Шел второй день пребывания здесь. Многие не выжили, кто-то впал в уныние от вида утренней манной каши, кто-то бесследно исчез после беседы с врачом и вручения им загадочных бумаг. Надеюсь, они в лучшем мире.
Я же нашла спасение - обнаружила в коридоре полку с книгами. Там, конечно, не бестселлеры и новинки, но я откопала Моруа и решила его перечитать, причем у нас дома такое же издание, и я изрядно подзабыла, кто там кого ревновал и кому изменял.
Есть еще Донцова, но тоже давнишние книги.
Немного напрягает, что кнопка вызова медсестры у моей шконки расположена так, что я рискую при неосторожном движении въехать в нее локтем. Спать надо осторожнее. А сама шконка на колесиках, когда ложишься на нее с размаху, весело ездит.
Сокамерницы развлекаются разговорами о важном и подбадриванием бабульки, которой надо садиться и вставать. Что она сегодня и проделала с пинка медсестры. И попросила одеть на нее рубашку, а то вдруг какой мужик в камеру заглянет.
- И что, увидит тебя и упадет? - звржала сестра. - Или боишься, что у него встанет. Так у нас тут ни у кого ничего не стоит.
А нифига, меня в коридоре вчера мужик спрашивал не нужна ли помощь и приглашал к себе в камеру на чай. Говорил, у него хороший чай на тумбочке стоит.
Так что жизнь продолжается, хотя меня все игнорируют, но хоть кормят. Врач утром приходил, меня не застал, я находилась в кабинете задумчивости. Так вот бездарно про-ла визит врача. Надеюсь, мы все-таки встретимся.