21 марта 1918 г. на Западном фронте началось последнее наступление кайзеровской армии. Немцы за счёт переброски войск с Восточного фронта планировали успеть разгромить британцев и французов до того, как в Европу прибудут свежие американские войска.
С марта по июль германская армия действительно сумела достичь впечатляющих тактических успехов. Во второй раз после сентября 1914 г. немцы форсировали Марну и угрожали Парижу. Однако тактические победы так и не переросли в стратегическую – союзный фронт выстоял, а Германия истратила свои последние резервы. Во Второй битве на Марне уже участвовали полнокровные американские дивизии, и с каждой неделей их прибывало всё больше и больше.
Уже 8 августа Антанта начала собственное контрнаступление. Его целью было срезать опасный выступ у города Амьен, который служил главным транспортным хабом на стыке армий Британской империи и Франции. В атаке участвовали британские, канадские, австралийские, французские и американские войска.
Большинству предыдущих наступлений предшествовала массированная артподготовка, которая начисто лишала атакующих эффекта внезапности. На этот раз Союзники провели быстрый, но точечный артобстрел, а затем в наступление вместе с пехотой пошли сотни танков. В итоге они продвинулись вперёд на 10 миль – фантастический успех по меркам Западного фронта – и срезали опасный выступ.
Немецкий фронт не рухнул, но Германия полностью утратила инициативу. Ни о каких последующих наступлениях больше не могло идти и речи. Оставалось только реагировать на многочисленные локальные атаки Антанты то на одном, то на другом участках фронта, жонглировать иссыхающими резервами и медленно отступать к старой границе.
8 августа при всей ограниченности своих военных итогов также стал днём морального перелома в войне. Союзники пришли в себя после предыдущих отступлений и осознали, что «бошей» тоже можно бить в атаке. Напротив, генерал-квартирмейстер Генштаба и фактический командующий немецкими войсками Эрих Людендорф впоследствии назвал 8 августа «чёрным днём германской армии». Так он отреагировал на известия, что кайзеровские солдаты стали массово сдаваться в плен, нападать на собственных офицеров или оскорблять подтягивающиеся резервы как «штрейкбрехеров», которые только затягивают бессмысленную войну.
После Амьенского поражения Людендорф стал сторонником скорейших переговоров с Антантой. В течение августа и сентября немецкие войска медленно отступали, надеясь удержаться на оборонительной «линии Гинденбурга» и тем самым обеспечить «сильную» позицию Рейха на мирных переговорах.
Однако 29 сентября пришло известие о капитуляции Болгарии. Балканский фронт оказался полностью пустым, а резервов для его прикрытия больше не оставалось ни у Германии, ни Австро-Венгрии, ни у Османской империи. На фоне известий о начале штурма «линии Гинденбурга» у Людендорфа приключилась истерика, и он настоял, чтобы кайзер приступил к демократизации «Второго Рейха». Было назначено новое либеральное правительство, которое официально обратилось к американскому президенту Вудро Вильсону с просьбой о начале мирных переговоров.
Согласование условий перемирия шло на протяжении всего октября. За этот месяц Антанта прорвала «линию Гинденбурга» и приступила к освобождению северной Франции и Бельгии, Австро-Венгрия начала разваливаться, Османская империя капитулировала, а сама Германия превратилась из дуалистической в парламентскую монархию.
В начале ноября в Германии произошло восстание матросов, которое переросло в революцию. 9 ноября пала монархия и была провозглашена республика, а 11 ноября в Компьенском лесу немецкая делегация подписала перемирие с Антантой. Оно целиком и полностью было продиктовано представителями Союзников, но военное, дипломатическое и внутреннее положение Германии было таково, что Генеральный штаб одобрил его подписание, как впоследствии он одобрил и подписание Версальского мирного договора, несмотря на всю его тяжесть и скандальность для германского общества.
Первая мировая война закончилась.