В тот год Катерина с Тимофеем справили свадьбы Славику и Даниле. Дома осталась одна Иринка. Уж о ней родители пеклись нежно. Переживала Катерина, время придет, созреет девка, а кто на ней женится? Лицом и фигурой Ирина была пригожая, только вот эта косолапость. Свои деревенские не обидят, но в замуж не возьмут. И Катерина с мужем старались, копили, каждый рублик к рублику складывали. Пасека давала неплохой доход, и к тому времени, когда Ирине исполнилось восемнадцать, она была самая богатая невеста в деревне. В прирубке Катерина давно уже все оборудовала для молодых, Тимофей поставил двуспальную кровать, на которой возвышалась гордость Катерины - новая пуховая перина.
За этой периной она ухаживала как за малым дитем, регулярно взбивала, не давала пуху просесть. Постелила кружевной подзор, изголовье украшала гора подушек в вышитых наволочках. Из города привезли шкаф с зеркалом, трельяж, на окнах узорчатый, белоснежный тюль. Иринка окончила курсы счетоводов и стала работать бухгалтером в колхозе.
Середина июня выдалась жаркая, медовым запахом цвели травы. На сенокос из города прислали студентов-практикантов. Девчонок председатель определил на ферму, а парней на уборку травы. Поселились ребята в старой, церковно-приходской школе. В первый же день в контору пришел их бригадир. Высокий, загорелый, мускулистый парень, длинные каштановые волосы были собраны в хвост, на голову что бы ни попадала пыль, и сенная труха он повязал косынку. Иринка взглянула на него, и выдохнуть не могла.
– Боже, какой красивый - подумала она.
- Здравствуйте! - Меня зовут Никита - представился парень.
Ирина растерялась, покраснела, поздоровалась:
- Добрый день!
- Вот тут список продуктов, нужно выписать.
Никита положил на стол бумажный листок. Ирина взяла листок, быстро пробежала глазами по строчкам:
- Я сейчас оформлю, вы посидите немного.
Никита сел на стул напротив стола, и Иринка пока писала, временами украдкой поглядывала на него. Бисеринка пота скатилась с виска по упрямой смуглой скуле, на виске пульсировала вена.
- В - вот, пожалуйста, возьмите.
Ирина, плохо скрывая волнение, протянула ему накладную. Остаток дня Ира только и думала что о Никите. Перед глазами были не бесконечные бухгалтерские отчеты, а он. Его пепельные глаза, темные бархатные брови.
Дома, за ужином, пересолила жаркое. Катерина только добродушно рассмеялась: - Ну, Иришка, ты никак влюбилась?
Ира опустила глаза, подумала про себя:
- Неужели это так заметно?
По вечерам вся молодежь собиралась в сельском клубе. В кино Ирина ходила, а вот на танцах старалась не бывать. Её все равно никто не приглашал, а просто стоять и смотреть, как танцуют, другие она не хотела. А тут ей очень хотелось увидеть Никиту, от одной мысли стучало сердце. Решилась, надела свой цветастый сарафан, белые ромашки на ткани оттеняли голые, смуглые плечи. В городе, в ортопедической мастерской, Ирине сшили туфли, что бы ни так было заметно дефекта ноги. Катерина с Тимофеем ничего не жалели для дочери, покупали все дорогое.
Когда Иринка вошла в клуб там уже были танцы. Молодые парни, практиканты вовсю танцевали с деревенскими девчонками. Ирина присела на край стоящих в ряд стульев. Никиту она увидела сразу, положив голову ему на плечо, с ним танцевала Кристинка Калинина.
Временами Кристинка откидывала голову назад, огненно-рыжие волосы были похожи на пышный хвост лисицы. В черном платье, с серебристым ремешком, Кристина казалась тонкой, невесомой.
- Какая красивая пара, я с ним никогда так смотреться не буду.
Танец кончился, Никита что-то сказал своей спутнице, и вышел на улицу. Кристинка махая ладонью на лицо, подошла к Ирине и плюхнулась на сиденье:
- Уф-ф, уморил Никитка.
- Третий танец приглашает.
- А ты чего пришла? Вроде на танцы не ходишь.
Кристинка снова махнула рыжей гривой. От ее слов у Ирины сжалось в горле, захотелось встать и уйти, как она обычно делала. Но пересилила себя, ответила спокойно:
- Пришла. - На Никиту посмотреть пришла. Понравился.
Иринка сама испугалась своему спокойствию. Но теперь, когда уже было произнесено, отступать некуда.
- Что-о? - Никитка понравился?
Кристинка казалось, сейчас лопнула бы от злости, от такого признания.
- Да ты … - Ты.. Ты на себя в зеркало давно смотрела?
- Кому ты нужна такая?
Ирине хотелось тот час расплакаться, но она взяла себя в руки. Проговорила тихо, сжав губы:
- А ты? - Ты, кому нужна?
Родители Кристинки работали в лесхозе, валили лес. Сама она была четвертой по счету в семье, после неё еще четверо, девчонки, самой младшей в семье только исполнилось три годика. Тяжелая работа, и большая семья привели к тому, что родители Кристинки стали выпивать. Сначала просто, что бы снять усталость, а потом не заметили как втянулись. Старшие девчонки уехали в город, две обзавелись семьями, две учатся в городе на кондитера. Даже на выходные домой стараются не приезжать. Остальных, мелких, тянет одна Кристинка. Денег вечно не хватает. Даже изящное черное платьице Кристинка взяла у подруги, своего не имелось.
С улицы вернулся Никита, подошел к Кристинке. Удивленно наморщив лоб, посмотрел на Иру.
- Мы нигде раньше не встречались?
– Встречались … в бухгалтерии, я выписывала накладную.
Ира старалась придать голосу томность и волнение. Ей это удалось.
- Точно! - Вспомнил!
Никита ударил себя ладонью в лоб. Он стоял разгоряченный улицей, белая спортивная майка плотно облегала его мускулистое тело. Смуглые плечи на белом фоне казались еще темнее. Все это время Кристинка, нервно теребя поясок на платье, стояла рядом. Потом потянула Никиту за руку:
- Пойдем танцевать.
И они ушли. Ирина встала, и тихонько, чтобы никто не обратил, на нее внимания вышла из клуба. Уже придя домой разрыдалась в подушку. Ночами не спала, ворочалась. Утром поднималась с синевой под глазами. Катерина видела переживания дочери, но чем она могла помочь.
Однажды утром, когда Ирина ушла на работу, Катерина решила все рассказать мужу. Взяла в руки плетенку с луком, стала чистить.
- Отец - начала она издалека.
- С девкой то неладно творится.
Тимофей отложил сбрую, которую подшивал, взял трубку и стал набивать в неё самосад:
- Да я уж смекнул - ответил он не торопливо.
Катерина нервничала, перебирала лук, выхватывала головку, принималась чистить, и тут же бросала ее обратно в плетенку.
- Бригадира у ребят знаешь?
Тимофей снова взял в руки сбрую:
- Видал.
На звон заклепок, прибежал котенок, повис сначала на недоуздке, потом перескочил на колени к Катерине, лапой зацепил маленькую луковицу. Она упала на пол, котенок покатил ее по избе.
- Кыш ты! сатана!
Катерина замахнулась на котенка полотенцем. Потом как в ни в чём не бывало, принялась чистить лук.
- Ну, вот, по нему и сохнет. - Что будем делать-то отец?
Тимофей не спеша затянулся трубкой.
- Я знаю что делать …
Прошло две недели. Ирина не переставая, думала о Никите. Почему он так стремительно ворвался в ее жизнь? Как сделать так, что бы он хоть чуточку обратил на нее внимание? Ведь лето скоро кончится, Никита уедет и больше никогда она его не увидит. Все эти думы навевали грусть и уныние. Мать уже стала тревожиться, смотрела на дочь, видела нездоровый, кирпичный румянец.
- Вот ведь беда, какая, сохнет девка.
Тимофей Максимович на сенокосе выбрал время, когда Никита остался один. Подошел к телеге, на которую парень складывал копну, погладил лошадь, потом неторопливо закурил трубку.
- Хорошее сенцо нынче! - С такими помощниками быстро уберем!
Никита улыбнулся, ему была приятна похвала. Тимофей Максимович это заметил, нужно было переходить к главному разговору. Дома, мысленно, он несколько раз прокручивал, этот разговор и все у него выходило гладко и с хорошим концом. А тут не знал, как начать. Наконец решился:
- Тебя ведь Никитой кличут?
- Да.
Никита удивленно посмотрел на Тимофея Максимовича.
-Богатырь значит ... Тут это, … дело такое.
Тимофей Максимович нервно крутил повод у сбруи.
- Иришка, дочка у меня значится... - В тебя влюбленная. – Вот …
Тимофей Максимович облегченно выдохнул. И тут же с ужасом понял, что на самом деле облегчения никакого нет. То, что он произнес, предстояло еще как-то объяснить. Вдалеке глухо заворчал гром.
Никита заторопился, взял поводья, и лошадь тронулась с места. Тимофей Максимович остался стоять на месте, он думал только об одном, понял ли парень, о чем разговор? Придя домой в сердцах, бросил дождевик в сенях. На шум вышла жена:
- Ну что, сказал?
Тимофей Максимович гремел умывальником:
- Нет, не сказал, думал все легко как по маслу пойдет, и не смог.
- Ничего, не расстраивайся, будет еще повод.
Катерина подала мужу полотенце. - Пойдем ужинать.
В субботу, в клубе показывали приключенческий фильм. Народу набралось много, завклубом даже распорядился поставить дополнительные ряды. Ирина решила сходить на сеанс, а вдруг увидит Никиту? Хотя бы увидит.
Собираясь, долго прихорашивалась перед зеркалом. Длинные, светлые локоны, накрутила на термобигуди, чуть тронула бесцветной помадой губы. Распахнула шкаф, выбирая, что одеть. Все у нее есть, мать позаботилась. Белую нейлоновую шубку Катерина по случаю достала в городе, в комиссионном магазине. В подарок, за привезенную корзину брусники, продавщица, к шубке добавила белую, пуховую шапочку. Зимой Иринка выглядела как снегурочка.
Сняла с вешалки ярко-красное платье с рукавами крылышками. На рукавах и по подолу были вышиты белые мелкие цветочки с зелеными листиками. Одела платье, посмотрелась в зеркало - вроде ничего!
Неужели Никита не заметит? Выйдя из дома, встретила соседку, Веронику Иванову.
- О, Иришка привет!
Вероника нарядная, в темно-синем джинсовом сарафане, в белой водолазке. Плотно обтягивающий воротник не шел к квадратному подбородку, от этого лицо Вероники казалось шире, а шея короче.
- Ты в клуб? - спросила Вероника.
Ира кивнула, и они пошли вместе. В тесном фойе было душно. Девушки купили билеты и прошли в небольшой, прохладный кинозал. Народу было немного, большинство толпилось около клуба. Ирина оглядывалась по сторонам, но Никиты не было видно.
- Ты кого-то высматриваешь? - спросила Вероника.
Ирина сначала не хотела говорить, а потом решила, что она хуже других?
- Никиту смотрю.
- Бригадира что ли? Глаза Вероники были удивленные.
- Ага, его.
Ирина старалась соблюдать спокойствие, но сама в душе затряслась от страха.
- А ты в курсе, что он с Кристинкой гуляет?
– Говорят, пожениться хотят. Мать её нашим бабам все уши пропела:
- У меня скоро зять появится, дочку в город заберет, мол, семья у Никитки интеллигентная, будет жить как королева.
Ирина похолодела.
- Ты чего подруга? - Вон побледнела вся! - Не знала что ли?
Иринка столько накопила, в душе, и теперь, от этой новости ей хотелось разреветься.
- Да не переживай! - Все образуется!
Добрая поддержка Вероники вселила уверенность, но тут Ирина увидела, как в зал вошли Никита с Кристинкой. Они шли, смеясь, обнимая друг друга за плечи. Сели на самый последний ряд. Тут погас свет, на экране замелькали всадники, мчавшиеся на резвых лошадях. Но Ирина не смотрела на экран, она смотрела на последний ряд, где в полумраке, тихонько целовались две тени.
Так, напряженно держа спину, ничего не понимая, что происходит на экране, она просидела весь сеанс. Включился свет, все стали расходится. Вероника взяла Иру под руку, вместе они вышли на улицу. Круглое оранжевое солнце садилось за речку, пряно пахло травами.
Никита и Кристинка вышли последними, обнявшись, стали проходить мимо. У Ирины от ревности ныло сердце. А тут еще Кристинка, махнула рыжей гривой, что-то шепнула Никите на ухо и громко рассмеялась, глядя на Иру.
- Что ржешь? - Кобыла.. Вероника повернулась к Вале, по доброму улыбнулась:
- Не обращай внимания, пойдем, погуляем? - Поболтаем.
- Нет Вера, я домой.
Ирина развернулась и, переваливаясь слегка с боку на бок, пошла вдоль по улице. Дома свет горел только на кухне.
– Мама с отцом, наверное, чай пьют...
Иринка свернула от крыльца в пристройку, где у отца хранились инструменты, от страха стучали зубы. Пока шла домой, ей на ум пришла Шолоховская Наталья из романа "Тихий Дон" . Чем так мучится, уж лучше совсем не жить. В темноте Иринка нащупала косу литовку, висевшую в углу пристройки. Присела на чурбак, на котором отец эту косу отбивал, поднесла к шее ... Брызнула кровь, будто кто-то раздавил в горсти ягоды брусники...
Продолжение следует. часть-1. Спасибо за помощь! Тысяча добрых пожеланий вам!