– Весна в разгаре, наступило Первое мая 1977 года, мы принимаем участие в городском Первомайском параде. Курсанты и солдаты построились на площади в центре Сальска. Конечно, сначала был продолжительный праздничный митинг, потом прохождение торжественным маршем мимо трибун. С удовольствием печатаем строевой шаг, давно не ходили по плацу, аж «соскучились», блин! Всё разнообразие, редкий выход в город. После парада погуляли по городу, развеялись. При таком редком посещении небольшого городишки Сальска он нам кажется большим и интересным городом. Приехал к нам из Ставрополя очередной преподаватель по «Научному коммунизму», самый «важный» и «нужный» предмет. По «этой» теме на каждом курсе был свой, неповторимый Предмет: «История КПСС» - на первом курсе; «Марксистско-ленинская философия» - на втором; «Политэкономия» - на третьем; - и на четвёртом курсе всё это наукообразие завершается «Научным коммунизмом». Все эти предметы объединяло то, что они были почти незаметными и сдавались безо всякого напряжения, – у каждого из этих предметов имелось дополнительное пособие с тезисами по всем темам «предмета». На зачёте или экзамене можно было пользоваться этим пособием. Выходили «к доске» с этим пособием и читали тезисы, это практически и было ответом.
– На фото праздничная трибуна и памятник Ленину, хорошо видны привычные для того времени призывы «Вперёд к победе Коммунизма» и «Народ и Партия едины». Сейчас они несколько странны, а тогда они были просто впечатаны в нашу Жизнь. Иногда с моим другом Колей Нагорновым мы посещали местную солдатскую библиотеку. Обычно эти гарнизонные библиотеки так и назывались – «солдатские», и как правило, они были очень интересными. Были это в основном старые, берущие свое начало много-много лет назад, небольшие гарнизонные библиотеки. И часто там было много интересных, иногда даже редких книг старых изданий. Например, в этой сальской библиотеке я видел полное собрание сочинений Льва Николаевича Толстого 1910 года издания. Наверное, это собрание сочинений досталось «по наследству» из библиотеки сальского гарнизона еще «досоветских», царских времен! Я узнал много позже, что это издание тысяча десятого года было последним прижизненным изданием сочинений Льва Николаевича Толстого и было очень редким и дорогим. А здесь эти бесценные книги стояли на самой нижней полке в не очень сухом месте и медленно портились, будучи не особенно востребованными. Нередко можно было видеть, как из библиотеки убирались старые книги, а вместо них на освободившиеся полки ставились «бессмертные» произведения Брежнева и Ленина. Которые издавались огромными тиражами на отличной бумаге. И они успешно прозябали на полках, зачастую даже не раскрытые ни разу. А однажды, я видел в этой библиотеке комнату, заполненную по колено, сваленными в кучу самыми разными старыми книгами. Они были старыми не по своему физическому состоянию, а старыми по годам издания. Списывали их по времени, заменяя очередными новыми «бессмертными произведениями». В худшем случае эти списанные книги сжигали, а в лучшем их кто-то сдавал «на макулатуру» и приобретал какую-нибудь дефицитную «Анжелику».
– К Николаю Ларскому приехала в гости жена с ребёнком. Ларский у нас был первым «женатиком» и уже давно, вот и ребёнок уже вырос. Смотрели мы на Николая, как на какого-то взрослого семейного «дядьку» с женой и детьми. Сами мы, в большинстве своём, о женитьбе ещё не особо задумывались, оставляли эту тему «далеко на потом». В воскресенье делать нам было совсем нечего, пойти тоже некуда было, увольнений не было, до Сальска километров шесть. Даже в самоволку некуда было идти, да и не тянуло. Прозябали в казарме, иногда играли на улице в футбол или волейбол. Как ни странно, многие записывались в библиотеку, книжки читали. Ну, ещё в субботу и воскресенье показывали кино. Можно было сказать, что было тоскливо?! Но нас поддерживало то, что мы летали, и это было главное, остальные «неудобства» можно было и потерпеть. Тем более, что были мы на «финишной» прямой, - впереди госэкзамен по лётной подготовке, а там уже и покинем неуютный Сальск. На полётах, пока ещё были сумерки и было относительно светло, мы иногда «развлекались» тем, что «выливали» сусликов. На аэродроме было полно их норок. На ЦЗ всегда были подвесные топливные баки, которые то снимали с самолётов, то подвешивали. В них всегда оставалось немного керосина. Вот этим керосином и «выливали» сусликов. Так себе развлечение, особенно для сусликов.
– На этом фото Коля Нагорнов, Юра Артюхов и Женя Ягин. Артюхов почему-то в парадной форме, наверное, только вернулся из культпохода. А Нагорнов и Ягин в спортивных костюмах, была такая «мода» в выходной одевать спортивный костюм, хотелось хоть на время «отдохнуть» от военной формы, в каком-то смысле – расслабиться. Расслаблялись мы в выходной день по-разному, - однажды решили бросить с парашютом кота из нашего кубрика на третьем этаже. Жил у нас в казарме кот, к нам привык, и мы к нему привыкли, еду приносили ему из столовой. Хороший кот был, солидный и важный. И вот, однажды в одно из воскресений сделали из старой простыни, взятой в каптерке, ему парашют и из этой же простыни и подвесную систему. Подвесная система была простой, просто проделали в куске простыни четыре дырки для лап и на спине завязали. Бросали кота из окна, не хотел кот прыгать, пытался царапаться, н это у него не получалось, тогда пытался за что-нибудь зацепиться. Тоже не получалось, даже по стеклу царапал. Всё же выбросили его, сразу затих и медленно спускался. Благополучно достиг земли, на секунду замер, а потом рванул прочь, но парашют мешал быстро бежать. Поймали перепуганного кота, накормили припасённым премиальным мясом. Он с аппетитом мясо съел, но больше кота мы в казарме не видели.
– Так выглядела стоянка перед разлётом в ночную смену. Начинался разлёт обычно ещё в сумерки. Ещё, вроде, и видно всё вокруг, но уже горят фонари на рулёжках и на полосе. Относительно быстро вылетели мы самостоятельно ночью на МиГ-17. Полетали по кругам, потом в зону на простой пилотаж, двигались уверенно без проблем по Программе. Летать ночью было интересно, даже необычно. Специфика ночных полётов заключалась в том, что днём мы спали и перед полётами, и после полётов. По крайней мере так должно было быть. И для этого был предусмотрен распорядок дня. Вначале мы спали с удовольствием, но со временем, столько спать нам не уже хотелось. Встал вопрос, как убивать время. Кто-то предложил играть в карты. Есть такая незамысловатая карточная игра - «Сека» или по-другому – «Тренька». Игра не «просто так», а на деньги. Конечно, на большие деньги мы не играли, их у нас и не было. Играли на «небольшие». Но всё равно суммы в «банке» собирались приличные, по нашим понятиям, конечно. Игра эта затягивала, бушевал азарт, да ещё подкреплённый заманчивым шелестом рублей. Приходили бывало после полётов поздно ночью и сразу в каптёрку. Играли иногда до подъёма, который был уже ближе к середине дня. Появились и «богачи» и те, кто «продувался». Вася Криль, например, нажил себе много «врагов», регулярно срывая хороший банк. То ли сильно удачливый был, то ли был шибко грамотным игроком. Ну, а некоторые, наоборот были «бедными должниками».
– Типичная картина начала ночной лётной смены, - заканчиваются сумерки, почти ночь.
Приступили мы к маршрутным полётам. Проложить на карте маршрут, это целая наука. В училище много с нас полковник Ромашов «крови попил», обучая грамотной прокладке маршрута. Там была чистая теория, а теперь была полётная карта, реальные точки маршрута. В руки берёшь офицерскую линейку и транспортир, карандаш и масштабную линейку. Находишь на карте заданные точки маршрута, - сначала ИПМ (Исходный Пункт Маршрута), обычно это ближайший к аэродрому населённый пункт. Рисуешь кружок диаметром 1 см, - ИПМ есть. Потом ищешь на карте первый поворотный пункт (ППМ-1), тоже отмечаешь кружок. Масштабной линейкой соединяешь эти кружки прямой линией. Есть линия пути от ИПМ до ППМ-1. Измеряешь её, исходя из масштаба, определяешь расстояние этого первого участка маршрута, наносишь эту цифру справа от линии пути посередине отрезка и подчёркиваешь её, - это будет числитель. В знаменателе пишешь время в пути в минутах на этом отрезке. Измеряешь транспортиром курсовой угол пути, то есть угол между направлением на север и направлением линии пути, находишь на карте ближайшую к первому отрезку маршрута линию магнитного склонения и добавляешь эту цифру к курсовому углу. Это и будет магнитный курс первого участка маршрута, пишешь его справа от «дроби» - «расстояние – время». Потом соединяешь линейкой ППМ-1 и КТА (Контрольная Точка Аэродрома), условно здесь стоит Радиопеленгатор аэродрома. Транспортиром измеряешь угол между направлением на север и направлением на КТА, это будет Пеленг ППМ-1, который даст оператор Пеленгатора, если, запросить «Прибой», находясь на ППМ-1. Потом замеряешь угол между направлением полёта на ППМ-1 и направлением на Привод аэродрома, это будет Курсовой Угол Радиостанции на ППМ-1 (КУР-1). Наносишь короткую линию-стрелку через ППМ-1 в направлении аэродрома и пишешь вдоль этой стрелки значение Пеленга и КУР-1.
То же самое проделываешь со всеми другими отрезками маршрута, которых обычно бывает до трёх-четырёх ППМ. Последней точкой будет КПМ (Конечный Пункт Маршрута), зачастую это бывает сам аэродром вылета. Ещё на карте вдоль каждой линии пути в полосе 20-50 км «поднимаются» все высоты, представляющие потенциальную опасность, то есть обводим маленьким прямоугольником, с помощью трафаретов офицерской линейки, значения «опасных высот». Ещё необходимо нанести трёх- или пятиминутные отрезки линии пути на всех участках маршрута это в зависимости от масштаба карты и расстояний на маршруте.
Но это далеко не всё. Ещё надо сделать ИШР (Инженерно Штурманский Расчёт), то есть рассчитать рубежи набора заданной высоты, рубежи снижения, посчитать расход топлива на каждом участке и за весь полёт. И это не всё, ещё существует в «штурманском деле» План Связи, это с кем, когда и в каких точках маршрута ты будешь вести связь, переходить с управления одного КП (Командный Пункт) на другой, их позывные и частоты. И опять это ещё не всё. Ведь все расчётные параметры маршрута у тебя будут «штилевыми», то есть рассчитанными без учёта ветра. И когда, на предполётных указаниях, ты получишь от Метеоролога данные реального ветра, его направление и скорость по высотам, то надо будет пересчитать время участков маршрута и угол сноса на каждом участке, в зависимости от ветра, ну а также и расход топлива. Есть ещё много разных премудростей в Штурманском деле или, как ещё говорят, в СВЖ (СамолётоВоЖдении). А также всё это есть ещё и Навигация.
15.08.2024 - Севастополь.