…Есть мнение, что на последнем этапе Великой Отечественной войны на передовой появилось достаточно много отправленных туда тыловиков. По крайней мере, периодически на разных сайтах появляются материалы с подобными заголовками. Если же присмотреться, то все они являются перепечаткой (то полной, а то выборочной) одного и того же интервью.
Взято это интервью было у ветерана войны Плоткина Бориса Иосифовича. Брал его, а затем проводил литературную обработку Григорий Койфман, известный в узких кругах как автор пары книг об участии в боевых действиях штрафных батальонов. Насколько их содержимое достоверно, а насколько является авторским вымыслом – история умалчивает. Как и о том, было ли указанное интервью действительно взято, и давал ли его реальный человек.
Впрочем, существование красноармейца Плоткина Б. И. 1925 года рождения (демобилизовался в звании старшего лейтенанта в 1950 г.) подтверждается. Относительно подробная информация о нём выложена в открытом доступе на общеизвестных сайтах, посвященных Великой Отечественной. А вот цели и сам факт интервьюирования ничем не подтверждены. В материале даже нет фотографией ветерана. Присутствует только изображение наградного листа.
Почему именно это интервью (или пространные выдержки из него) вдруг стали публиковать различные сайты и блогеры, сопровождая заголовками о присутствии тыловиков на фронте в последние дни войны, тоже остаётся загадкой.
Действительно, один из ответов Плоткина затрагивает данную тему, хоть ему и задавали совсем другой вопрос. Так рассказывая о боях в последние дни войны (в частности о тех, что проходили 7 мая 1945 г.) ветеран упомянул, что в те дни на фронте появилось много тыловиков, которых ставили именно в первую линию. Плоткин отметил, что такие были и в минометном расчёте, которым он командовал. И отзывался он об этих сослуживцах не слишком хорошо. Плоткин считал, что тыловики, просидевшие всю войну на «тёплых местах», понимали, что идут уже последние бои и не стремились геройствовать, а старались отсидеться в окопчиках. Вот, собственно и вся информация. Так что выносить её в заголовки – как минимум странно.
В рассказе Плоткина речь, вероятнее всего, идёт не о тех тыловиках, которые не подлежали призыву (партийные руководители, узкие специалисты, железнодорожники, сотрудники НКВД и т.д.), а о служащих Красной армии, приписанных к административно-хозяйственным подразделениям. Появление подобных «бойцов» на передовой Плоткин объяснял бродившими тогда среди фронтовиков слухами о некоем личном приказе Сталина. Якобы согласно этому документу, все тыловики обязаны были быть отправлены на передние линии фронта с целью приобретения боевого опыта.
Поверхностные поиски в интернете наличие подобного приказа не дают. Хотя и нет повода исключать отсутствие такового. Возможно, документ или его копии находится в не оцифрованных архивах или до сих пор скрыты грифом «совершенно секретно». Но скорее всего его действительно никогда не существовало. Вряд ли в Красной армии было мало должностей, соответствующих понятию «тыловики». И если бы их всех в апреле–мае 45-го отправили на фронт, то об этом в своих воспоминаниях рассказывал бы не только Плоткин.
А вот в 1941 году подобный приказ за подписью Сталина действительно выходил. Это приказ № 0308. Подписал его Иосиф Виссарионович 20 августа. Документ предписывал к 1 сентября 1941 г. организовать замену молодых военных из числа рядового и младшего начальствующего состава, проходивших службу в тыловых и обслуживающих частях, учебных заведениях, стройбатах и органах военного управления, на военнослужащих в возрасте старше 35 лет. Цель подобной замены в приказе тоже указывалась: более целесообразное использование молодых военнослужащих.
Не исключено, что некоторые тыловики отправлялись на передовую и в 1945 году. Но только уже по другой причине. Легко предположить, что в окопы попадали те, кто попался на мелком воровстве и прочих правонарушениях, за которые не полагалось более серьёзных наказаний. А возможностей для злоупотреблений у тех, кто служил в тыловых подразделениях, располагавшихся на территориях освобождённых от фашистов стран Восточной Европы и в оккупированной части Германии, было не мало. Вот им-то помирать, тем более в последние дни войны, точно не хотелось. Так что попытаться отсидеться где-то в сторонке они вполне могли.
Косвенно догадку подтверждает и Плоткин, вспоминая, что один из попавших в его расчёт тыловиков позднее стал старшиной его роты. А, как известно, у нас и сейчас проштрафившееся начальство, после недолгого отстранения, снова отправляется чем-нибудь руководить. Прозвучала в интервью и ещё одна интересная фраза о том, что для пехотинца, сидящего в окопе, 100 метров за спиной уже глубокий тыл. А миномётные расчёты стояли именно за спиной передовых частей. Потому вполне допустимо, что незначительно проштрафившихся тыловиков отправляли в подобные подразделения, а не заставляли бежать в атаку с ППШ в руках.
В общем, оспаривать факт присутствия на линиях фронтов представителей тыловых подразделений, вряд ли стоит. Да и нет в этом необходимости. Однако говорить о массовом характере подобного явления – тоже несколько приукрашивать ситуацию. А вот почему именно эту тему владельцы ряда сайтов и отдельные блогеры пытаются «привязать» именно к этому интервью, наверное, навсегда останется загадкой.