Найти в Дзене

"Герой нашего времени" - первый психологический роман в русской литературе

Написал его мужчина с большими, проницательными, карими глазами - Михаил Юрьевич Лермонтов. Как уже стало понятно из названия - это первый психологический роман. Думаю, читая произведение, вы могли заметить, что в нем нехронологическое повествование. Лермонтов такую фрагментарность создал нарочно, что позволяет лучше узнать и понять главного персонажа Григория Печорина. Первая глава. Источник бед в ней (в принципе, как и в остальных) - страсть, желание сделать все по-своему. Печорин ищет любви, дружбы и верности, но не знает, каким образом все это выстроить. И винит он в этом общество: "Да, такова была моя участь с самого детства: все читали на моем лице признаки дурных свойств, которых не было, но их предполагали - и они родились. Я был скромен - меня обвиняли в лукавстве: я стал скрытен. Я глубоко чувствовал добро и зло; никто меня не ласкал, все оскорбляли; я стал злопамятен; я был угрюм, - другие дети веселы и болтливы; я чувствовал себя выше их, - меня ставили ниже. Я сделался з

Написал его мужчина с большими, проницательными, карими глазами - Михаил Юрьевич Лермонтов. Как уже стало понятно из названия - это первый психологический роман. Думаю, читая произведение, вы могли заметить, что в нем нехронологическое повествование. Лермонтов такую фрагментарность создал нарочно, что позволяет лучше узнать и понять главного персонажа Григория Печорина.

Первая глава. Источник бед в ней (в принципе, как и в остальных) - страсть, желание сделать все по-своему. Печорин ищет любви, дружбы и верности, но не знает, каким образом все это выстроить. И винит он в этом общество:

"Да, такова была моя участь с самого детства: все читали на моем лице признаки дурных свойств, которых не было, но их предполагали - и они родились. Я был скромен - меня обвиняли в лукавстве: я стал скрытен. Я глубоко чувствовал добро и зло; никто меня не ласкал, все оскорбляли; я стал злопамятен; я был угрюм, - другие дети веселы и болтливы; я чувствовал себя выше их, - меня ставили ниже. Я сделался завистлив. Я был готов любить весь мир, - меня никто не понял: и я научился ненавидеть. Моя бесцветная молодость протекла в борьбе с собой и светом; лучшие мои чувства, боясь насмешки, я хоронил в глубине сердца: они там и умерли. Я говорил правду - мне не верили: я начал обманывать; узнав хорошо свет и пружины общества, я стал искусен в науке жизни и видел, как другие и без искусства счастливы, пользуясь даром теми выгодами, которых я так неутомимо добивался. И тогда в груди моей родилось отчаяние - не то отчаяние, которое лечат дулом пистолета, но холодное, бессильное отчаяние, прикрытое любезностью и добродушной улыбкой. Я сделался нравственным калекой; одна половина моей души не существовала, она высохла, испарилась, умерла, я ее отрезал и бросил, - тогда как другая шевелилась и жила к услугам каждого, и этого никто не заметил, потому что никто не знал о существовании погибшей ее половины".

Манера всех отталкивать и винить сделала его "нравственным калекой".

Кстати, к таким людям он относился весьма кощунственно. По его мнению, если человек что-то теряет из части своего тела, то он теряет и какое-то душевное качество. А если человек внешне красив, то таков и его внутренний мир. По большому счету, для него не так уж и важна душа. Красивая внешность все скажет о человеке.

В последней главе "Фаталист" Лермонтов делает вывод о своем герое. Он показывает, что жизнь для него - игра. Он может поставить на карту все, даже свою жизнь, не задумываясь.

Кстати, мы можем провести такую параллель: Грушницкий и Печорин как Ленский и Онегин.

-2

Вот так вот. А в следующей статье разберем поэму Николая Васильевича Гоголя "Мёртвые души".

Ну что, как вам Лермонтов по шкале секси? Моя оценка - 5.