Как часто в современном ритме жизни Вам хочется тишины и покоя? Чтобы не нужно было с утра пораньше спешить на работу, а вечером лететь домой, где ждут домашние дела. Чтобы в этой бешенной гонке не упустить самое главное в жизни – общение со своими близкими.
Мне кажется, что у каждого человека, хотя бы раз, возникало желание поставить жизнь на паузу и услышать звенящую тишину, которую нарушают лишь звуки природы и голоса родных людей. Так и герои рассказа Рэя Брэдбери «Каникулы», устав от постоянной суеты, завели, на первый взгляд, безобидный разговор:
«— А замечательно было бы… — Он раскурил свою трубку. — Проснуться завтра, и во всем мире ни души, начинай все сначала!
Он сидел и курил, в руке сложенная газета, голова откинута на спинку кресла.
— Если бы можно было сейчас нажать такую кнопку, ты бы нажал?
— Наверно, да, — ответил он. — Без насилия. Просто все исчезнет с лица земли. Оставить землю и море, и все что растет — цветы, траву, плодовые деревья. И животные тоже пусть остаются. Все оставить, кроме человека, который охотится, когда не голоден, ест, когда сыт, жесток, хотя его никто не задевает.
— Но мы-то должны остаться. — Она тихо улыбнулась.
— Хорошо было бы. — Он задумался. — Впереди — сколько угодно времени. Самые длинные каникулы в истории. И мы с корзиной припасов, и самый долгий пикник. Только ты, я и Джим. …
Вот каким было утро нового мира. Они проснулись и услышали мягкие звуки земли, которая теперь была просто-напросто лугом, города тонули в море травы-муравы, ноготков, маргариток, вьюнков. ….
Муж встал с кровати, выглянул в окно и спокойно, словно речь шла о погоде, заметил:
— Все исчезли.»
Желание произнесено! Желание услышано! Желание исполнено!
Супруги рады – их все устраивает. Не нужно спешить на работу, не нужно конкурировать с соседями. Есть только он, она и их сын Джим. И они начали готовиться к самым длинным каникулам в своей жизни, к путешествию по стране на протяжении тридцати лет.
Уже пару месяцев семья по старой железнодорожной ветке на дрезине перемещалась от одного населенного пункта к другому, наслаждаясь общением друг с другом и единением с природой. Они были счастливы. Но все ли?
Их семилетний малыш все чаще стал задавать вопросы про других людей. Но не эти вопросы заставили задуматься родителей об эгоистичности их желания, которое кто-то исполнил, а незапланированный пикник на берегу моря: «Стояла тишина. Они слушали, как солнце настраивает старые железные рельсы. Соленый ветер разносил запах горячего дегтя от шпал, и мужчина легонько постукивал пальцем по своему карманному атласу.
— Через месяц, в мае, доберемся до Сакраменто, оттуда двинемся в Сиэтл. Пробудем там до первого июля, июль хороший месяц в Вашингтоне, потом, как станет холоднее, обратно, в Йеллоустон, несколько миль в день, здесь поохотимся, там порыбачим…
Мальчику стало скучно, он отошел к самой воде и бросал палки в море, потом сам же бегал за ними, изображая ученую собаку.»
Именно эта незамысловатая игра Джима раскрыла глаза супругов. Своими необдуманными, импульсивными словами они обрекли своего сына на одиночество. Через тридцать лет из каникулы закончатся, а ему нужно будет жить дальше. Но не только они это поняли. Пусть по-детски, через нехватку друзей, Джим понял какую ошибку совершили его родители:
«Он стиснул ее руку и, закрыв глаза, через силу заговорил:
— Хорошо, правда, если бы мы вечером легли спать, а ночью все каким-то образом вернулось на свои места.
Она подумала, потом кивнула.
И тут оба вздрогнули.
Потому что между ними (когда он пришел?), держа в руке бутылку из-под шипучки, стоял их сын.
Лицо мальчика было бледно. Свободной рукой он коснулся щеки отца, там где оставила след слезинка.
— Ты… — сказал он и вздохнул. — Ты… Папа, тебе тоже не с кем играть.
Жена хотела что-то сказать.
Муж хотел взять руку мальчика.
Мальчик отскочил назад.
— Дураки! Дураки! Глупые дураки! Болваны вы, болваны!
Сорвался с места, сбежал к морю и, стоя у воды, залился слезами.»
Рассказы Рэя Брэдбери - это особая вселенная, в которую тебя переносит автор. Ты слышишь запах трав, ощущаешь теплый ветер и на короткий миг становишься частью мира героев, забирая их жизненный опыт себе в копилку. «Каникулы» показывают, что необдуманные слова и поступки могут разрушить жизнь самых близких людей и порвать хрупкую нить «родитель-дитя»:
«… мальчик на берегу, не переставая плакать, что- то написал на клочке бумаги, сунул клочок в бутылку, закупорил ее железным колпачком, взял покрепче, размахнулся — и бутылка, описав крутую блестящую дугу, упала в море.
Что, думала она, что он написал на бумажке? Что там, в бутылке?
Бутылка плыла по волнам.
Мальчик перестал плакать.
Потом он отошел от воды и остановился около родителей, глядя на них, лицо ни просветлевшее, ни мрачное, ни живое, ни убитое, ни решительное, ни отрешенное, а какая-то причудливая смесь, словно он примирился со временем, стихиями и этими людьми. ….
Он написал наше желание? — думала женщина.
Написал то, о чем мы сейчас говорили, нашу мечту?
Или написал что-то свое, пожелал для себя одного, чтобы проснуться завтра утром — и он один в безлюдном мире, больше никого, ни мужчины, ни женщины, ни отца, ни матери, никаких глупых взрослых с их глупыми желаниями, ……
Это или не это? Наше или свое?..»
На мой взгляд, в своем произведении Рэй Брэдбери поднимает не только тему загнанности человека и хрупкости детско-родительских отношений, но и тему морально-этических отношений между мужчиной и женщиной:
«…. Их нет, а мы остались. ….
— Но… но тогда нам нужно заводить еще детей?
— Чтобы снова населить мир? — Он медленно, спокойно покачал головой. — Нет. Пусть Джим будет последним. Когда он состарится и умрет, пусть мир принадлежит лошадям и коровам, бурундукам и паукам. Они без нас не пропадут. А потом когда-нибудь другой род, умеющий сочетать естественное счастье с естественным любопытством, построит города, совсем не такие, как наши, и будет жить дальше.»
Корректно, завуалировано Рэй Брэдбери подсвечивает щекотливый вопрос, чтобы не навредить психике детей. Этот эпизод, на мой взгляд, посыл автора взрослой аудитории читателей, который позднее достигнет адресата.