Когда я перешла во второй класс, папа сказал, что его отправляют служить на Кубу. В то время мы жили в Белоруссии в пяти км от поселка Россь рядом с гарнизоном.
Я не очень понимала, чем мне грозит переезд, и правильно делала, потому что на Кубу мы так и не попали. Срочно потребовался командир части для службы в ГДР, и папу перенаправили туда.
Он уехал, а мы – мама, я и моя старшая сестра ждали вызова. Наконец, вызов прислали, и мы отправились сначала в город Брест, а потом на поезде в ГДР.
Мама не получила обещанного письма от папы с точным адресом, поэтому мы ехали в поезде и не знали, где нам выходить. Попутчики, а это были офицеры или семьи офицеров, путем логических умозаключений из той информации, которой обладала мама, пришли к выводу, что надо выходить на станции в 40 км от Дрездена в городе Гроссенхайне.
Мы так и сделали, вышли на станции, выгрузили несколько чемоданов. Стоим на перроне. Не знаем там ли мы вышли из поезда или нет. Что делать дальше никому не известно.
Простояли мы минут 10, как вдруг увидели папу, идущего к нам по перрону. Радость испытали непередаваемую словами.
Оказалось, что и папа не получил маминого письма, в котором она написала о дате нашего отъезда. Он знал, что вскоре мы должны приехать, но точной даты не знал. Встречал нас на вокзале несколько дней подряд.
Посадил нас в газик, и мы поехали к дому через весь небольшой немецкий город, который мне с первого взгляда не понравился. Все выглядело как в черно-белом кино, какое-то мрачно-серое. Может так показалось потому, что мы приехали в феврале из снежной Белоруссии и попали в малоснежную немецкую зиму. Хотя здания в городе действительно все были серые.
Доехали до двухэтажного серого дома на четыре квартиры. Наша оказалась на втором этаже. Квартира показалась уютной – небольшие комнаты, с двумя печками, одна отделанная изразцами темно-зеленого цвета, большая кухня. Окна выходили на улицу.
Окно нашей комнаты смотрело на ворота немецкого танкового училища, которое выглядело неплохо – забор как вокруг парка, большая лужайка перед зданием кафе с открытой верандой. Не военное училище, а просто санаторий.
Наш дом был не в гарнизоне, а прямо в городе, среди нескольких похожих домов, где тоже жили семьи советских офицеров. Школа находилась в гарнизоне, ее я увидела через несколько дней.
Вот так не без приключений мы добрались до нового места службы папы в чужой стране. Спасибо попутчикам, иначе могли выйти совсем не там, где надо.
А у вас бывали подобные случаи?