– Я тебя убью, Суббота, – пообещала без силы в голосе, зная, что, конечно же, никогда этого не сделаю. Просто новость обездвижила.
– Я честно ждал, Геля, теперь поздно убивать, – в свою очередь вздохнул Марьян. – Женька расстроится. И потом, подруга, ты меня любишь. Я тебе еще пригожусь.
– Иди к черту. Ненавижу!
Ну да, так он мне и поверил. Если уж Орловского моё деструктивное чувство не впечатлило, то Марика и подавно не убедит.
Мы помолчали.
– Это то, что я думаю? – все же спросила.
– Да. Оно самое.
Больше другу ничего не нужно было мне объяснять, я все поняла.
– Геля?
– Что?
– Женька проснется, и мы сразу приедем. Ты не будешь одна!
– Только не вздумай меня жалеть, Суббота. Даже не начинай! Тебе и так хватило.
– Геля?
– Я тебя уже послала к черту, Марик. Не надо, не приезжайте. Хочу побыть одна.
Я отключила телефон и уронила его на постель. Легла на нее и свернулась клубком. Закрыла глаза и вздохнула, натянув на плечо конец одеяла.
Я должна радоваться за Женьку и Марика. Им будет хорошо вместе.
Я радуюсь.
Но почему такое чувство, что в целом мире я самая несчастная?
* * *
Максим
Накануне вечером…
– Где режиссер данного кордебалета? Кто в ответе за этот цирк и срыв доклада? Ты-ы?!.. Иди сюда!
– Отпустите меня, я всего лишь постановщик шоу! Я не мог предвидеть, что девушка зайдет в заднюю часть сцены и окажется в декорациях. Охрана, помогите!
– Максим Богданович, успокойтесь! Давайте решим вопрос мирно! Произошла досадная случайность!
– Клянусь, я ни при чем! Конструкция должна была выехать позже, у нас все расписано по минутам!
– По судебным разбирательствам у вас всё будет расписано на ближайшие полгода! Ваша хреновина едва не покалечила моего секретаря! А мой директор лежит без чувств!
– Охрана, разнимите их! Успокойтесь, Максим Богданович!
– Не надо учить, что мне делать! Где страховка и ограждения? Какого черта здесь ничего нет?! Почему провода болтаются на честном слове?!
– Это кабина телепортаций и сигнальная система. Мы были вынуждены всё монтировать в последний момент. Ой, только тумбу не трогайте, у нас программа! Что вы делаете?!..
– Поздно! – я зашвырнул тумбу за кулисы и оборвал провода. – Теперь у вас будут дрова!
Ведущие у края сцены стояли бледные, но народ в зале с интересом наблюдал за происходящим и против изменений в программе не возражал. Отец отошел от Киры, которую приводили в чувство Спиридон с ее отцом, и шагнул мне наперерез. Остановил, поймав за предплечье.
– Максим, держи себя в руках. Очень тебя прошу! Инцидент на самом деле мог произойти по случайности.
– Пап, хоть ты не подливай масла в огонь, ладно? – бросил сгоряча. – Я сам разберусь! Ты как хочешь, а я на ужине не останусь. К псам под хвост весь доклад и поездку! Сейчас мне нужно найти Гельятину, всё остальное потом!
– Хорошо, сынок, иди. Я здесь все улажу. Бедная девочка! Она же в положении, и так испугаться! Не удивлюсь, если решит сбежать. А я тебя учил! Под присмотром нужно держать свою женщину! Даже если с характером – подходы искать!
– Пап, ты мне сейчас лекцию собрался прочесть?
– Дома тебя ждет серьезный разговор, Максим! Мы с мамой требуем… точнее, хотим быть в курсе происходящего!
– Пап…
– Я понял, сын. Ладно, дома поговорим. Только скажи, вы с Гелей что, и правда, ждете сразу двоих?
– Если я прямо сейчас ее не найду, вы ни одного не дождетесь!
Я развернулся и спрыгнул со сцены. Направился к выходу, матерясь про себя на эту чертову поездку и обстоятельства, из-за которых я мог потерять своего секретаря.
Точнее, не мог ее потерять! Не выяснив, что с нами не так, и что, к чертовой матери, происходит?!
Я поднялся по лестнице и пробежал через стеклянный коридор в центральный холл. Огляделся. Здесь еще оставался народ возле фото-стендов с бокалами шампанского, но Ветерок нигде видно не было, и я поспешил подняться наверх. Постучал в номер, в котором остановилась девушка, надеясь застать ее там и поговорить. Успокоить и, если нужно, пообещать… черт, да что угодно! Лишь бы закончить для нас этот сумасшедший день.
– Геля, открой. Это Максим! Геля, нам надо поговорить, слышишь?!
Не слышала. И не открыла. На этот раз я уже не стеснялся и стучал громче, но результата не получил. Телефон тоже ожидаемо молчал.
Ее не было в номере, я это почувствовал и спустился вниз. Стал расспрашивать, не видел ли здесь кто-нибудь стройную девушку в красном корсете и черной юбке? Да, заметную. Такую пропустить невозможно.
Кто-то видел похожую в баре?
Да нет же. Что ей там делать?
Кто-то увидел рыжую девицу на улице – пять минут назад выходила в шубе. И черт его знает, почему я решил, что это она, но уже мчался на улицу в рубашке. Это было вполне в духе Ветерок – умчаться отсюда, как можно скорее. Я ясно прочитал это в ее глазах.
Глаза. Что-то было в них, что не давало покоя целый день. Что-то было в ее голосе, когда она становилась серьезной. И знакомые холодные ноты, которые прозвучали в ответе Георгию Адамсу, только больше разбудили сомнение. Я понимал, что упускаю нечто важное, но что?
Жорж верно подметил: у моего секретаря имелся характер, это стало заметно в первую нашу встречу. А еще живой ум, креативное мышление, чувство собственного достоинства, и фигура под мужским пиджаком, от которой захватывало дух.
От мысли об обнаженной Ветерок, о ее идеальной высокой груди и округлых бедрах, весь день было тесно в штанах, и я не мог успокоить в себе это воспоминание. Не мог в последние дни унять желание постоянно видеть ее и знать, что с ней происходит.
Я давно не юнец, у которого все мысли повернуты на том, как снять сексуальное напряжение. Это несложно решить, если дело исключительно в природе мужского желания. Но в случае с моим секретарем всё рисовалось иначе и однозначнее.
Понять бы только, во что мы оба сегодня играли в моем номере? Или не играли? Что за непонятное чувство не давало покоя с утра, когда я застал девушку раздетой? Что упустил из внимания?!
Чем больше думал об этом, тем очевиднее казался какой-то простой ответ, который лежал на поверхности. Я подошел к нему вплотную, но ясность всё время ускользала. И я снова провоцировал ситуацию, как охотник ориентируясь на чутье, в желании получить то, что раньше казалось невозможным.
Кто раньше казался недосягаемым.
Какой-то бред. Я знал Гельятину меньше месяца, но именно это чувствовал, когда видел рядом и говорил с ней. Я хотел ее себе.
До сих пор только одной женщине удалось меня зацепить так, чтобы не отпускало… И вот теперь Ветерок. Она не прогнала из мыслей холодную блондинку из «Регина-стайл», которая не желала меня знать, но волновала не меньше. Незаметно зацепила на крючки своего присутствия в моей жизни, смешала мысли и образы, и отцепить себя я уже не мог позволить.
И не собирался!
Сейчас я понимал, почему ей пришлось бежать с прошлого места работы. Надо быть круглым идиотом, чтобы упустить такую девушку!
Я потратил час на поиски Гельятины, успев оббежать парковки комплекса, расчистить машину и смотаться к основной трассе. Кода вернулся в холл, то потребовал, подойдя к стойке ресепшена:
– Где у вас доступ к камерам видеонаблюдения? У вас есть человек, отвечающий за безопасность гостиницы? Вызовите его немедленно!
– Простите. Конечно, есть. Но можно узнать причину вашего вопроса?
Девушка-администратор вежливо улыбнулась, вставая из кресла мне навстречу.
Я постарался взять себя в руки.
– Вы должны помочь мне найти человека! Это мой секретарь. Она должна быть в «Замке рыцаря», но я больше часа не могу выйти с ней на контакт и беспокоюсь о ее благополучии.
– Хорошо, не волнуйтесь, мы попробуем вам помочь, – заверила администратор, жестом подзывая помощницу. – Как ее имя? В каком номере остановилась?– Геля. В четыреста пятом. Она рыжая и кудрявая девушка в очках. И она в одном корсете! Кто-то из вас должен был ее заметить.
– А полное имя вашего секретаря – Ангелина? Постойте, нашла. Ветрова… Нет, Ветерок…
– Её зовут Гельяти… Подождите! – я замер и нахмурился. Озадаченно шагнул к стойке. – Как вы только что сказали? – Сквозь позвоночник словно холодный душ прошел. – Почему Ангелина?
– Просто я тоже Геля, а по паспорту Ангелина, – растерянно сообщила девушка. – Вот и подумала, что это ваш случай.
– А разве вы не Лина? У вас на бейджике написано!
– Да, но исключительно на работе. А близкие по-разному называют. Чаще Геля.
Хаотичный рисунок из пазлов прошедших дней перемешался перед глазами… мелькнул калейдоскопом… и вдруг сложился в цельную картинку. Такую ясную, что любые вопросы разом отпали!
– Идиот, – выдохнул я, изумленно вцепившись в стойку. – Кретин! Ну, конечно! Вот откуда талант и способности! Знания и блестящий проект! А духи в приемной, – дальше работала мысль, – они сразу мне показались знакомыми. И глаза! Вот что не давало покоя с утра! Они были голубыми под черной маской, когда я вошел в номер! Не карими! И дружба с Субботой не на пустом месте взялась!
– Э-м, молодой человек, с вами всё хорошо? – забеспокоились девчонки за стойкой и удивленно переглянулись.
– Просто отлично!
– Но как же ваш секретарь?
– Клянусь, она великолепна! Вы даже не представляете, насколько! Ангелина, значит. Ветерок?!
– Извините, я ошиблась. Здесь написано «Гельятина», – поспешила возразить администратор, которая тезка, но мне уже не требовалась помощь. Я улыбался, как дурак. И злился, не без этого, но определенно на себя!
Ангелина…
– Всё верно, Гельятина, – подтвердил. – Шикарное имечко, если хочешь отомстить, не правда ли? И наконец-то я догадываюсь, почему…
– Ну, оно весьма, кхм, оригинальное, – кивнула одна из девчонок.
– Как и сама Ветерок, просто поверьте. И если я не женюсь на этой паршивке, – бросил сквозь оскал, отталкиваясь от стойки и разворачиваясь, – я буду окончательно кретином!
– Простите, а девушку-то искать будем? – услышал за спиной.
– Нет. Думаю, я знаю, где она…
Когда направлялся к бару, продолжал изумляться способностям Ангелины к перевоплощению. Вот тебе и холодная, надменная принцесса с ледяным взглядом. Влюбила в себя всех сотрудников вместе с начальством, перевернула вверх дном «Империал», поставила на уши элиту города – такую презентацию и интервью вряд ли забудут. А теперь она, значит, увольняется?! Забыть всё решила? Не выйдет, дорогая!
Ведь чувствовал, что влечет к ней, как влекло бы в любом образе лишь к ней одной, но до последнего не догадывался, почему. Слава богу, что ей не пришло в голову нарядиться парнем, чтобы морочить мне голову! Вот тогда бы я себе точно мозг сломал в поиске ответа, что со мной не так!
– Но как же хочется найти эту красотку!
Утро следующего дня…
Звук от виброзвонка повторялся снова и снова. Тихий и раздражающий, он зудел где-то рядом, как пчела, залетевшая в комнату, и не смолкал.
Не открывая глаз, я потянулся рукой к прикроватной тумбе и похлопал по ней, но сотовый не нашел. Пришлось откинуть одеяло и сесть в постели. Провести ладонью по лицу, прогоняя сон.
Я вспомнил. Сотовый остался в кармане брюк, которые я вчера сбросил на пол, увлекшись Ангелиной. И сейчас бы тоже предпочел о нем не вспомнить, а вернуться к девушке.
Словно в ответ на мои мысли рыжие волосы защекотали бедро…
– М-м, мне нравится твой настрой, милая, – я сонно улыбнулся, погладив их. – Сейчас, только отцу отвечу. Придумаю отмазку, чтобы не идти на встречу с клиентами, а потом я весь твой, обещаю…
Девушка не ответила, спрятавшись под одеяло, и я решил, что отец не обидится, если я перезвоню ему через пару минут. Ночью мы с Ангелиной сполна насытились друг другом, но новый день принес новый голод, и захотелось обнять ее голую прямо сейчас. Поцеловать и прекратить, наконец, этот цирк.
– Ладно, я понял. Иду, Геля! Но предупреждаю, я все знаю! – засмеялся. – Хватит маскарада, пора превращать мою Золушку в принцессу…
Я повернулся, отбросил одеяло… и улыбка тут же сползла с лица, потому что постель рядом оказалась пуста. Только на смятой простыне лежал сброшенный кудрявый парик, а к моей груди прилипла… Черт, что это?.. коричневая линза.
– Геля?!
Я вскочил и бросился к ванной комнате. Она тоже оказалась пустой. Сорвав с держателя полотенце, обмотал бедра и выскочил в коридор. Побежал босиком к номеру Ветерок. Распахнув незапертую дверь, ворвался внутрь…
– А-а-а!
…И выставил перед собой руки, напугав средних лет горничную, которая занималась уборкой и при виде меня голого и лохматого заорала в голосину.
– А-а-а!
– Спокойно! Тихо! Извините, я не хотел!
Я поднял с пола упавшее полотенце и прикрылся.
– А где девушка, которая здесь остановилась? Она мне нужна!
Женщина подняла швабру и угрожающе выставила перед собой.
– Съехала!
– Давно?
– Больше часа точно! В восемь утра мне консьерж сказал, что номер свободен.
– Она ничего не оставила? Записку или номер телефона? Вы ничего не находили?
– Ничего! И работу бы эту не нашла, если бы знала, что здесь нудисты шастают! Кыш отсюда, а то охрану вызову!
– Че-ерт!
Дурак! Как я мог так отключиться? Ведь понимал, что утро легким не будет!
Я развернулся и бегом вернулся к себе в люкс, понадеявшись, что не сверкнул голой задницей. Натянув боксеры и брюки, наконец ответил на звонок отца:
– Да?!
– Максим, что случилось? Ты там оглох?! Чтобы через десять минут был в ресторане на встрече с Вайсом!
– Я не могу, отец. Мне надо найти Ангелину!
– Кого? Это еще кто такая?! И слышать ничего не хочу! Хватит с меня твоей личной жизни вчера! Я тебе доверил не только «Империал», но и своих людей! Их благополучие и благосостояние!
– Знаю!
– Вот и отвечай, как мужчина, а не как отцовский хвост! Сам строй контакты и цени чужое время! У меня своих задач выше крыши!
Твою мать!
И ведь возразить нечего. Да, доверил. И поверил. И не лез, когда не просил. Я любил свое рекламное агентство и не нуждался в опеке… но и Ангелину потерять не мог!
– Максим?!
– Буду через десять минут.
– Вот и хорошо, сын. Вывел ты меня из равновесия!
День помпезных мероприятий завершился накануне фуршетом, и с утра младшие сотрудники и члены их семей разъехались. Зато заметно прибавилось охраны с приездом неофициальных личностей. В «Замке рыцаря» настал день серьезных встреч в неформальной обстановке, частных знакомств за закрытыми дверьми, и деловых разговоров по существу. И отказаться от этой части мероприятия я не мог.
В перерывах продолжал звонить Ангелине, но телефон молчал.
В город вернулся уже поздно вечером, приехал в свою квартиру и стал обзванивать сотрудников, однако никто домашнего адреса Ветерок не знал.
Я не глупец, догадался, что она не хочет меня видеть, но мириться с этим не собирался.
***
Утром во вторник приехал в офис раньше остальных, проторчал в приемной больше двух часов, встречая сотрудников и отвечая на звонки, но белое кресло, в котором еще недавно чинно и серьезно восседала Ветерок, так и осталось пустым.
До обеда дважды спускался на парковку у здания «Галактики», и всё безрезультатно. Здесь давно не видели темно-серый «Порше» бывшего арт-директора «Регина-Стайл», и где живет приметная блондинка, никто не знал.
Зато я сам понимал, что вернуться в «Империал-Куб» в образе Гельятины у Ангелины не выйдет, рыжий парик и очки остались у меня, но мне до ужаса хотелось ее увидеть, а потому надежда жила.
А вдруг?!
Не пришла.
В одиннадцать дня приехали корейцы из «Choki Woki», и я закрылся с ними и Минджи Хоном в рабочем кабинете. Нам предстояло решить немало вопросов до старта рекламного проекта, вопросов по большей части финансовых и договорных, и визит затянулся.
продолжение следует...
Контент взят из интернета.