Сегодня я хочу продолжить публикацию частей написанной мной мелодрамы из старинной жизни «Горькое счастье», по поводу которой можно сказать следующее (не раскрывая, разумеется, всех подробностей): действие книги происходит во второй половине 19 века в России. Совсем еще юный граф Николай Закревский, живущий в имении своих родственников, влюбляется во взрослую женщину Ольгу Одинцову. Не смотря на разницу в возрасте, между ними возникает глубокое, яркое и сильное взаимное чувство. Однако по воле судьбы граф вынужден уехать обратно в Петербург. Спустя много лет после расставания с любимой он возвращается в те же места, желая восстановить старое имение и прожить в нем остаток жизни, не подозревая, что влюбится снова...
Перед изданием книги я много просмотрел материалов конца 19 века, текстов того времени, изучал язык, обороты речи, на основе чего и появился этот роман, в котором я старался придерживаться того языка, но при этом сделать так, что он казался бы нам понятным. А сюжет… надеюсь, что он увлечет читателей (а особенно читательниц) и позволит окунуться в ту давнюю эпоху, когда мужчины были мужчинами, а женщины не были столь вульгарными, кои бывают некоторые из них сегодня.
Надеюсь, что чтение этого романа доставит многим их вас удовольствие.
Итак, продолжение…
Эпиграф.
«Пускай скудеет в жилах кровь,
Но в сердце не скудеет нежность…
О, ты, последняя любовь!
Ты и блаженство и безнадежность».
Федор Тютчев «Последняя любовь»
* * *
Весь день дом князей Шиловских гудел как потревоженный улей. Княгиня каким-то образом все-таки узнала про дуэль и попыталась получить объяснения от Николая и своего мужа. Но Николай сослался на нестерпимую головную боль и заперся у себя в комнате. Что же касается Павла Григорьевича, то долго еще в доме был слышен его голос и голос его жены. Но к вечеру все потихоньку стихло.
Николай хотел было и вправду написать письмо Ольге, но потом передумал. Да и что он мог сказать ей, какие слова мог он сейчас найти. На душе у него с каждым часом становилось все безысходнее и тяжелее. Он был в отчаянии и не знал, как поступить: в случае отказа от Оленьки он потеряет ее и возможность любить и быть любимым, а сблизившись с ней, он этим разорит ее и пустит по миру. Это был тупик, он отчетливо понял это и не видел никакого выхода из создавшегося положения.
Но потом вдруг его осенило.
Поздно вечером, когда все в доме вроде бы уже угомонились, он достал из кармана сюртука револьвер, который часто возил с собой на прогулку, упражняясь вдали от всех в стрельбе.
Револьвер как нарочно никак не лез из кармана. Потом уже, когда он лежал на столе, оказалось, что все патроны, кроме одного, провалились в маленькую прореху в кармане сюртука. Он взял было нож, чтобы распороть карман и вынуть патроны, но опомнился и остановился.
«Зачем мне столько патронов? – подумал он и усмехнулся про себя. – В русскую рулетку играть? И одного патрона будет вполне довольно. О да, довольно, вполне довольно одного этого крохотного кусочка металла, чтобы исчезло всё и навсегда. Всё быстро кончится: не будет ни сожалений, ни упрека самому себе, ни людей, ни проблем, которые я всем создаю. Как не будет и этих вечных исколовших сердце и душу иголок памяти, которые всё равно станут преследовать меня всю мою теперь никчемную жизнь. Ведь как я ни поступи в этих обстоятельствах – все выходит худо и безнадежно».
Тут он услышал сам себя: он и не подумал, что разговаривает сам с собой вслух.
- Однако довольно, довольно, довольно... - повторил он измученным голосом и дрожащими руками принялся открывать непослушный затвор револьвера.
Затвор, наконец, открылся. Патрон легко вошел в гнездо барабана, курок взвелся. Ничто не могло помешать смерти: дверь была заперта, и никто не мог войти.
- - Ну-с, Nicolas (Николай – франц.), пора, брат, пора! - сказал он, крепко сжав рукоятку.
«А письмо? - вдруг мелькнуло в его голове. - Неужели придется умереть, не оставив ни строчки?». И тут же он усмехнулся про себя: «Зачем, для чего, что оно даст, это письмо, что сможет объяснить? Ведь всё и без того дурно, ничего хорошего от письма не будет, да и что я могу в нем написать?».
Слезы покатились по его щекам. Нет, это не была жалость к себе или страх перед лицом смерти. Просто стало ему невыносимо тоскливо, так, что и выразить было нельзя.
И тут в дверь громко постучали.
- Господи! – воскликнул он в сердцах. – И кого же это черт принес?!
Стук в дверь повторился снова и с удвоенной силой.
- Да что же это такое, что?! – воскликнул он, решив ни при каких обстоятельствах не открывать дверь и закончить дело до конца.
Но тут на дверь налегли снаружи, она поддалась, резко открывшись под напором, и в комнату ворвались Павел Григорьевич, тетушка и несколько слуг.
Увидев в руке Николая револьвер, дядюшка как молодой лев бросился к нему и отвел револьвер от его головы за какое-то мгновение до выстрела. Пуля ударила в окно, посыпались осколки, мерзко позвякивая и разбиваясь о подоконник и пол.
Уже поздно ночью, когда все немного пришли в себя, на семейном совете было принято решение отправить молодого графа домой в Санкт-Петербург и выждать ровно год вдали от Ольги Дмитриевны. Если же он по прошествии этого времени все еще останется при своих чувствах к ней, а она соответственно к нему, то ему будет разрешено приехать обратно и тогда уже окончательно решить – насколько их отношения с Ольгой Дмитриевной серьезны. А пока ему предложили написать ей письмо с изложением принятого на семейном совете плана.
- Пойми, mon cher ami (мой дорогой друг – франц.), - сказала в завершении разговора Прасковья Сергеевна. - Ежели ваши с Ольгой чувства подлинные и серьезные, то им разлука в год только пойдет на усиление. Ежели нет – то это простая влюбленность и ничего более. Не стоит тогда ее и вспоминать.
Ее поддержал и Павел Григорьевич:
- Поверь мне, Nicolas (Николай – франц.), супруга моя права. Я тоже к этому решению склоняюсь. Это будет испытание истинных ваших с Ольгой Дмитриевной чувств. Какова же им цена, если они такое несильное и недолгое испытание не выдержат? Пшик да и только.
В этих рассуждениях была своя правда и свой резон. На том и порешили. И вскоре, получив от Ольги согласие на это испытание чувств, Николай отбыл к себе домой в столицу.
Однако, будучи недостаточно подготовлен к поступлению в университет в силу известных обстоятельств, он провалил вступительные экзамены к великому огорчению домашних и в конце этого же года, когда сил ждать еще много месяцев у него не оказалось, Николай собрался в дорогу и возвратился обратно в эти края.
* * *
Продолжение следует…
Целиком книга расположена на платформе Литрес.
Ее активно читают, что не может меня не радовать как автора – значит, написал ее я не зря!
Эту книгу можно приобрести целиком, не дожидаясь окончания серии таких публикаций. Чтобы познакомиться с фрагментом этой книги (дабы не покупать «кота в мешке») или приобрести ее целиком в электронном виде или в виде аудиокниги - зайдите по ССЫЛКЕ
А еще вы можете заглянуть на мою личную страницу в Литресе и найти себе какую-нибудь подходящую книгу из тех, что я написал:
по психологии отношений и выходу из сложных жизненных ситуаций, разнообразную художественную литературу: боевики, короткие детективы, фантастику (наверное, единственный в природе сборник из 100 коротких фантастических рассказов на любой вкус), а еще там есть книга про постапокалипсис, любовные и приключенческие романы, увлекательная книга для подростков и т.п.
Для входа на мою персональную страницу со всеми книгами в электронном и аудио виде – ССЫЛКА
Ну, вот пока и всё на сегодня.
Радушно приглашаю вас на свой канал. Уверен – здесь вы обязательно найдете себе что-нибудь по вкусу и не зря потратите время.
Засим смею закончить и откланяться.
Подписывайтесь на мой канал, ставьте лайки, оставляйте комментарии и заглядывайте на огонек. А я постараюсь сделать всё возможное, чтобы вы получили от моих публикаций максимальную пользу и удовольствие.
Ссылки на предыдущие подобные публикации: