Роман с фантастическим уклоном
Доктор
Он помолчал.
— Вас зовут Лариса?
— Да.
— Лариса, скажите, как вы думаете, немцы победят?
— А вам как бы хотелось?
— Лариса, вы ведь выросли в Советской России, а я в Российской империи. Незадолго до войны я закончил учебу, получил звание мичмана и в качестве медика был направлен на Черноморский флот. Ходил на корабле, воевали с немцами. Офицеры корабля — это как семья, когда распоясавшая матросня начала их убивать, это то же, что убивают членов твоей семьи. Меня не тронули, только погоны велели снять. Наверно, мне надо было встать вместе с ними, струсил… Потом большевики потопили флот, для моряка корабль — это его дом, а у меня реально другого дома и не было. Что бы ты почувствовала, когда уничтожают твой дом?
Он помолчал.
— Затем пришли наши, конечно, я примкнул к ним, воевал, лечил. Нашел женщину, мы обвенчались. Потом нам пришлось уйти из Крыма, флот отогнали в Бизерту. Это в Тунисе. Там умирал наш российский флот, там умирали мы. Огромное русское кладбище.
Он задумался, наверно, вспомнил тот период.
— У нас уже родился сын. И он заболел, а я, врач, ничем не мог ему помочь, не было ни денег, ни лекарств. И все это по вине большевиков. Конечно, я их ненавижу.
Помолчав…
— Славу богу, на помощь пришли люди. Помогли вылечить сына и предложили перебраться сюда. Да, я ненавижу большевиков, но я русский человек. Я тоже воевал с немцами, мне невыносимо думать, что немецкий сапог топчет Россию.
— Доктор, Красная армия понесла ужасное поражение под Харьковом. Очень много людей попали в окружение. Мы помогали им выходить из окружения. Конечно, мы могли помочь немногим. Но и остальные, голодные, изможденные, шли к своим, чтобы снова взять оружие и защищать Родину. Несмотря на то что сейчас очень плохо, я думаю, что немцам не удастся победить наш народ.
Он помолчал, потом взял мою руку, слегка сжал:
— Спасибо, Лариса.
Ночью проснулась из-за того, что что-то двигалось рядом со мной. Опустила руку на покрывало у живота, снока не было. В полутьме заметила, как мохнатый клубок заползает в свой домик.
Утром домик унесли. Доктор осмотрел меня.
— Все нормально, давай попробуем двигаться.
Он помог мне сесть на кровати. Закружилась голова. Он помог снова лечь.
— Давай понемногу сама садись, только одна не вставай, зови Денни, пусть она тебя страхует.
После обеда пришел Петер, с ним двое мужчин с носилками.
— Собирайся.
— А что мне собирать? Пусть Денни хоть какую-то одежду принесет.
Денни принесла что-то типа ночной рубашки и сказала, что «можно забрать покрывало».
Опять двери, коридоры, «ворота». Больничная палата.
— Отдыхай, набирайся сил.
Осмотрел врач.
— В целом все нормально, просто восстанавливайтесь.
Пару часов спустя парень принес мои вещи.
Через несколько дней я уже чувствовала себя вполне нормально. Меня отвели в каптерку — примеряй форму, так ходят горные егеря. Ого, уже фельдфебель.
— Что не так, мне сказали, что в СС ты была обершарфюрером.
— Нет, все нормально.
Вновь «Татры» — учебный центр горно-егерского батальона Ваффен-СС.
Начальник центра гауптман Фриц Дильс особой радости по поводу моего появления не высказал.
— Как я понял, тебя у нас просто спрятали. Но это тренировочный центр, чему будешь обучаться?
Подумала.
— Можно альпинизм, горные лыжи.
Он хмыкнул:
— Так, общая физическая подготовка, альпинизм, стрельба, выбирай какая, но не менее двух видов, и строевая подготовка.
Немного подумал.
— Ты ведь машину водила, давай еще и вождение.
Из стрельбы выбрала автомат и снайперскую винтовку.
Вождение тоже оказалось интересным — как в условиях горного рельефа, так и сами машины: небольшой вездеход и бронеавтомобиль. На бронеавтомобиле был установлен станковый пулемет, потренировалась еще и в стрельбе из него.