О чем бы ни писала Яна Вагнер, акцент у нее всегда на психологической дуэли персонажей, проявленной прежде всего в диалогах. Но если ранее она создавала портрет группы человек 9-11 в герметичной рамке (“Кто не спрятался", “Вонгозеро”, “Живые люди"), то в “Тоннеле” взялась за полотно прямо-таки эпическое и опять-таки герметичное: 500(!) человек со своими автомобилями однажды летним воскресным вечером оказались заперты в четырехкилометровом тоннеле под рекой на въезде в Москву. И телефоны не работают, и интернета тоже нет. Временно ограниченный мир. Вот только неизвестно, как надолго. И главное - почему?
Ситуация смоделирована условная, но интерес у автора прежний - как эти люди будут разбираться друг с другом и с обстоятельствами. Правда, новый масштаб подразумевает теперь и обращении к психологии масс. Разумеется, будет сначала удивление, далее возмущение, поиски виноватых или хотя бы ответственных. Через несколько часов встанет вопрос о ресурсах: вода, еда, лекарства… Как люди проявляются по отношению к другим: требуют, приказывают, просят, помогают…?
Любопытно наблюдать, как меняется поведение людей. Поначалу каждый продолжает жить в координатах своей повседневной жизни. Столкновение разномастных повседневностей создает эффекты в диапазоне от трагического до комического. Но многие герои пойдут путем трансформации: и скоро тот, кто обычно терпит и молчит, может не выдержать психологического давления, впасть в истерику, непривычно успокаиваться алкоголем. И наоборот, тот, кто бывало легко напивался, упрется, сосредоточится и будет искать выход мозгами и руками. А тихий, скромный стоматолог, оказавшийся внезапно единственным на весь тоннель врачом, со временем обретет “новый уверенный голос”.
В самом начале романа есть значимая для сюжета схема-картинка расположения некоторых автомобилей в тоннеле относительно друг друга. Марка машины является здесь базовой характеристикой персонажа. Но для меня как человека, различающего средства передвижения в лучшем случае по цвету, к сожалению, этот прием не очень сработал (а специально изучать автомобильную тему интереса никогда не было). Вольво, Шкода, Мерседес, Пежо, Фольксваген Гольф, Порше, Фиат Панда, Кабриолет, Майбах, Хёндай - все эти названия и многие другие фигурируют в романе, и авторская задумка понятна: многие читатели могут понять по марке, насколько автомобиль мощный, удобный, дорогой, статусный…
Настоящие имена есть лишь у нескольких персонажей; другие названы по своей профессии или званию: стоматолог, капитан, профессор, третьи - по детали внешности или одежды: человек с разбитым лицом, женщина в голубом, но большинство именно по принадлежности к машине: мама-Пежо, женщина-Мерседес, владелица Лендровера… В толпе имена не нужны, но автору надо как-то называть своих персонажей. Причем, у нескольких героев будет несколько номинаций в зависимости от того, кто на них смотрит, - авторский взгляд сопровождает то одного персонажа, то другого.
Эпиграф (очень удачный) у “Тоннеля” из “Повелителя мух” Голдинга, да и сходство романов несомненное. Да, “Тоннель” - это страшная история, это триллер (хотя с жанром есть некоторые вопросы). Да, Яна Вагнер сгущает краски и нагнетает мрачную атмосферу. Да, выживут не все. Но ее герои - узнаваемые психологические типажи, и логика их поступков понятна и часто предсказуема. Наиболее интересны как раз непредсказуемые персонажи; основные сюжетные линии в романе строятся из поступков и поединка двух мощных разнополых манипуляторов (один явно обученный, другой, возможно, самородок).
Тоннель - это, конечно, метафора, модель общества в “тесной каменной трубе”, преисподняя, душный морок, персональный ад для каждого. А ведь многое могло быть иначе - на последних страницах мелькнет вариант альтернативного тоннеля. По итогу - всех (ну почти) жалко. Вовремя распознай манипулятора и его цели. Разумеется не раз подумаешь, а кем бы я был в этом тоннеле? И человеческая жизнь, да, очень хрупкая.
В общем, очень добротно скроенный (пять лет работы автора), классический пейдж-тюрнер на выходные, или даже дня на три, или за сколько вы читаете 570 страниц захватывающей беллетристики. Откровенно кинематографичная история (и локация-то всего одна). И, кстати, “Тоннель” в коротком списке Большой Книги.
Татьяна ВЕРЕТЕНОВА