Верховный суд Российской Федерации занял более жесткую позицию в отношении дорожно-транспортных происшествий, повлекших гибель людей. Теперь мировое соглашение с пострадавшими не всегда освобождает виновника аварии от уголовной ответственности. В случаях, когда в результате ДТП есть погибший, практически неизбежно возбуждение уголовного дела.
Даже такие смягчающие обстоятельства, как деятельное раскаяние или компенсация ущерба потерпевшим, не могут отменить уголовное преследование, несмотря на то что эти процедуры предусмотрены Уголовным кодексом. Верховный суд четко обозначил свою позицию: если есть погибший, примирение сторон невозможно.
Водитель Багдасарян, выехав на встречную полосу, столкнулся с автомобилем, двигавшимся навстречу. В результате аварии один человек погиб, а двое получили ранения. Вина Багдасаряна была установлена, и было возбуждено уголовное дело. Однако виновник проявил деятельное раскаяние: признал свою вину, содействовал расследованию, возместил материальный и моральный ущерб пострадавшим и примирился с ними. Потерпевшие и мать погибшей обратились в суд с ходатайством о прекращении уголовного дела за примирением сторон, и суд удовлетворил их просьбу.
Однако прокуратура оспорила это решение. Несмотря на это, апелляционная и кассационная инстанции поддержали решение суда первой инстанции. Дело дошло до Верховного суда, который встал на сторону прокуратуры. Верховный суд указал, что нижестоящие суды не учли, что основным объектом преступления, в котором обвиняется Багдасарян, являются общественные отношения в сфере безопасности дорожного движения. Общественная опасность содеянного заключается в причинении вреда интересам государства и общества в сфере эксплуатации транспортных средств, являющихся источником повышенной опасности. Дополнительным объектом данного преступного деяния является здоровье и жизнь человека, утрата которых необратима.
Верховный суд выразил сомнение в выводах нижестоящих судов о том, что Багдасарян выполнил все условия для освобождения от уголовной ответственности в связи с примирением. Суд указал, что возмещение вреда не устраняет наступившие последствия, включая гибель потерпевшей, и не снижает степень общественной опасности содеянного. Также было отмечено, что мать погибшей выполняет лишь процессуальную функцию потерпевшей, и ее согласие на примирение не может быть единственным основанием для прекращения уголовного дела.
Кроме того, Верховный суд указал на то, что решения о прекращении уголовного дела в связи с примирением исключают возможность назначения виновному дополнительного наказания, такого как лишение права управления транспортным средством. Это означает, что Багдасарян снова сможет управлять автомобилем, подвергая опасности других участников дорожного движения.
Верховный суд отправил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Это не первое подобное решение Верховного суда. Как правило, если в результате ДТП есть погибшие и дело может быть квалифицировано по нескольким статьям УК, прекращение дела за примирением сторон недопустимо.
Аналогичное дело Верховный суд рассматривал в прошлом году: водитель сбил насмерть несовершеннолетнюю девочку на пешеходном переходе. Несмотря на примирение с матерью погибшей, ВС указал, что уголовное преследование не может быть прекращено на этом основании.
Еще в 2014 году депутат Вячеслав Лысаков предлагал внести поправку в Уголовный кодекс, согласно которой примирение сторон было бы невозможно в случае смерти потерпевшего. По его словам, примириться можно только с живым человеком. Законопроект не был принят, однако позиция Верховного суда показывает схожее мнение: примирение с погибшими невозможно.
Остались вопросы? Получите бесплатную консультацию в МКА "Карабанов и Партнеры" от адвокатов по уголовным делам.