Кто такой Кронид? Возможно ли ранить греческого бога? Почему античная мифология так близка русскому человеку? Ответы на эти и другие вопросы в бессмертной поэме Гомера - и в этой статье!
Серия статей посвящена разбору "Илиады" - увлекательного, но заковыристого для неподготовленного читателя произведения. В этот раз речь пойдёт о греческих богах. Но для начала немного о самой поэме:
(если уже читали этот раздел в других статьях серии - смело пролистывайте)
О поэме
"Илиада" - это эпическая поэма Гомера, написанная в IX-VIII веках до нашей эры. Она повествует о событиях войны между жителями Трои (= Илион) и объединившимися греческими племенами. На сегодняшний день исследователи склоняются к тому, что в "Илиаде" изложены (пускай и переплетаясь с вымышленными сценами) реальные исторические события. Правда, разворачивались они за четыре века до рождения автора.
Имена богов
Как только читатель открывает книгу, он тут же сталкивается с массивом имён, в том числе божественных. Кронион, Киприда, Сминфей... А где же наши родные Зевс, Афродита, Аполлон? И неужели героев в поэме такое несметное множество?
На самом деле, хотя персонажей действительно нелегко сосчитать, их значительно меньше, чем кажется на первый взгляд.
Каждый бог помимо имени располагает по крайней мере одним прозвищем: Афродита - Киприда ("с Кипра"), Аполлон - Сминфей ("мышиный") и так далее. Вот здесь http://www.foxdesign.ru/legend/g_epit2.html можно свериться, если вы вдруг совершенно случайно не знаете десять прозвищ каждого греческого божества.
Кроме того, любого грека - даже жителя Олимпа - можно называть по отчеству. Без упоминания имени. Не Иван Иванович, а просто - Иваныч. Поэтому Зевс (сын Кроноса) может называться Кронион или Кронид. Ахиллеса Гомер не раз и не два обзовёт Пелидом или Пелейоном (сыном Пелея), как и его брата. На женщин это правило тоже распространяется: Хрисеида, Брисеида и другие -иды грустно вздыхают, не оставив для потомков своих личных имён.
Божественные эпитеты
Прозвища богов - это чаще всего существительные или прилагательные, которые когда-то в древние времена просто не стали переводить. Однако фронт работ для переводчиков эта традиция не уменьшила: помимо непереводимого прозвища у каждого бога есть эпитет, с которым его имя упоминается чаще всего. Например, морская нимфа Фетида неизменно будет сереброногая, а Афина - совоокая. И если эти божественные эпитеты кажутся вам излишне вычурными, то это вы ещё не видели "мужа чужедального", и "троянку длинноодежную"... Впрочем, о людях небогоподобных и предметах сложноназванных - в отдельной статье)
Божественные способности
Всем известно, что Зевс Громовержец может метать молнии. Но в "Илиаде" он этого не делает, хотя и принимает в перипетиях героев непосредственное участие. Чем же отличаются древнегреческие боги от своих подопечных, и как они влияют на происходящее на земле?
Во-первых, в своём стандартном обличье боги по сравнению с людьми - великаны. Однако, несмотря на божественную сущность, их тоже можно ранить оружием: например, в очередной битве у стен Трои Афродита была ранена стрелой в запястье, и обидчика даже не постигла страшная кара. Конечно, это только временно отвлекло богиню от участия в сражении - ведь боги бессмертны. Кстати о женских драках: если земные гречанки совсем не способны дать отпор и уже смирились со своей участью покорно переходить от одного мужа-завоевателя к другому (что позором не считается, так как каждый муж обязательно любимый), то многоуважаемая Гера сражается с Артемидой, отбросив всякие предрассудки. Жаль, что Гомер не упоминает, был ли этот бой кулачным.
Во-вторых, боги могут принимать облик других существ. И если в мифах это, как правило, животные, то в "Илиаде" олимпийцы намного коварнее: когда их фаворитам требуется помощь, они перевоплощаются в конкретных людей. Выбор, конечно, падает не случайным образом. Например, чтобы подбодрить греческих воинов, Гера принимает обличье Стентора - глашатая с уникальной способностью кричать как пятьдесят человек. Другие боги (для которых понятия честной игры, видимо, не существует совсем) идут и не на такие ухищрения. Притворяясь родственником какого-нибудь грека или троянца, они попросту обманывают его, обещая помочь или сообщая ложные сведения. Причём занимаются этим неблагородным делом вовсе не Аид и его мрачная компания, а Афина, Аполлон и прочие достойные, казалось бы, небожители. Помимо этого они посылают лживые сны и знамения. В общем, честной Фемиде остаётся радоваться, что повязка на глазах скрывает от неё этот кошмар.
В-третьих, помимо непосредственного участия в сражениях боги могут передавать героям сверхпрочные щиты, сверхострые копья и даже "устрашающую эгиду" - накидку из козьей шкуры, помимо прочих свойств способную просто-напросто внушать необъяснимый сверхъестественный ужас.
Отдельного внимания заслуживают бессмертные кони, которые сначала оплакивают убитого, а затем, вдохновлённые Зевсом, самостоятельно идут в атаку. Чудо-кони.
Трудно поверить, что при таком широком спектре всяких пакостей на Олимпе существуют хоть какие-то правила. Но один закон всё-таки есть: прямого веления Зевса ослушаться нельзя. Все хитрости боги проворачивают либо тайком от Громовержца, либо надавив на его совесть, либо убедив Зевса, что без их участия людям никак не обойтись. Кроме того, зачастую жители Олимпа связаны между собой какими-либо обязательствами, так что иногда даже Зевс вынужден с неохотой уступить. Таким образом, при всём своём коварстве греческие боги высоко чтят чувство долга.
Но если после всех убеждений Кронид всё же стоит на своём, формулировка может быть только одна:
"Так он сказал. И ему не была непослушна богиня."
Непобедимый рок
Наверное, многие согласятся, что русский человек часто надеется на "авось". Эта черта закрепилась даже в нашем языке: "не получилось", "не удалось", "не повезло" встречаются куда чаще, чем "он не смог", "я не справился" и "мы не сумели". Подсознательно мы привыкли списывать свою вину на кого-то всемогущего.
Однако глядя на то, какого размаха это явление достигло в древнегреческой культуре, русский человек нервно курит в сторонке:
В день тот, когда самовластно я взял у Пелида добычу.
Что ж бы я сделал? Свои божество ведь преследует цели, –
Ата, чтимая Зевсова дочь, которая в силах
Всех ослепить. У проклятой нежнейшие ноги. Не ходит
Ими она по земле, – по людским головам выступает,
Ум затемняя людей.
Так один из сильнейших (и, очевидно, хитрейших) героев объясняет, почему он забрал трофей своего товарища и вызвал этим ссору длиной во всю "Илиаду". Интересно, говорят ли прогулявшие греческие школьники своим учителям, что им на голову наступила Ата?
Может показаться, что этот отрывок в поэме просто для красоты. Вернее, могло бы показаться, если бы это был единичный случай:
Нет сомнения, Зевсу всесильному видеть угодно
Здесь, от Эллады далеко, ахеян бесславно погибших!
Было то время, как ревностно он защищал и ахеян;
Ныне, я вижу, он Трои сынов, как бессмертных блаженных,
Славой венчает, ахейцам же силы и руки сковал он!
Так герой объясняет товарищам причину их очередного поражения. Но даже этот отрывок не сравнится с Зевсом, дистанционно заставляющим воина идти в неравный бой:
В это время [...], понукая коней и возницу,
Гнал пред собой в ослепленьи великом троян и ликийцев.
Если бы следовал он наставленьям Пелида, безумец,
Злого жребия черной погибели он избежал бы.
Воля Зевса, однако, сильнее всегда, чем людская.
Храброго мужа ввергает он в страх и победы лишает
Очень легко, а иной раз и сам побуждает сражаться.
Так и теперь он воинственный дух возбудил у [...].
В общем, если вдруг вспылите или затеете драку - можно тоже смело валить на Зевса. Греки поймут.
А если вдруг захотите узнать, по каким соображениям можно не убить врага на поле битвы, зачем воину отращивать волосы и как правильно принести жертву греческим богам - обязательно читайте следующую статью о традициях древних греков в "Илиаде"!
Автор статьи: Даша Лысенко