Есть мнение, что о поражениях летописцы сообщают неохотно, что победы преувеличиваются, а разгромы забываются побеждёнными, и что все хотят книги в духе «Великие подвиги наших доблестных предков». Это мнение представлено на нескольких скринах, ибо весьма распространено и особенно часто высказывается в связи с отсутствием упоминаний о битве на Неве со стороны шведов…
Ну, правда, может быть, шведы просто не хотели рассказывать о своём поражении? Такая гипотеза кажется очень убедительной интуитивно… И как многое другое из интуитивно убедительного явно противоречит фактам. Почему это шведы «не хотели» писать про Неву, но хотели про Полтаву или сожжение своей столицы новгородцами и финнами в XI веке? Немцы, в таком случае, зачем упомянули о поражении на Чудском озере в пяти источниках, – собственно, всех, где описывалась история Ливонии. Могли же не упоминать о неприятном…
Более того, идея «забвения» или «замалчивания» поражений заставляет играть новыми красками популярное ныне «игоборчество». В самом деле, если о поражениях не пишут, – какой смысл в обличении фальсифицаиций «немецких академиков, иго выдумавших»? Логично ожидать, что сожжённые подлинные русские летописи уже были фальсифицированы, – никто же не стал бы писать о разорении страны монголами?
...В реальности есть масса поражений, о которых известно только от побеждённых. Взять хотя бы такие эпичные примеры, как Канны, Тевтобургский лес, Карры, – о том, кто и в каких (эпичных) количествах вырезал римлян, известно от римлян. Как и о разграблении Рима вандалами. На самом деле, единичны, – исключительны, – подобные битве на Неве случаи когда одна сторона заявляла бы о победе, тогда как другая (тоже ведущая уже записи) не сообщала бы о поражении. Это, действительно, очень странно.
Примирить интуитивную убедительность с фактами позволяет лишь понимание, что поражение нельзя замолчать. Потому что, хроники пишутся не для потомков, а для современников, – современники же в курсе произошедшего, если речь о событии действительно важном. Их бессмысленно пытаться обмануть, – мол, ничего не было… Можно лишь пытаться утешить сообщением, что братья Ордена все полоумными были, бросились в атаку один на тридцать русских, – а раз так, то и не жалко их. Присуждаем премию Дарвина.
То есть, присочинить, приукрасить можно и поражение, – что-то где-то пригладить, но никогда не в главном. Потому что, главное всем известно и без летописца. И далее ситуация уже не изменится. Новые списки основываются на старых, содержание которых известно. Известно, людям, может быть и немногим, но ключевым, – образованным, историей интересующимся. А другие-то и пергаменты заказывать не станут.