Глава 4. Застолье в честь близнецов
Комната, расширенная магическим усилием Фиолента, сияла праздничным убранством. В центре, на длинном столе из светлого дуба, возвышался многоярусный торт, украшенный десятью мерцающими свечами — по одной за каждый прожитый год близнецов. Вокруг стояли лишь пустые тарелки и бокалы: основные блюда пока скрывались в ином измерении, ожидая своего часа.
Фиолент превзошёл себя в украшении: сотни воздушных шаров разных размеров парили под потолком, мягко сталкиваясь и перекатываясь в невидимых воздушных потоках. Розовые шары с изящной каллиграфией «С днём рождения, Фиола!» чередовались с голубыми, на которых сверкали буквы «С днём рождения, Жан!». Некоторые шары, словно живые, медленно кружили над гостями, время от времени издавая тихий перезвон.
За столом собрались самые близкие:
- родители близнецов — Жанет в струящемся изумрудного цвета платье и Фиолент в элегантном костюме с мерцающими нитями;
- бабушка Элен — стройная дама с серебристыми локонами и пронзительно‑голубыми глазами;
- дедушка Фил — крепкий мужчина с седой бородой и тёплым взглядом;
- бабушка Мари — миниатюрная женщина с весёлыми искорками в глазах;
- дедушка Игнат — высокий, с благородной осанкой и седыми висками;
- соседи Светлые — Светик, миниатюрная блондинка с лучезарной улыбкой, и Верон, статный мужчина с рыжеватой шевелюрой;
- их десять сыновей — шумная ватага рыжеволосых сорванцов от 5 до 15 лет, каждый со своим неповторимым характером.
Виновники торжества — Фиола в воздушном платье с кружевными вставками и Жан в нарядной рубашке с вышитыми звёздами — стояли возле торта, едва сдерживая волнение. По традиции Фантазии, стоило им задуть свечи и загадать желание, оно сбывалось мгновенно.
Жанет и Фиолент, обменявшись улыбками, зажгли свечи. Пламя заиграло на лицах собравшихся, отбрасывая причудливые тени. Родители кивнули детям. Фиола и Жан, взглянув друг на друга, одновременно выдохнули — и в тот же миг все десять свечей погасли, оставив после себя лишь лёгкий аромат ванили.
В тот же момент:
- рядом с Фиолой материализовался белоснежный рояль с перламутровой отделкой, его клавиши мягко засветились;
- возле Жана возник блестящий саксофон, на котором заиграли блики невидимых огней.
Зал наполнился громогласными хлопками хлопушек — они взрывались в воздухе, выбрасывая мириады блестящих конфетти. Те, касаясь любой поверхности, мгновенно растворялись, оставляя после себя едва уловимое сияние. На стенах заиграли голограммы — сменяя друг друга, они показывали, как близнецы росли: от первых шагов до сегодняшних дней. Каждый кадр сопровождался тихим музыкальным аккордом.
Стол вдруг преобразился: на нём возникли блюда, словно сошедшие со страниц кулинарных книг. Для каждого гостя — его любимое кушанье: от ароматных пирогов до экзотических фруктов. Бокалы наполнились напитками — кто‑то обнаружил в своём бокале искрящийся лимонад, кто‑то — ароматный чай с лепестками роз, а кто‑то — волшебный нектар, переливающийся всеми цветами радуги.
Растроганные родители, смахнув слёзы радости, поздравили детей и вручили подарки:
- Фиоле — изящные туфли из мерцающей ткани, украшенные крошечными звёздочками. «Дорогая наша дочь, — сказала Жанет, нежно взяв дочь за руки. — Мы знаем, как ты мечтаешь красиво танцевать. Сначала тебе помогут в этом туфли, но уже через год ты сможешь танцевать не хуже в обычных туфлях. Твоя страсть и упорство сделают это возможным».
- Жану — блестящий мяч с едва заметными рунами на поверхности. «Но уже скоро ты не промахнёшься по воротам с любым мячом, — добавил Фиолент, положив руку на плечо сына. — Ты научишься чувствовать игру, и каждый удар будет точным». «Дети, желаем вам быть успешными в любом деле, — заключил отец, обводя взглядом собравшихся. — Пусть ваши мечты ведут вас вперёд».
Подарки от бабушек и дедушек оказались не менее удивительными:
- Бабушка Элен и дед Фил вручили Жану удочку с резной рукоятью, инкрустированной перламутром, и Фиоле — холст с набором красок в изящных фарфоровых чашечках. «Жан, подарок с намёком, — подмигнул Фил, поглаживая бороду. — Надеюсь, будешь ходить со мной на рыбалку. Мы поймаем такую рыбу, что весь город ахнёт!» «Фиола, а мы с тобой будем писать картины вместе, — добавила бабушка Элен, обнимая внучку. — Пока они рыбачат, мы создадим шедевры, которые запомнятся навсегда».
- Бабушка Мари и дед Игнат подарили близнецам велосипеды с колёсами, переливающимися, как мыльные пузыри. «А на этом как раз поедете на рыбалку, — рассмеялись Мари и Игнат, переглянувшись. — К багажнику можно придумать второе сиденье, и тогда вся семья отправится в путешествие».
Светик и Верон преподнесли близнецам толстую книгу в кожаном переплёте с серебряными застёжками. «Вот вам книжка с картинками — одна на двоих, — сказал Верон, передавая её детям. — Можете путешествовать хоть с удочкой, хоть с холстом, хоть всей вашей счастливой семьёй, даже на велосипедах. Каждая страница откроет вам новое место, где вы ещё не были». Книга, стоило её открыть, излучала мягкий свет, а изображения на страницах словно оживали, маня в далёкие края.
Братья Светлые, выстроившись в ряд, хором прокричали: «С днём рождения, ур‑ра‑ра!!!» Их голоса слились в едином порыве, и даже самые серьёзные гости не смогли сдержать улыбок.
Праздник набирал обороты. Жан и Фиола, осмелев, сыграли первый дуэт: клавиши рояля отзывались нежными мелодиями, а саксофон добавлял им глубины и страсти. Звуки музыки разливались по комнате, заставляя сердца биться в унисон.
Вскоре начались танцы. Фиола, надев волшебные туфли, словно парила над полом. Её движения были то плавными, как течение реки, то стремительными, как порыв ветра. Гости не могли оторвать глаз, а некоторые, поддавшись настроению, присоединялись к танцу.
Затем настал черёд футбола. Жан, взяв в руки новый мяч, вывел команду рыжеволосых соседей на импровизированное поле. Стены комнаты раздвинулись, образуя трибуны, а в воздухе возник голографический комментатор — его голос, полный энтузиазма, озвучивал каждый удар, каждый финт, каждую победу.
Праздновали до глубокой ночи. Веселье могло продлиться до рассвета, но самый маленький из соседских детей — пятилетний Лиам — уснул на руках у отца, уткнувшись носом в плечо Верона. Когда часы на стене показали полночь, гости начали прощаться.
Телепортируясь, они оставляли после себя мерцающие следы и тёплые пожелания. Лишь соседи Светлые ушли своими ногами, бережно неся спящего Лиама. Его мирное дыхание смешивалось с отголосками праздника, словно напоминая: даже в самых ярких моментах есть место тишине и покою.
Оставшись наедине, родители укладывали детей, тихо переговариваясь. В комнате царил полумрак, лишь свечи в декоративных фонарях мягко освещали лица.
«Как хорошо, что кошмары Жана прекратились», — прошептала Жанет, поправив одеяло на сыне.
«Да, дорогая, — согласился Фиолент, присаживаясь рядом с дочерью. — Всё, как говорила моя мама: нет больше слёз, и дети молодцы — поддерживают друг друга в любой ситуации. Их связь стала крепче стали».
Дети, слыша это, переглянулись и густо покраснели, но не открыли родителям то, что произошло на прогулке. В их глазах читалась тайна, которую они решили хранить.
«Не оставлю больше Жана одного», — мысленно пообещала Фиола, глядя на брата. Её сердце наполнилось решимостью.
«Я постараюсь всегда быть рядом с сестрой и буду всегда думать только о хорошем», — поклялся себе Жан, сжимая в руке маленький талисман, подаренный Фиолой. В его душе зажглась новая искра — искра ответственности и любви.
продолжение тут
Читать с начала https://dzen.ru/a/ZptvZ7YnV2QpQotr?share_to=link