Мы с девчонками дружим втроём со школы, уже больше 20 лет. Мы с Галей учились в местном институте, вышли замуж и остались в родном городе. А Вероника у нас особенная. Она уезжала в Москву, закончила там институт, успела выйти замуж ещё студенткой, но быстро развелась.
И видимо, так эти жизненные неудачи закалили нашу подругу, что, вернувшись в родной город лет семь назад, она серьёзно занялась бизнесом. Сначала открыла один мебельный магазин, а потом и целую сеть. И сейчас наша Ника – так мы её между собой называем – крутая бизнесвумен.
Галя и я всё время отмечаем, что хоть у нас подружка и стала богатой, но нас не забывает. Вот и недавно повод встретиться нашла – закончила ремонт в своей новой четырёхкомнатной квартире и позвала нас на новоселье. Не только нас, конечно. У неё в друзьях лучшие люди города!
На праздник нас на машине вёз супруг Гали, он сейчас не пьёт. Из солидарности с ним Василий, мой муж, тоже обещал сильно не увлекаться и пить только пиво.
В подъезде нас встретила консьержка и строго спросила, к кому мы. Мы назвали фамилию подруги, она сверилась с каким-то списком и с явным недовольством впустила нас.
Уже в подъезде было видно, что дом очень дорогой – зона входа выглядела, как музей: с колоннами, красными банкетками и картинами вдоль стен. Мы тихо восхищались. В такой атмосфере даже говорить хотелось только шёпотом.
Виновница торжества встретила нас на площадке:
- Заходите, заходите. Тут вход по магнитному ключу, без меня не получится.
- Ника, поздравляем тебя! Умница ты наша! – мы чмокнули подружку и вручили наш подарок – букет и конвертик с деньгами.
Она улыбнулась и пригласила нас внутрь:
- Давайте, я вам немного расскажу – что тут и где. А то заблудитесь ещё. Шучу!
Квартира была огромной. Особенно по сравнению с нашими скромными хрущёвками.
- Вот тут у меня гостевые ванная и туалет. Тут вот кухня. Обратите внимание – плитка на полу кухни итальянская, специально привозили из-за границы, – рассказывала Ника, проводя нас по квартире.
В коридоре и других комнатах уже прохаживались гости с напитками в руках и вежливо нам кивали.
Наконец, мы вошли в гостиную. Ника сказала:
- Так, ну всё. Вот и фуршет. Девочки, мальчики, располагайтесь, угощайтесь, знакомьтесь с остальными. Я пойду встречу ещё гостей!
Мы просто вросли в землю. Такой красоты и богатства я и не видела! Больше всего меня поразил белоснежный ковёр на полу в гостиной. «Господи, это же как его часто в химчистку-то придётся отдавать!» – только и подумала я.
- Ир, а где присесть-то? – спросил меня супруг.
Он уже нашёл пиво на барной стойке и стоял с запотевшей холодной бутылкой в одной руке, а стаканом – в другой.
- Это фуршет. Тут не сидят, такой формат. Видишь – все прогуливаются? – цыкнула я на него.
- Ну, тогда мы пойдём на кухню пока. Там хоть стулья… – шёпотом ответил муж.
Я отмахнулась – мол, делай, что хочешь.
Через несколько минут хозяйка вернулась в гостиную ещё с парой гостей и сама взяла с барной стойки бокал с шампанским:
- Дорогие мои друзья, рада вас приветствовать в моём новом скромном жилище!
Кто-то их гостей засмеялся, оценив шутку. Ника продолжила:
- Наслаждайтесь праздником. Здесь все – только мои самые близкие друзья. И я, пользуясь случаем, хотела бы…
И тут, как гром среди ясного неба, посреди тишины раздался звук разбившегося стекла. Ника изменилась в лице, пробормотала: «Извините» и стремительно вышла из комнаты. По инерции мы с Галей тоже рванули за ней.
Через минуту мы поняли, откуда раздался звук. Посередине кухни с лицом нашкодившего кота стоял мой муж, а на полу валялась разбитая бутылка пива.
- Я уберу, Вероника Сергеевна, – сказала выскочившая из-за наших спин то ли прислуга, то ли какая-то родственница.
Ника развернулась и выпалила мне в лицо:
- Ира, я же ведь специально предупредила, что плитка итальянская!
- Ника, ты уж прости, пожалуйста. Он же не специально, непривычно ему стоять просто… – пыталась я извиниться за проступок супруга.
- Непривычно, так пусть дома тогда сидит! Пустили вас в приличное общество, так и пяти минут не продержались! И ведь мне все говорили, что не надо вас приглашать! Кто мне поцарапанную плитку компенсирует? – распалялась подруга.
- Мы заплатим. Ты прости. Сколько нужно? – пыталась успокоить её я.
- Да у вас денег таких нет! Заплатят они. Довольны, испортили мне праздник? Идите, ешьте, пейте дальше. Наслаждайтесь! – сказла Ника, круто развернулась и вышла из комнаты.
Мы вчетвером – я с мужем и Галя со своим супругом – тихо стояли, не глядя друг на друга.
- Поехали домой, – сказала я.
Я так скажу – не было богатства, и не надо! Вот так переживать из-за какой-то каменной плитки? Да зачем это нужно!
Нет, муж, конечно, виноват – слов нет. Но так уж вот расстраиваться, как Ника, я бы не стала. Не понять нам богатых людей. В какой момент вещи им дороже людей становятся, дороже дружбы?