Нашла у себя в сохраненных материалах зарубежной прессы любопытную статью, которая посвящена детям-инфлюенсерам — или кидфлюенсерам. Сейчас все больше детей создают контент: в YouTube, TikTok и других соцсетях много таких маленьких блогеров, которые могут — и приносят — миллионы долларов в год. Их работа далека от работы трубочистов эпохи диккенсовского Лондона (филологическая отсылка), но это все же это работа.
СМИ пишут, что непонятно, как в таких случаях защищать детей и их труд. Многим юным блогерам сильно недоплачивают — и больше всего их собственные родители. Дети и подростки находятся под давлением, будь то со стороны родителей или алгоритмов, которые заставляют их регулярно создавать контент. Появление ребенка-звезды в социальных сетях также сопряжено с потенциальной потерей личной жизни и изменением его имиджа в глазах сверстников, который может быть как положительным, так и отрицательным. Некоторые вовсе лишаются детства: одной из звезд YouTube-канала с более чем 35 миллионами подписчиков, который начинался как сайт с обзорами игрушек, было 7 лет, когда канал только начинал свою деятельность.
По закону эти дети не имеют права претендовать на доход, который приносят их сайты. К счастью, многие родители любящие и щедрые. Но не все. Нет данных о том, как доходы от социальных сетей распределяются в семье, но долгая история детей звезд кино и телевидения показывает, что многие из них получают мало или вообще ничего. В некоторых штатах задумываются о регулировании — например, в Иллинойсе дети-блогеры могут получать процент от заработка, который хранится в трастовом фонде, пока им не исполнится 18. На заре существования Голливуда в Калифорнии был принят закон Кугана, который дает детям-актерам право на определенный процент от заработка, который работодатели должны размещать на трастовых счетах. В Нью-Йорке принят аналогичный закон.
В случае с социальными сетями сложнее, потому что зачастую работодателем де-факто являются сами родители, в контракте не прописаны условия, или вообще таких контрактов не существует. И как следует оценивать относительный вклад ребенка в семейный доход? Время, проведенное на экране? Привлекательность контента? Что, если присутствие в социальных сетях приведет к заключению контракта на издание книги или подкаста?
Рынки труда работают лучше всего, когда существует четко определенное понятие согласия. Но этого трудно добиться, когда дети оказывают услуги своим родителям. Что делать, если ребенок выражает желание прекратить выступать в социальных сетях, а родители отвечают, что такой доход необходим для того, чтобы отправить его в колледж? На каком основании ответ ребенка можно считать справедливым и не вызванным принуждением?
Пока слишком много вопросов, в России я пока не встречала развитие этого вопроса. Законодательство о детях-блогерах может быть символическим, но важно что-то предпринимать. Конечно, возможно, что предоставление детям более широких законных прав на получение дохода может побудить их становиться блогерами. Пожалуй, такой исход родителям также не понравится.