Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Селянка. Рассказы

Мрак

Мрак, это не просто темнота, наступающая после захода солнца. Мрак, это что-то материальное, осязаемое, причём довольно плотное, даже весомое. Словно одеяло, весом примерно в центнер, он давил на плечи Софии, сжимал голову и всё тело, не давая вдохнуть полной грудью. Она барахталась, размахивала руками, колотила плотную субстанцию пятками, пытаясь высвободиться, но это не приносило результата. Вдохи с каждой минутой становились короче и слабее, воздуха не хватало. Начинала кружиться голова, переставали подчиняться руки и ноги и мрак брал верх. Он обволакивал, окутывал собой, пеленал, как пеленали раньше младенцев, только ещё туже, так что дышать было уже совсем невозможно. Словно стальным обручем, мрак сдавливал виски, всё сильнее и сильнее, шум в голове рос, угнетая мозг и сознание покидало Софию. * * * Она не любила свой день рождения. Не любила и даже боялась наступления этого дня. Каждый раз с его приходом София просыпалась в холодном поту, вскакивала с постели, открывала насте

Мрак, это не просто темнота, наступающая после захода солнца. Мрак, это что-то материальное, осязаемое, причём довольно плотное, даже весомое. Словно одеяло, весом примерно в центнер, он давил на плечи Софии, сжимал голову и всё тело, не давая вдохнуть полной грудью. Она барахталась, размахивала руками, колотила плотную субстанцию пятками, пытаясь высвободиться, но это не приносило результата. Вдохи с каждой минутой становились короче и слабее, воздуха не хватало. Начинала кружиться голова, переставали подчиняться руки и ноги и мрак брал верх. Он обволакивал, окутывал собой, пеленал, как пеленали раньше младенцев, только ещё туже, так что дышать было уже совсем невозможно. Словно стальным обручем, мрак сдавливал виски, всё сильнее и сильнее, шум в голове рос, угнетая мозг и сознание покидало Софию.

* * *

Она не любила свой день рождения. Не любила и даже боялась наступления этого дня. Каждый раз с его приходом София просыпалась в холодном поту, вскакивала с постели, открывала настежь окно и дышала. Дышала и не могла надышаться. И каждый раз боялась, что больше не проснётся, не вырвется из этого мрака. Потому что он с каждым годом становился всё тяжелее, а сегодня ночью был ещё и особенно плотным. Мрак набирал силу и София знала, что однажды он не выпустит её более из своих смертельных объятий.

Она жила с этим уже больше двадцати лет. Маленькой Соне было пять или шесть, когда возле дома бабушки появилась та нищенка. Пока бабуля собирала узелок для пришлой, девочка с любопытством разглядывала странную тётеньку в лохмотьях вместо одежды. В какой-то момент оборванка схватила Соню за руку и крепко сдавила запястье.

— Он проглотит тебя. — прошипела, наклонившись к ребёнку — Проглотит прямо в твой день рождения. Когда ты появилась на свет, тогда этот свет и покинешь.

Внезапно отпустила девочку и дико расхохоталась, разглядывая маленький медальон, оставшийся в её руке. Скорее всего Соня ничего из сказанного не поняла. Не поняла, но испугалась страшно. И заревела, да так громко, что на крик прибежала бабушка. Побирушку она конечно тут же прогнала, а девочку отвела домой. С тех пор и началось.

Уже и бабушки нет, и София давно взрослая и трезвомыслящая женщина, а он так и приходит, каждый год. Кто он, София не знала, но мысленно давно дала ему имя. Мрак.

Телефон заливался мелодией уже несколько минут, но София не могла ответить, пока каждая клеточка ее тела не надышится, не напитается кислородом.

— Да? — наконец взяла трубку.

— Доброе утро, дорогая. С днём рождения. — ну конечно же, это был Гоша — Ты не забыла, что мы сегодня ужинаем у моей мамы?

— Не забыла, заезжай вечером.

Это был абсурд абсурдов, провести день рождения с мамой своего парня. Хотя какая разница, для Сони этот день никогда не был праздником. А Виолетта Ибрагимовна очень хотела познакомиться с невестой сына.

Невестой. Что там такого наплёл своей мамочке Гоша, что она уже считает Соню его невестой? Он конечно хороший парень, серьезный. И влюблён по уши, это видно. Только вот София замуж не собирается. Хоть и ей тоже Гоша очень нравится, но зачем? Зачем начинать то, чему продолжения точно не будет?

Радушная улыбка маской застыла на лице Виолетты Ибрагимовны, как только она увидела за своей дверью Софию.

— Вы?! Это Вы?! — только и успела сказать женщина — Наконец то.

Затем побледнела, приложила ладонь к груди и покачнулась. И непременно упала бы, не успей Гоша её подхватить. Ужин не состоялся.

* * *

Продолжение здесь:

И здесь: