Есть такая закономерность: чем ответственней актёр, тем больше у него напряжения. А напряжение — умственное, эмоциональное, физическое — блокируют чувственный центр и свободу подлинной жизни на сцене, состояние настоящего присутствия.
Монолог — это всегда высказывание, сдача, слабость, признание, исповедь, сдача с головой.
Это никогда не произойдёт у человека с гиперответственностью и важностью. Актёр свою волю и ответственность должен направить именно на сдачу в слабость, в открытость, в честность во время проживания монолога. В сдачу всех позиций. Герою уже нечего терять, но он может высказаться, и тогда в этой открытости, слабости он обретает силу.
В настоящей жизни, нашей бытовой, всё работает наоборот. Мы стараемся в моменты слабости совладать с собой и где-то волю взять в кулак. Где-то скрыть правду, где-то спрятаться за маской. В жизни на сцене эту волю нужно отключить.
А теперь поговорим о том, как иногда незримые приоритеты мешают работе с монологом и ролью.
Когда мы готовимся к работе с монологом, с ролью, в голове актёра часто звучат такие мысли:
«Так, сейчас я сделаю этот монолог, сейчас я его сделаю! Эффективно, классно. Я же актриса!»
Возникает погоня за результатом, за эффективностью, оценка — "контролёр".
И основная энергия актёра, ценное "жизненное топливо", идёт не в само творчество и жизнь героя пьесы, а вокруг процесса, в орг. процесс.
Процесс вокруг становится для актёра важнее, чем само существо — "сердце" дела. Он начинает заботиться о себе как о актёре, о своём качественно прожитом монологе, верно сказанном тексте, чем о подлинной жизни героя здесь и сейчас.
А что будет, если актёр на самом деле лично заволнуется ситуацией своего героя? И всю волю, ответственность направит на сдачу, на высказывание и слабость, направит именно в "топку" жизни, переживаний своего героя, на насущное для своего героя? Разве это не есть само перевоплощение?
Актёр часто забывает, что его герой не говорит никакой монолог на самом деле.
Герой — это живой человек, который проживает ситуацию своей жизни и просто высказывается. Слова рождаются у него сами, а герой просто сражается с обстоятельствами, проживает ситуацию. И всей сутью здесь и сейчас старается с ней справиться. Он не может не сказать эти слова, не может не высказаться. У него они рождаются сами, и если он не выскажется, если он не сдастся на эти чувства, на эти мысли, на эти какие-то ситуации, которые с ним происходят, на свою слабость, на свою открытость, то он просто не выживет.
Поэтому волю можно направить на то, чтобы окружить себя так обстоятельствами жизни героя, чтобы это коснулось лично, заволновало. Чтобы решить его ситуацию здесь и сейчас для вас стало важнее всего на свете.
Цель — стать этим человеком; поэтому для актёра очень важно в работе с монологом отключить волю и забыть про себя. Бывает такое, когда актёр начинает оценивать своего героя — это уже не совсем тот процесс. Тем самым он выстраивает дистанцию между собой и образом.
Такой актёр уже не станет этим героем; он уже сложил о первом личное актёрское предвзятое мнение. На сцене мы увидим не героя — живого человека, а актёра, который говорит слова и хорошо имитирует.
Сам герой не может как-то себя оценить или осудить. Мы каждый день разные. Как понять: какая я? Мы всё время меняемся.
Но я как герой кое-что о себе знаю: факты из моей жизни. Я знаю, что сейчас меня привело сюда. Именно сейчас я всё выскажу, что "кипит" у меня на душе. Выскажу то, чем живу в настоящий момент.
Актёрскую подготовку делать нужно, но нужно делать её грамотно: делать её в хорошем пассиве, как бы заряжая больше эту энергию ответственности "отличника", если она есть, в жизнь героя, в его ситуацию, чем он живёт. Стараться жизнь героя сделать важнее для себя, чем идеально сделанный монолог; окружить себя его обстоятельствами и истинно заволноваться ими.
Вот исправленный текст с правильными знаками препинания:
"Поэтому ещё раз повторюсь: хороший актёр свою волю в актёрском мастерстве направляет в сдачу. Подлинная жизнь здесь и сейчас неуловима, её обстоятельствам можно только сдаться и позволить себя захватить. Вот на это нужно направлять силы.
На берегу хорошо задать текст, поработать со своим психофизическим аппаратом можно и без "отличника", "достигатора" и лишних напряжений. Любая подготовка, организация должны способствовать свободе жизни на сцене, а не мешать. Это то, во имя чего все собираются: актёры, режиссёр и зритель. Они собираются ради настоящей жизни на сцене, ради катарсиса и магии искусства.
Хочется, чтобы актёры помнили о существе актёрского дела, о сердце этого великого ремесла. Когда человек зрит в сердце дела, он никогда не свернёт с пути."