10.203 — это объединение художников уличной волны, включающее Максима Има, Турбена, Хаксли (Ивана Ильинского), Сергея Heato, Сергея KK и Никиту Dusto. Ребята работают на «Исткабеле» в Санкт-Петербурге, создавая индивидуальные работы, а с недавнего времени и коллективный проект для выставки «Весть» в Русском музее. Узнаем о ее значении и сотрудничестве с институциями поподробнее.
— Работа «Угол зрения» особенно ценна для 10.203 — это первая коллективная работа, и сразу в Русском музее. Расскажите про нее.
— Эта работа действительно дебютная, до этого мы не создавали коллективных проектов. У нас было много идей: какие-то слишком смелые для музея, какие-то тяжело реализуемые. В результате мы взяли мой (Максим Има) проект «Слухи» как отправную точку, однако идея все же отличается. Важно было показать стиль каждого автора в отдельности, при этом сохранив целостность высказывания.
Начиная с фотоколлажа Сергея Красавина, мы постепенно размывали конкретику, сводя ее к минимализму. Основным посылом является то, что в современном мире информация из-за своего переизбытка сильно трансформируется и зачастую оседает в сознании как набор отдельных рваных частей. Форма ширмы была выбрана как подкрепление того факта, что под различным углом зрения при преломлении перспективы условный контент также начинает восприниматься по-разному.
— Вы художники уличной волны — и выставляетесь в большой классической институции. Неочевидное сотрудничество. Расскажите о нем.
— Для некоторых из нас это уже не первый музейный проект. Несомненно, мы польщены тем, что наша работа попала на эту выставку, и благодарны всем сотрудникам музея, благодаря которым это произошло. Уличное искусство и граффити в особенности — важная составляющая нашей жизни, но мы уже давно позиционируем себя как мультидисциплинарные художники. Если вы обратите внимание на наши групповые и сольные проекты, то станет понятно, что во многих из них практически отсутствуют отсылки к уличному бэкграунду. Нам бы не хотелось работать, ограничивая себя какими-то стилевыми рамками.
— Как балансируете между корнями — уличными проектами — и институциональными?
— Мы хотим делать разные вещи, пробовать новые идеи и подходы. Улица — это почти всегда территория свободы. Не в пафосном понимании бунтарского духа, а в том смысле, что в граффити мы не ищем зрителя, не преследуем каких-то целей. Это хобби, которое позволило нам заложить некий базис. Он может пригодиться в студийных проектах. И мы, и международная галерея Inloco, с которой мы сотрудничаем, придерживаемся правила — экспериментировать с разными форматами, пространствами, институциями и даже интервенциями. Это настолько обширная тема, что заслуживает отдельного разговора.
— Для чего художнику сотрудничать с такими институциями в 21 веке? Кажется, что с помощью диджитал-инструментов гораздо проще получить нужные признание и узнаваемость.
— Можно посмотреть наши социальные сети и увидеть, что мы не делаем ставку на диджитал-инструменты. Да, есть проекты, где мы заигрываем с дополненной реальностью, но это, скорее, эпизодический эксперимент. Нам важен живой контакт со зрителем. Ну и, в конце концов, разумно ли отказываться от сотрудничества с одним из главных музеев страны?
— Максим, твоя работа посвящена «опозданиям» в широком смысле этого слова. Расскажи об этой задумке.
— Мой отец военный, и с детства мне привили пунктуальность. Я не опаздываю, но постоянно спешу. Иногда это доходит до невротизма — усидеть на месте бывает чрезвычайно сложно. Но работа не только об этом. Она выполнена в слегка небрежной манере. Обычно я более детально прописываю фрагменты, здесь же за счет техники хотелось показать, что постоянная спешка влияет на качество. Что, конечно, случается и в создании новостей. Отсутствие фактчекинга, допущение ошибок и вариации фейк-ньюс подтверждают эту всеобщую спешку и невозможность расслабиться.
— Сергей, твоя работа отсылает к телевидению. Это ретроспективный взгляд? Кажется, что телевизор уже давно списан — что думаешь?
— Отчасти это ретроспективная работа. Есть воспоминание из детства: включаешь телевизор посмотреть мультики, а там информационный вакуум — профилактика, и надо ждать до 3-4 часов, пока она закончится.
Телевизор, конечно, списан: он уже не несет ту культурно-просветительскую функцию, как раньше, больше развлекательную. Сам материал моей работы — газоблок — символизирует тяжесть телевизора. Но при этом внутри него — воздух, пустота, в которой ничего не происходит. Профилактикой можно заменить любую ТВ-передачу, от этого ничего не поменяется.
Читайте также: