-Где же ты моя ненаглядная, где?
В Вологде-где-где-где, в Вологде-где-где....
________________________________
В воскресенье я вышла из храма в тот самый момент, когда исповедуют перед причастием не успевших на исповедь ранее.
Слова знакомой с детства песни, заставили меня повернуться вправо...
______________
Храм наш стоит на небольшом пригорке, ниже, почти впритык начинается частный участок огороженный сетчатым забором. Вдоль сетки с наружней стороны, кто-то поставил простую деревянную лавку, сырую и потемневшую от дождя.
На лавке лежала Машка, прямо на голой деревянной лавке, и распевала во весь голос беззаботно искажая мелодию.
-В до-о-ме, где цветё-ёт полиса-а-д..
-Маша, ты чего распелась? Служба идёт, дверь открыта, слышно же в храме.- говорю я, и спускаюсь к ней.
Кто такая Маша
Наверное в каждой деревне есть похожие жители, не смотря на возраст все зовут их пренебрежительно:
"Ирка, Наташка, Серёжка".
Часто это пьющие, несчастные люди.
Но Машка не пьёт от слова совсем, и наверное никогда не пила. Её главный внутренний враг- собственный язык. Болтает сама с собой, со всеми и обо всём. Сочиняет странные стихи "про аббата" по объёму не меньше чем Онегин у Пушкина.
Маше 69 лет. Когда-то она была даже очень миловидной. Маленькая, стройная, густые длинные волосы, аккуратные черты лица, немного нос подвёл, картошечкой.
Но это всё в прошлом.
Теперь она коротко стриженная "под тифозную" и почти совершенно беззубая, глаза серые, выгоревшие и беззлобные, детские. Машка и вправду совершенно не злая, безобидная.
Всякий от мала до велика, от хулиганистого мальчишки до подвыпившего мужичка могут ее обидеть, обозвать, обругать.
Но это еще что..
У Маши есть сын, она когда-то была недолго замужем, года три-четыре не больше.
Теперь сыну сорок или около того. Жили они в маленьком домишке посреди деревни. Потом сын обзавёлся семьёй, домишко поправил, машину купил. Красиво у них стало на дворе: цветы, грядки, теплицы. Видно что не ленивые люди живут и в доме говорят всё обустроено, удобства, ремонт, плазменная панель в пол стены.
Да только нет места в этом доме для старой Маши. Выгнали или сама ушла от несносной жизни, я не знаю и додумывать не буду. Однако не пускает взрослый и трезвый сын старуху мать к себе на постой.
Пару раз я встречала Машку со здоровенными, классическими такими фингалами под глазом, на лбу, на плече.
Маша болтает много и что из того правда, трудно сказать. Люди говорят что сын и сноха бьют её, а эти страшные синяки их рук дело.
- Маша, ты где живёшь-то сейчас?- спрашиваю.
-Где придётся, сейчас у тёти Любы.
В деревне кроме местных жителей много московских дачников, они привозят Маше вещи. Но всё равно от нее плохо пахнет, из-за этого ее все теснят и гонят, даже в храме просят встать подальше, либо сами отходят.
Оно и понятно конечно, кому охота терпеть запах немытого тела...
Маша трудолюбива, нанимается круглогодично колоть дрова, расчищать снег, полоть огороды, носит москвичам из леса ягоды, грибы. Лет 10 назад на ферме телят пасла.
А когда-то Маша закончила десятилетку с золотой медалью. Я думала болтают люди, но позже мне это подтвердила старенькая прихожанка, бывшая глава администрации.
Мне жалко Машу, старая, труженица, работает без конца чтобы просто выжить.
Заболтает конечно кого хочешь, самого терпеливого.
Но чтобы при здоровом и крепком сыне на улице жить, да из избы в избу кочевать на старости лет- это уже не поддаётся никакому пониманию.
На всех больших церковных праздниках-она в церкви. Правда не все батюшки ее к причастию допускают. Но им виднее конечно. Отец Валентин и отец Георгий причащают её.
И конечно на трапезной ее кормят и с собой дают. Возможно она ради этого только и ходит.
Но не нам ее судить.
________________________
Я спустилась с горки от храма к поющей Машке.
- Что-то тебя давно не вижу, посылочку тебе припасла, дважды на субботнюю службу приносила, а тебя нет. Подожди не уходи, я быстро.
Вернулась, запыхалась. Показываю ей, вот мол бельишко тебе новое, с бирками. Женские средства гигиены, колготоки тёплые, носочки..
-Переоденься Маша, чтоб тебя не гоняли за запах...
Она снисходительно и даже равнодушно смотрит на мои старания, привычным жестом берёт.
-Анют, я тебе помогать приду.
- Оставь!- отмахиваюсь и ухожу с непонятным чувством в сторону храма.
Она что-то громко говорит мне в след, но по опыту знаю, что лучше не слушать и уходить по своим делам, иначе заболтает до головной боли.
____________________
По правде сказать, часто думаю о ней, о таких одиноких, всеми гонимых людях.
Наверное для таких в старину и устраивали богадельни. Купить бы какой домишко и пустить таких Маш, пусть доживают свой век в человеческих условиях, хотя бы в простых, деревенских.
Спасибо за внимание, дорогие читатели, не судите строго если что.🙏🥹
История реальная, только имя поменяла.