Совестно

Пишет Мария Ватутина :

Мария Ватутина: СОВЕСТНО

На протяжении всей СВО общество, а точнее тыл, тот, который настоящий, переживающий и помогающий, удивляется самому этому названию военных действий.

Сколько красных линий перешла Украина! Мы давно уже поняли, что нет никаких «красных линий». Потому что «переход красной линии» это такое деяние противника, после которого наступает ему конец. А мы на любое отчаянное преступление Киева долбим их ракетами так же, как и за день до этого, и в любой другой день, ссылаясь на установки СВО.

Взрывали газовые потоки, Крымский мост, самолеты и здания с пленными, пляжи с мирными людьми, поджигали «Крокус-сити», вторгались на нашу территорию, пытали наших пленных, бьют по ЗаАЭС.

В Курской области объявлена контртеррористическая операция. Но статус «операция» власти настойчиво оставляют нетронутым.

Понятно, что у нас руководитель страны юрист до мозга костей, и он твердо придерживается установок закона. Если происходящее назвать войной, то за этим должна последовать перекройка внутри страны – экономики, общественных порядков и т. д.

Но у меня другой вопрос. Если СВО нельзя переименовать в то, чем она на самом деле является (операция не может длиться три года, враг напал на нашу территорию в Курской области и занял ее, в наши регионы летают дроны, постоянные диверсии), то можно хотя бы внутри страны создать атмосферу, соответствующую гражданскому духу наших людей, людей, у которых есть совесть?

Мне иногда кажется, что операция так называется ради спокойствия граждан в тылу, а точнее тех граждан, которые никак не отозвались на то, что сотни тысяч лучших мужчин и женщин сейчас отдают свою жизнь на поле боя. То есть статус военных действий – он ради того, чтобы мажоры и прочий непуганый люд сидел по кафешкам, жил на другой планете, разъезжал по курортам и проч. Ладно. В конце концов, можно понять наших горе-идеологов, которые боятся изменить образ жизни потенциальным посетителям условной «Болотной». Ну не злить чтоб оппозицию, которая притихла. Хотя есть другие методы усмирения, мне казалось.

Но вот я смотрю рекламу фестиваля «Спасская башня» между передачами. И в голове у меня не укладывается, как этот торжественный парад военных оркестров с начищенными трубами, с музыкантами в аксельбантах, с фейерверками и радостной VIP-публикой на трибунах будет идти несколько дней на Красной площади, когда наши бойцы погибают на фронте.

Не знаю, сколько на этот фестиваль отвалено из государственного бюджета, но ведь таких фестивалей – море! Всемирные Игры Дружбы, «Круг света», Московский гастрономический фестиваль – масса еще всего до конца года. И не думайте, что фестивали идут только в Москве. Они идут по всей России. То есть где-то матери убитых солдат, вдовы сидят горюют в своих квартирках, а у них под окнами люд неистовствует от желания жить здесь и сейчас.

Не думаю, что все подобные мероприятия надо было бы отменить. Есть фестивали литературные, театральные, народные, скромные и, главное, несущие развитие, познавательные, образовательные, патриотические, в конце концов. Никакой джазовый фестиваль не усугубит контраста между фронтом и тылом, потому что он не предполагает глумления. А вот заведомо шумный, бравирующий роскошью, похожий на пир во время чумы концерт сейчас не ко времени.

Это просто бессовестно.

Имело бы смысл посмотреть на ту часть расходов на подобные мероприятия, которые стоят нам больших денег, которые видны из космоса – не может быть сейчас таких праздников. Если посмотреть глазами солдата из окопа на те искрящиеся, танцующие, веселящиеся толпы в российских городах и весях, то мы поймем, что совестно их проводить.

Распределители средств и те, кто над ними начальник, давно должны были перераспределить средства на то, что необходимо фронту. Или удобнее ничего не менять в системе?

Наш народ не такой. Нормальные люди не могут спокойно видеть все эти эстрадные шоу, визжащих ведущих, юмористические передачи по телевизору в день прорыва государственной границы. Это что же получается, тот, кто формирует культурную политику в период, когда страна ведет военные действия, не знает своего народа?