Лариса шла домой одна и знала, что там никто не ждет, но почему-то сейчас это не пугало, а радовало. Сегодня для нее был необычный день, на который женщина долгое время не могла настроиться. По сути она постоянно пыталась убежать от одиночества, а сейчас о нем мечтала. Последние восемь лет жизни выдались настолько необычными и странными, что она сама уже не понимала как жить, делать и стоит ли в принципе продолжать выбранный путь.
- Просто ты мне не нужна, ты же не настоящая женщина, а танк какой-то, -сказал ей муж восемь лет назад, собирая вещи.
- Но я тебя люблю, у нас семья и вообще куда ты уходишь? - не понимала Лариса.
- Наши отношения точно не тянут на звание настоящей семьи, так что тебе нет смысла ничего говорить, - не останавливался Алексей. - А семья у меня есть с другой женщиной, и ребенок скоро у нас родиться.
Лариса тогда сломалась и как-то растерялась даже. Она и правда в последнее время много работала, они же с мужем мечтали о собственной квартире. Так и не заметила, что мечтала только она и действительно превратилась в карьеристку, постоянно пропадающую на работе. Она даже не заметила, что у мужа появилась другая женщина, а в итоге осталась совсем одна. Конечно, поддерживали родители, пытались подбадривать подруги, но особенного облегчения не было. И тогда Лариса решила всем доказать, что она тоже может быть нормальной и домашней женщиной. Только подходящих кандидатов на роль избранника не находилось и тогда она решилась на самый неоднозначный шаг в жизни.
- В каком это смысле ты решила усыновить ребенка? - не понимала мать. - Не сходи с ума и подумай о повышенной ответственности. Это не игрушка и не факт, что ты сможешь принять чужого ребенка.
- Ну я уже смирилась и приняла тот факт, что не смогу иметь своих детей, семья у меня не получается и вообще, - рассуждала Лариса. - Я не собираюсь брать малыша, с которым нужно сидеть в декрете и проводить бессонные ночи.
- Тогда сразу бери такого, который уже скоро институт окончит, -не мог прийти в себя отец. - Мне кажется ты совершенно не понимаешь, что отворишь и можешь только проблем доставить всем.
Но Лариса родителей не слушала и была настроена весьма решительно. Она остановилась на золотой середине для себя и взяла домой шестилетнего Павлика. Он воспитывался в приюте с рождения, поскольку непутевая мать бросила его и никто из родственников за все это время не поинтересовался судьбой мальчика. Ларисе он приглянулся и показался даже чем-то похожим на нее.
- Вы должны понимать, что отказники особенные детки, которые требуют любви, понимания и терпения, - рассказывал директор приюта. - От них уже однажды отказались биологические родители и приемным нужно сильно постараться, чтобы заслужить доверие.
- Ну у меня тоже жизнь не простая, так что попробуем вместе преодолевать трудности, - решительно сказала тогда Лариса.
В теории все казалось правильным и реальным, а вот на практике выходило ни так радужно. Пока Павлик был маленький, он просто напоминал ежика и не позволял приемной матери себя любить. Она ходила с мальчиком к детским психологам, советовалась с педагогами и пыталась найти общий язык, только не получалось.
- Ну и ладно, перерастет, сам все поймет, потом еще благодарить будет, что забрала его из приюта, - сказала тогда себе Лариса и успокоилась.
Даже после появления Пашки работа оставалась на первом месте в ее жизни. Он ходил в школу, оставался на продленку, пропадал во дворе или за монитором компьютера и женщину это устраивало. Особенно непросто было справляться с Павликом по мере взросления и приближения подросткового периода. Он откровенно хамил, прогуливал школу и требовал денег на дорогие покупки, что совершенно не устраивало Ларису.
- У тебя явно дурные гены и ты совершенно не поддаешься воспитанию, -выпалила как-то Лариса после очередного скандала с приемным сыном.
- Ну так сдай меня обратно и вообще я не просил меня к себе забирать, -не оставался в долгу он.
- Если и дальше так будешь себя вести, могу сдать, -сказала она, чтобы приструнить мальчика.
Только по факту после этого разговора мысли о возможной сдаче ребенка не оставляли ее в покое. Ларисе с тоской вспоминалось время жизни в тишине и одиночестве. Последние пять лет она пыталась воспитывать мальчика, поведение которого совершенно не поддавалось корректировке, и чувствовала себя уставшей. Родители всячески помогали и брали ребенка к себе, что становилось для Ларисы праздником. Она все чаще ловила себя на мысли, что чувствует себя прекрасно именно во время отсутствия дома приемного ребенка и ничего не может с этим сделать.
- Ты так и не смогла его полюбить и принять за своего, -тяжелого вздыхала мать. - А я сразу предупреждала, что так и будет, а теперь вообще не понятно, что делать дальше.
- Не ломай жизнь себе и пацану, - просил ее отец. - Конечно, мы уже привыкли к Пашке и душой прикипели, только ты же его не любишь.
- Я уже сама не знаю, как быть и что делать, -честно признавалась Лариса. - Так надеялась, что ребенок спасет меня от одиночества и сложного периода в жизни, но все стало еще более запутанным.
- Просто сейчас Пашке одиннадцать лет, и если у тебя есть мысли о возможной сдаче его обратно, то сделай это сейчас, - просила мать. - Так ты себя освободишь и у мальчика будет шанс найти новую приемную семью.
Лариса сомневалась, и сама не знала, что делать. На самом деле ее совершенно не волновало возможное осуждение окружающих. Женщина пыталась для себя понять, что чувствует в данный момент и как такое решение может изменить жизнь. Душа молчала, умом она осознавала ответственность за мальчика и пыталась как-то с ним договориться.
- Давай жить дружно, - просила она Пашку. - Конечно, ты взрослый и хорошо знаешь, что я не твоя настоящая мать, но мы можем быть семьей.
- Я, конечно, не знаю точно, но семья как-то иначе выглядит, -рассуждал Пашка. - Всех моих ровесников родители возят на море, водят в парки и учат кататься на велосипедах.
- Но мне некогда заниматься такой ерундой, - бесилась Лариса. - Если ты не заметил, то я работаю и оплачиваю все наши покупки.
Павлик, наверное, это замечал, но еще больше он замечал, что приемная мать относится к нему словно к собственной работе. Она никогда не обнимала и не говорила добрые слова перед сном. Мальчик не знал, что именно так должно быть, потому что в его жизни такого не случилось. Но он видел подобные истории в кино и слышал рассказы сверстников, которых родители учили ставить палатку, колоть дрова и вместе готовить завтрак. Пашка не знал, понадобиться ли ему подобные навыки в жизни, но отчаянно хотел сделать что-то с кем-то, только не получалось. Лариса не была похожая на мать, она больше напоминала снежную королеву. Номинально родительские обязанности выполняла: кормила, одевала, деньги в школу давала и все на этом, а ему требовалось больше.
- Ваш мальчик украл деньги у одноклассника, - отчитывала Ларису учительница. - Я все понимаю и знаю вашу ситуацию, но на не должна затрагивать других детей.
- Я компенсирую украденное и Павел попросит прощение у мальчика, -сказала тогда Лариса, не став разбираться.
А Павлик тогда был настроен на разборки, скандалы и даже оправдания перед приемной матерью. Только ей это оказалось не интересно, и она явно не собиралась тратить на это свои силы и время. Едва они вышли из школы, Лариса стала созваниваться по рабочим вопросам и в итоге даже слова не сказала мальчику. Он принял это за элемент нормы и стал воровать деньги у нее. После пропажи большой суммы у Ларисы закончилось терпение, и она наговорила ребенку много плохих слов.
- Так выгони меня на улицу или сдай обратно, раз я тебе не нужен, -выпалил тогда Павлик и закрылся в своей комнате.
На тот момент ему было почти тринадцать лет, и Лариса вдруг отчетливо поняла, что дальше будет только хуже и сложней. Она и правда начала узнавать о процедуре возврата приемного ребенка, отправившись в приют.
- А я помню вашу историю, - грустно вздохнул тогда директор. - Почему-то так и думал, что этим все закончится. Правда рассчитывал, что вы вернете ребенка раньше.
- Какие шансы на нахождение новой семьи для Павла после его возвращения? - решила поинтересоваться Лариса перед окончательным принятием решения.
- Минимальные, потому что он уже подросток, и из ваших слов понятно, что проблемный подросток, - отвечал директор. - Таких детей редко забирают и в большинстве случаев они оканчивают школу и уже сами как-то пытаются устроиться в этой жизни.
Лариса целую ночь не спала, стараясь взвесить все за и против перед принятием решения. Чисто по-человечески ей было жаль Пашку, которого после возвращения в приют ждала не завидная участь. Но, с другой стороны, ей хотелось покоя, тишины и возможности устроить личную жизнь. С трудным подростком сделать это было нереально, а Лариса все чаще задумывалась о необходимости крепкого мужского плеча рядом.
- У нас с тобой не получилось нормальной семьи, поэтому тебе придется вернуться в приют, - говорила она утром Павлику, отводя взгляд в сторону.
- Что из вещей мне можно взять с собой, - спрашивал он, стараясь казаться спокойным и равнодушным.
- Все, что считаешь нужным, - пыталась откупиться Лариса. - Я не собираюсь забирать свои подарки или купленные тебе вещи. Мало того, я не стану полностью пропадать из твоей жизни и планирую выплачивать деньги на твое содержание. По мере возможностей буду в гости к тебе приезжать или выпрашивать на прогулку. Мы просто поживем какое-то время отдельно и возможно, через время еще раз попытаемся найти общий язык.
Павел быстр собрал вещи, всю дрогу ехал молча и даже не смотрел в сторону Ларисы. При прощании она попыталась его обнять, но это получилось с непривычки как-то неловко и угловато, а Пашка отстранился.
- Я попытаюсь навестить тебя при первой возможности. - явно врала мальчику и себе Лариса.
- Не нужно приезжать, звонить или писать, - сказал он, забирая рюкзак. - Всего доброго, только жаль, что с бабушкой и дедушкой не простился, они хорошие.
Лариса хотела разразиться тирадой, относительно такого поведения мальчика, но потом смолчала. Она торопилась домой в свою квартиру, в которой никто не ждал и одиночество казалось не наказанием, а наградой за последние годы подвигов.
Лариса прекрасно понимала, вряд ли еще когда-нибудь встретиться с Павлом, но не переживала по этому поводу. Когда-то он казался спасением от переживаний и горестей, а в итоге стал сущим наказанием. Стыдно и дорого, но избавившись от него, женщина начала жить только для себя, оставив нелепые мечты о семейном счастье. Может и правда оно было не для нее, не зря же бывший муж назвал ее танком перед разводом. У танков не было чувств, эмоций и сожаления о судьбах других людей, они просто умели переть напролом невзирая на цену вопроса.