С детского садика меня выделяло глубокое чувство ответственности. Ни разу никого не подвела, не обманула, если обещала сделать.
Мне кажется, Сережа меня выбрал по этой опции. Мы состоим в гражданском браке. Как любят у нас шутить на эту тему, в таком браке женщина считает себя замужней, а мужчина — всегда чуть-чуть свободным. Сережа не предлагает шлепнуть штамп. Мол, некуда торопиться, детей пока нет, а вдруг роспись все только испортит.
Аргументы у него слабенькие, и о сыне Ярославе и дочке Насте он первым перестал заговаривать. Зато в остальном спрашивает с меня как с настоящей жены. Любит, чтобы чисто в доме было, пахло вкусным обедом и ужином. Я стараюсь изо всех сил, а что делает мой так называемый муж для нашей так называемой семьи? По сути — ничего. Добытчик из него так себе, бюджет у нас раздельный, так он еще старается у меня занять без отдачи.
Дура я, бежать от него надо, на ходу теряя тапки! Но начала я уже готовиться в дальний путь без возврата, как он мать свою привез. Ту инсульт разбил. На сиделку денег нет. Скинул Сережа свою маму полностью на меня. Все вспоминал, как она мне однажды банку огурцов подарила и назвала хорошей женщиной в годах.
По идее и по совести — его это проблема. Он должен ее решать и у маминой постели сидеть. Но там почему-то оказалась я. Чувство ответственности, дочерний долг, пусть и не мама она мне, не дают позорно сбежать. А гражданский муж все реже дома бывает. Видите ли, тяжело ему дышать в доме, где поселилась болезнь. Только смотрит на меня с укоризной. Будто напрочь у него отшибло, чья мать лежит и кто на самом деле за ней ухаживает.
Это надо же было мне с таким монстром связаться! Но бросить его маму в беде никак не могу...
С. И., Белгородская обл.