В моей теще Светлане Александровне сочетаются, казалось бы, несовместимые свойства. Первое – тяга к идеалу. Ей хочется, чтобы вокруг нее все было самым хорошим и качественным. Не имеет значения, о чем идет речь – мебель, одежда, дачный урожай. Ради этого она способна практически на любые жертвы.
Второе свойство – жуткое скупердяйство. Нет, старушка готова тратить деньги на что-то действительно нужное и добротное, но не на то, что, по ее мнению, должно быть бесплатным.
На этой почве мы с ней сильно поругались. Кстати, именно из-за почвы в прямом смысле слова – Светлана Александровна узнала, сколько стоит грунт в магазине.
- Зятек, ты с ума что ли сошел? Зачем я буду тратить тысячи рублей на простую землю?! Нет, ну они совсем охренели – еще бы воздухом начали торговать! - распиналась теща около прилавка, оглядывая мешки с грунтом.
- Ну как вы не понимаете, - попытался я вразумить бабулю, - это ведь не просто земля, она специально подготовлена для рассады.
- Заколдовали ее что ли?! Так, тебе я тоже покупать это не позволю, - тещенька направилась к выходу из магазина. - Лучше вон… В поле земли накопаем да на грядках рассыплем.
- И ничего у нас не вырастет.
- Вырастет, еще как. Спорим на весь урожай, что у меня с полевой земли огурцов и перцев будет больше, чем у тебя с покупной?
- Спорим.
Пожали руки, разошлись. Я вернулся в магазин и приобрел несколько больших пакетов с грунтом, а Александровна прямиком направилась на дачу. Правильно, спешить надо – ей же еще в поле лопатой махать.
Следующим вечером теща приволокла на тачке пять мешков с полевой почвой. Да, я ей не помог дотащить, увы, но таковы были условия спора. Она сама сказала, что все сделает «без сопливых», так что претензии не принимаются. Сразу поделили грядки и теплицы, принялись за работу.
Правда, вскоре стало ясно, что в споре теще не победить. У меня кустики за неделю силами налились, а у Александровны только сорняки полезли, да и те чахлые. И это при том, что она не жалела удобрений, регулярно поливала свои посадки, даже разговаривала с ними.
- Светлана Александровна, - решил я в какой-то момент образумить тещу, - Завязывайте. Пока не поздно пересадите все в нормальный грунт. Я вам сам его куплю и привезу.
- Без сопливых! - теща ответила в свойственном ей грубом тоне, но уже не так уверенно, как раньше. - Мы еще поглядим, у кого будет урожай, а кто с голоду помрет.
Еще через месяц стало очевидным, что у тещи реально плодоносят всего несколько кустиков. Я же не успевал собирать огурцы. Такого богатого урожая давно не было.
Тогда еще подумал, что высшие силы решили сжалиться над тещенькой и подарили нам овощей в два раза больше, чтобы и ей хватило. Но нет, Александровна решила объявить войну. От зависти.
В один момент я обнаружил, что все мои кусты… погибли. Пожелтели, сникли, о плодах и речи не идет. Сразу откуда-то выскочила теща.
- Это все твой магазинный грунт. Я тебе говорила, что туда химию пихают, вот у тебя кусты и передохли. А у меня, - Александровна тыкнула грязным пальцем в свою грядку, - все живет и растет, пусть и медленно. Потому что землю надо в поле брать, я оказалась права!
- Нет, тут не все понятно… Может, вредитель какой? Ну, грибок там, например.
- Да нет, - теща отвела глаза, - это все грунт. Точно.
Осматриваю погибшие кусты, пытаюсь понять, что с ними случилось. Неужели на самом деле все из-за земли?
Тут слышу, как меня окликает соседка баба Маня. Старенькая женщина, очень добрая и ратующая за справедливость. Подхожу к забору, а она начинает рассказывать шепотом.
- Видела я вчера, как твоя теща чем-то грядки поливала. Я тогда сразу подумала, что не к добру это.
- А чем поливала-то?!
- Не знаю, не разобрать было. Из ведра что-то лила.
- Спасибо! - я едва не сдержался от того, чтобы не чмокнуть бабку в щеку, и побежал разбираться с Александровной.
А та еще отпираться начала. Сказала, что сам свои посадки загубил и на нее пытаюсь свалить. В итоге призналась.
Оказывается, старая карга полила мои огурцы и перцы кипятком. Когда мы с женой легли спать, она поставила на плиту два ведра с водой, вскипятила и отправилась на свое черное дело. Разумеется, растения погибли.
На следующий день теща извинялась чуть ли не на коленях. Сказала, что сама не понимает, как это произошло. Пообещала отдать мне половину и без того скудного урожая. Послал куда подальше.
Она ведь даже не подумала, что я вложил в эти грядки столько трудов, что иной человек завыл бы, и дело тут не в овощах. Ей была важна только собственная правота.