Самка чекана молча смотрит перед собой...
Она смотрит на долину Елшанки, на заросшую колею, по которой никто не ездит...
Смотрит на облака, лениво развалившиеся над беспыльной дорогой, на островок ромашек в отчаянно-алой оправе мышиного горошка...
Птенцы выросли и улетели. Голосистый чекан, покорявший весной ее сердце, давно замолчал и тоже куда-то исчез, незаметно, но предсказуемо. Теперь птица одна – с выпадающими перьями, полинявшей рыжей грудью, потускневшими глазами. Но глаза еще видят: долину Елшанки, заросшую колею, облака – они лениво развалились над островком ромашек в алой оправе мышиного горошка.
Когда перья сменятся, а крылья станут годными для полета, птица улетит. И облака под ней в оправе багровых закатных отсветов все дни перелетного пути будут напоминать ей родную елшанскую поляну, где птица встретила когда-то свою первую весну…