Я написал в предыдущей статье, что люди иногда ищут негатив у других, чтобы убедить себя «...ну а у меня-то всё неплохо, в целом. Гля, вон как бывает!»
Жили-были две подруги. Одна была другой покруче. В целом, всегда в девичьих парах есть та, которая «страшненькая». Со внешностью было наоборот, страшненькой была более удачливая. Но после тридцати – кого интересует внешность или размер? Главное – умение ей, внешностью (или им, размером?), пользоваться! Познакомились девчушки примерно на одном этапе в приблизительно одном статусе. Так дружить и начинают обычно. От общности интересов и от судеб сходства.
Потом жизнь потихоньку стала их двигать по своим маршрутам. Та, что поудачливее … Назовём её Таня, тем более, что «Итак, она звалась Татьяной», и была Таней на самом деле. Так вот, Татьяна как-то попала в струю.
Вышла замуж. Родила. Муж не Ален Делон, конечно, ну а кто у нас Ален Делон, кроме самого Алена Делона? Но парень был хваткий и пробивной. Стал бизнесменом. Подружился с братвой (да-да, давненько дело было, больше четверти века назад). Закрутел, заматерел. Машина. Мобильник, очень тогда ещё редкость и очень недешёво. Денег несчитано и понтов немеряно.
Та, что посимпатиШнее (ну нравится мне через «ша» писать) … Назовём её Нина, тем более, что она и была Ниной, по паспорту.
А у ней всё как-то не ложилось. Семья как-то была, но как бы и не понятно. Муж работать отказывался и всячески Ниной понукал. А ребетёнка нажитого кормить нужно, да и мужа заодно. Работала в надрыв.
Плюс со всех сторон её тюкали и высказывали своё веское мнение. Мамка, что она не так живёт. Свекровь, что она не так живёт с её сынулечкой. Муж, что она вообще не так… не будем продолжать. Со всех сторон всё было «не так», ну и, с доброты и воспитания, поверила Нина в то, погоревала-погоревала, потом привыкла, и стала жить дальше. Только к Тане забегала иногда поплакаться, подружка всё-таки.
Таня подружку привечала и покровительствовала. Выслушивала жалобы и высмаркивала слёзы в жилетку. Утешала всячески, мол, всё наладится, не горюй, Нинк, а Нинк!
Только … сытый голодного не разумеет.
Как-то вдруг жизнь задвигалась и пошли изменения. Масштабные такие, тектонические аж. Причём по обеим подружкам.
Для начала объявился «прынц». Чуть не на белом коне, и Нину из тёмного царства вызволил. Откуда взялся – не понял никто, включая Нину.
А вот меньше нужно в подушки плакать, девчонки, да мечтать по ночам о всяком разном. Где-то все ваши слёзки считаны и мечтания ваши слушают.
Короче, прынц как-то ловко и быстро всё с ног на голову перевернул и свои порядки везде понаводил. Начиная с Нининой головы. Мужа он быстро пнул, тот и пропал с горизонта безропотно, а с ним и свекровь с нравоучениями. С мамой о чём-то пошептался в уголку, та и перестала дочке нагнетать про жизнь её непутёвую, а стала любопытством созерцать происходящее.
Труднее всего с самой будущей прынцессой получилось. Очень уж впечатлительной была и послушной. Сказали, мол, мымра и баба никчемушная, ну знать так оно и есть. А прынц въедливый попался, да дотошный.
– А кто, – говорит, – говорил такое? С чего вдруг такие расклады начались? Очень я интересуюсь первоисточниками. Муж? Это вон тот, которого я давеча, кхм, с дивана этого спустил? Ну так он много чего говорил, сама слышала? Да, глупости и мерзости. Ну а с чего такого вдруг ты решила, что про тебя он прям вот всю чистую правду и сияющую истину выкладывал? Воооот! Свекровь? Даже объяснять срамно, а мама, вон смотри! Как согласно кивает и ничего такого уже и не говорит. Передумала мама, ошибалась, бывает. Ведь передумали, маманя?
– Как есть передумала, доченька, не слухай ты меня, дуру старую. А что раньше говорила, так и вовсе забудь, – маманя достала из кармана листочек, на котором было что-то написано твёрдым мужским почерком, и продолжила, искоса поглядывая в листок, – Умница ты у меня и раскрасавица, как есть прынцесса!
Маманя сложила листочек и вопросительно посмотрела на прынца. Тот незаметно, но одобрительно кивнул.
Прынцесса посидела, подумала… потом ещё подумала… потом ещё. И возразила маме, чего сроду не бывало:
– Нет, не принцесса.
– А кто же, ты доченька?
– Королевна!
Фильм «Морозко» шёл недавно по телевизору.
На том и порешили, и стали они жить поживать, да добра наживать. Таня, нужно сказать, очень за подругу порадовалась, и всячески её одобряла. Только изредка сравнивала свойного мужика с ейным. Сравнение, если честно, не в пользу ейного выходило. Ейный был как у Мордюковой в фильме «Простая история»:
– Хороший ты мужик, Андрей Егорыч. Но не орёл!
Прынц на орла смахивал больше, в одном только ощутимо проигрывал – в деньгах. Тут все козыря были у Таниного, что примиряло её с действительностью. Давно известно: револьвер всегда бьёт четырёх тузов.
Финансовый достаток всегда побьёт и глазки голубые, и кудри кучерявые, и словечки всякие желанные да ласковые, от которых красны девицы тают, как эскимо в июльскую жару.
Поэтому все остались при своём.
Но тут как-то резко занепогодило в семье Таниной.
Сначала гроза громыхнула: а банкрот оказался муженёк её. Как есть банкрот, словно приснопамятный Свирид Петрович Голохвастов из кина «За двумя зайцами». Мильёны оказались заёмными, да ещё заёмными очень не в тех кредитных организациях, в которых стоит кредитоваться. У братвы назанимал, а это вам не Альфа-банк, да коллекторы с импотентными телефонными звоночками.
И счётчик там щелкал как Гейгер в самой сердцевинке Чернобыля!
Потом бабахнуло сильнее. В тюрьму загремел суженный да ряженный. Да странно так загремел, даже следователь опытный в затылке чесал. Сам, в общем, срок себе поднял. Мужика грабанул, прям возле ментовки, да и сдался сразу, даже убегать никуда не стал. А так как он ещё и пистолетом тыкал, в общем, никак мимо пятёрки строгого муженёк не пролетал. С чем был полностью согласен, и даже почему-то радовался. Чего никто не понимал, пока не загрохотало окончательно. Тут и выяснилось, с чего вдруг благоверный в уголовщину неожиданно заиграл.
От братвы в тюрьме он решил пересидеть, а Танюсечку свою разлюбимую под бандитов и подвёл.
Та сглупу с ним вместе ездила, а оказалось – на стрелки. То есть, – участник процесса считалась, для людей сведущих. Плюс там на некоторых бумажках, которые Игорёчек-дорогой подписать просил: «Не парься, Тань, мелочи всякие, не забивай голову», и подпись её, и бумажки не мелочь всякая, и голову позабивать стоило. Иначе голову позабивают другие.
И пожаловали к Татьяне люди лихие, да невежливые, на дом прямо, а там дитё годовалое в люльке, в общем, полный фарш эмоций. И такая картина жалостливая вырисовываться стала, что хоть в петлю. Благо ребёнок годовалый, хоть и не разговаривает, но разубедил. Не дал грех на душу взять.
И так всё это великолепие раскололось мгновенно, с начала первых раскатов ну недели полторы прошло, много – две. Как из благополучия благополучного осталась Татьяна у корыта разбитого, да с тыквой вместо кареты.
И никаких тебе перспектив совершенно, здесь вам не сказка, а жизнь.
А прынц такой оказался не лыком шит, и не только одну подружку из тёмного царства вызволил, так ещё и второй пособил. Оказалось он не только ленивых мужиков с дивана спускать мастер, а ещё и с «кредиторами девяностых» поговорить может. Уж о чём они там несколько часов орали друг на дружку беседовали, никто не знает.
Только вышли высокие договаривающиеся стороны улыбаясь, и объявили своё резюме:
– Татьяна к проделкам мужа отношения не имеет, лицо незаинтересованное и вообще ни при чём. Квартира ейная при ей же и остаётся, несмотря на подписи её смешные в неправильных местах. Протоколлекторы Никто её больше не беспокоит, а заинтересованные лица будут Игорёчка ждать, оставшиеся вопросы и недостающие суммы с него спрашивать. А вот магазин его со всем товаром, машину, вторую квартиру, мобилу и дачу мы забираем, уж не обессудь.
Магазин понятно, вопросов нет, вторая квартира была мужа, дача – тоже, а прав у Тани отродясь не было, поэтому и машина ей без была надобности.
С учётом того, что сумма «семейного» (по документам) долга была раз в десять больше. Бог дал, Бог и взял, согласилась Таня, хотя согласия её и не требовалось особо, да и формулировка не безукоризненна с моей точки зрения. И давал не Бог, а уж забирал тем паче, но с девушками спорить – себе дороже.
Но при таком долге и с такими документами соскочить с намыленного – это фарт немалый по диким девяностым. А прынц стоял в сторонке и помалкивал скромненько так.
И Таня осталась на бобах при своих, то есть. Разве что с ребёнком на руках. Ну это как посмотреть. Одинокая мама – это, конечно, крест нелёгкий, однако, мальчишечка вырос на загляденье и мамина радость, без всяких преувеличений.
А вот Игорёчек так и не вышел, не дождались его аспиды. Прихворнул он чем-то, тюрьма для здоровья организация неполезная.
В справочке был диагноз написан. То ли: «Триножевыхвгрудь», то ли: «удавился», разобрать было непросто. Сами знаете, какой почерк у врачей, да и латынь не всякий понимает. Только хоронила Игоря мама, потому что Таня категорически отказалась вообще что-то делать, и напоминать ей запретила о его имени и существовании.
Подломилось что-то у девчонки, когда незнакомые дядьки по квартире ходили не разумшись, да ребёночка из люльки доставали. Нет, ничего такого, просто – посмотреть, но вот подломилось и всё тут.
Так вот тот год бурновато протёк. В самом начале была замарашка-неудачница и светская дама, а к следующему Новому году всё здорово поменялось. В замарашку-неудачницу уже светская львица переквалифицировалась. А это непросто.
Когда из грязи в князи – у людей крыша едет почти всегда, особенно если грязь была глубокой, а в князи получилось неприлично быстро. А уж если наоборот… то проблемы неизбежны.
Худо ли, бедно ли, настал Новый год в том году, который лучше бы и забыть. И хотела Нина с прынцем вдвоём праздновать, да подругу не оставишь, а та вообще – одна-одинёшенька. Короче, сели втроём праздновать. Танюська махнула рюмку, закусила второй через недолго совсем, по заветам русским, застольным. Догналась третьей, и всей тройкой – да под гору. Накидалась, в общем, Татьяна, вот в сопли просто-таки.
Ну и поплакать спьяну – это вот обязательная программа, к тому же все основания прореветься у неё по итогам года были. «И есть для кручины сурьёзные причины», – писал Филатов про Федота-стрельца. Вот и Таня капала тушью на белую скатерть и жаловалась.
Но … вот что странно. Если жалобы её были обоснованы, то вот её сравнения…
И тут я, наконец-то, добрался до исходной мысли. Человек своё «хорошо – плохо» сравнивает с другими. Если ему хуже, чем другим, ему становится ещё хуже. Если получше, чем у соседа, то и жизнь прекрасна.
Таня начала сравнивать и делала это навзрыд и жалостно:
– У меня… сплошной… А у вас! Вы такие счастливые! Вы такие молодцы! У вас так всё здорово и хорошо! Я так радааааа…
Ну, в общем, она так «искренне радовалась» и перечисляла все детали, как «У вас всё хорошо», смакуя и хлюпая носом.
Женские несколькочасовые слёзы и нытьё в Новогоднюю ночь – так себе праздник. Подруга, в конце концов, не выдержала:
– То, что мы ничего не говорим, не ноем и не дохнем, абсолютно не обозначает, что у нас всё хорошо и прекрасно. У нас проблем – не меньше твоего, только мы не плачем, и вся разница.
И тут… Слёзы у нашей Тани пересохли мгновенно.
– Да? А что такое? Что случилось? А расскажи, расскажи, расскажи!
Измученная «Голубым огоньком» вперемешку с Таниными слезами Нина сломалась. И открылась.
А проблем действительно хватало. Если в личной жизни всё было хорошо и здорово, то материально была беда бедовая.
Компания-застройщик дома обанкротилась и активно распродавала активы, и квартира в новостройке висела на такой тонюсенькой ниточке, которая только чудом не обрывалась. Ситуация, когда к тебе могут явится и начать выселять из единственного жилья, жизнеутверждающей никогда не бывает.
Даже если эти люди категорически неправы – нервотрёпка гарантирована. А законы про распродажу активов банкротами, про дольщиков, выкинутых на улицу, стали принимать позже, как раз вот после таких разборок. Нет, справедливости в итоге добиться было возможно, я вообще верю в справедливость.
Можно. Лет через десять. На улице.
Это первый мелкий пустячок.
Второй случился буквально за три дня до застолья. «Кукольники» кинули Нину на деньги. «Кукольники» это такие рукастые мошенники, которые так заморачивают тебе голову своей ловкостью рук, что ты остаёшься без денег. В пачке сотенных долларовых купюр действительно сотенной оказывается только одна, верхняя. Остальные – по доллару. Криминальные престидижитаторы умудряются подменить настоящую пачку денег на «куклу». Чистый убыток: 9.801 доллар. И жёсткие сроки. И – год 1998-й.
Никто не помнит про дефолт? А про то, как впятеро скакнул доллар? Всё это тогда и было. На 200 долларов можно было жить, 500 долларов считались крутой зарплатой. Короче, попадалово был где-то на всю зарплату года за полтора, если не есть, не пить.
Плюс случившееся считалось залётом, и оба лишились работы.
То есть, Новый год. Оба только что уволены. Долг охр... немаленький. Квартира под вопросом. После праздников в квартиру постучат. Не одни, так другие.
И тут Танюська: «У вас всё так здоровооо! Вы такие щастливыеее! А вот йааааа…»
После того, как подруга ей начала выдавать: «Да? Всё здорово? Счастливые? Всё у вас в порядке? Это ты самая несчастная и не знаешь, что делать? Ну так слушай…»
Боже! Как же ярко и артистично менялась её лицо. Как мимика может рассказать всё о человеке. От уныло заплаканно-депрессивного Танюськино лицо разгладилось, посветлело и стало безмятежно счастливым и умиротворённым. Потом, даже в пьяном состоянии она поняла, что широко улыбаться при таких рассказах, особенно при таких рассказах «лучшей» подруги, не совсем … удачное решение. Она даже пробовала извиняться, и даже извинялась, долго и неубедительно.
На что прынц сказал избитое: «Что у пьяного на языке на лице, то у трезвого на уме. Делай выводы сама, насколько она «лучшая» и точно ли «подруга». Вы познакомились давным-давно, дружите – по привычке, а не по потребности. Друг – это тот, кому плохо, когда плохо тебе. Как называется человек, который радуется в твоём горе, я знаю. Но лучше это сказать тебе»
Откуда знаю про разговор на три персоны? Знаю вот… Не задавайте больших и длинных вопросов.
Нет большей радости, чем горе соседа?
Вывод: многие любят поныть и посмотреть на проблемы других.
А я люблю котлетки и Rammstein.
Каждому своё…