к кому было обращено это слово… И он знал, что это — не про него.
А между тем — солнце еще только поднялось в вышину и наступил полдень. Это должен был быть очень долгий день для всех… Михаил сидел на асфальте и его рука лежала на плече дочери. Он не говорил ей ничего пока, просто был рядом…
Он не знал, что вскоре выяснится, что согласно действующим законам этой страны и еще одной, по которым Александр Грей числился вторым опекуном Анжелики, после ее матери, Анжелика получит все богатства, которыми в свое время владел Джон Грей и которые должен был получить, да не получил его единственный наследник — Александр. Да, часть из этого имущества должны был изъять — потому что, к примеру, многие миллионы были получены преступным путем, но огромное состояние относилось к легальному бизнесу. Михаил не знал, что меньше, чем через год Наталью вылечат и она сможет ходить.
Не знал он и того, что Наташа признается ему в том, что ее чувства к нему, не угасли… И он получит второй шанс. Но уже сейчас он начинал догадываться, чувствовать и просто знать о том, что даже когда его дочь узнает обо всех злодеяниях, что совершил Алекс, она, хоть и отречется от большей части того, что чувствовала к этому человеку всю свою юную жизнь… Но… Найдет в себе силы его простить. И сохранить в себе часть любви к нему, которую даже он — Михаил, настоящий отец, не сможет затмить никогда.
Благодарю за прочтение, и отдельно — за обратную связь🤗
Интересно ваше мнение, а лучшее поощрение — лайк и подписка))