Я стала матерью-одиночкой потому что поругалась с подругой из-за картошки

Эта история произошла давно, еще в начале 90х годов. Время тогда было тяжелое, каждый старался выжить так, как мог. Моя семья не была исключением. У нас начало того десятилетия было просто невыносимым. После развала Советского Союза прокатилась волна изменений по всей стране. И затронула она всех. В моей семье началась неразбериха. Работала только мама. Мы с сестрой остались без работы, а отец вышел на пенсию. Получалось, что жили мы только на зарплату матери. И она была небольшой, поэтому не стоило рассчитывать ни на какой шик. Чтобы не голодать, мы стали выращивать на даче овощи. Ими мы и питались. Помогали нам и родственники отца, которые жили в деревне. Они передавали нам мясо. В то время я тесно общалась С Галей, мой университетской подругой. Она была замужем за Колей, у них рос сын Артур. Я так воспитана, что понимаю, как важно помогать всем. Именно по этой причине, когда у нас в доме появлялось что-то мясное или сладкое, я обязательно делилась с подругой, чтобы она могла накормить своего ребенка. Мне казалось, что подруга ценит то, что я делаю. Я также думала, что наши отношения крепкие, что ничего не может их разрушить. На практика показала совсем другое. Началось все с какой-то картошки, которую мы выращивали на своей даче. Тот урожай, который начинал портиться, мы съедали, а остальной мама отправляла на хранение. Галя как-то пришла ко мне и попросила у меня картошки. Мама ей отобрала ту, которая была самой лучшей. При этом она назвала ей цену за то количество корнеплодов, которые дает. И подруга возмутилась. - А почему я должна покупать по рыночной стоимости? Я на такое не подписывалась. Мама стала пытаться рассказать Гале про ценообразование, но только она не хотела ничего слушать. Картошку она забрала, но скандал у нас дома она устроила. Осадок после того разговора остался неприятным. Я несколько дней не могла дозвониться до подруги. Она просто не брала трубку. Когда прошло несколько недель, я смогла поговорить с Колей. Он сказал, что верит своей жене, что он на ее стороне и не понимает моего поступка с картошкой и деньгами. В то время я встречалась с Женей, братом Коли. Он меня выслушал, поддержал, как мне показалось. Я решила, что мне удалось убедить возлюбленного в том, что я не собиралась объедать его брата с семьей. Он даже пообещал мне, что поговорит с Колей, объяснит ему ситуацию еще раз, попробует нас помирить. Только из этой затеи не вышло ничего хорошего. После беседы с Колей и Галей Женя был подавленным. И в какой-то момент он просто исчез из моей жизни. Позже я узнала, что Галя злилась на меня не из-за денег. Она ревновала ко мне своего мужа. Поэтому она вела со мной себя так. Через пару недель после исчезновения Жени я узнала, что жду ребенка. У меня не было мысли о том, чтобы найти избранника, рассказать ему хорошую новость. Я думала про аборт, но только родители отговорили меня делать его. В итоге я родила здоровую девочку, которая стала новым смыслом моей жизни. Я не чаяла в ней души, была самой счастливой мамой на свете. С тех пор все как-то стало налаживаться. У сестры появилась работа, мама стала получать больше. Когда девочка пошла в садик, я трудоустроилась, стала строить карьеру. Постепенно с деньгами проблема полностью решилась. Женя не пробовал найти меня, выйти со мной на связь. Мне казалось, что больше я о нем никогда и ничего не услышу. Но в этом предположении я ошиблась. Одна наша общая с Галей знакомая как-то повстречалась мне на улице. И она поведала мне много интересного про подругу. - Галя и Коля до нитки обобрали Женю. Он не выдержал такого психологического давления, такой несправедливости. В результате он спился. Сейчас он ведет асоциальный образ жизни, на него все уже давно махнули рукой. Никак я не думала, что с таким парнем может нечто подобное случиться. Я и сама не ожидала такого поворота событий. Мне казалось, что к бутылке Женя не может начать прикладываться, потому что он, как я помню, ненавидел пьяниц всегда. Хорошо, что жизнь меня уберегла от отношений с этим человеком. Я бы с ним наверняка хлебнула бы такого горя, которое не могла себе и представить.