Алексей Петрович всю жизнь был военным офицером и 5 лет назад вышел на пенсию. Он жил один (был в разводе) и буквально спустя пару лет затворничества его дочь Дарья обратила внимание на проблемы с памятью отца: «Отец стал забывать какие-то истории, которые я ему рассказывала, помнил, что я в браке, но даже примерно не мог сказать, когда именно я вышла замуж».
Даша списала это на возраст и не стала бить тревогу, но еще спустя год отец начал путать события и людей: «Папа начал постоянно путать имя моего мужа и когда рассказывал о разводе с мамой, говорил, что это жена от него ушла, хотя все было совсем наоборот».
Когда эти ошибки стало невозможно игнорировать, Дарья отвела отца к врачу, который подтвердил её опасения – у Алексея Петровича деменция. Дарья нашла для папы сиделку, он проходит лечение, наблюдается у врача, но, к сожалению, на сегодня болезнь развилась настолько, что отец перестал узнавать мужа дочери, а иногда и саму дочь, многие события не помнит совсем.
Кирилл Иванович Прощаев, врач-гериатр, доктор медицинских наук, профессор, директор НИМЦ «Геронтология»:
«Эта история, к сожалению, грустная, потому что произошел наиболее типичный случай распространенного в обществе мнения о так называемых «возрастных» нарушениях памяти. А когда симптомы ухудшаются и устанавливается диагноз, уже тяжело назначить эффективное лечение и можно говорить лишь о каком-то непродолжительном поддержании функций. Еще в этой истории обращает на себя внимание, что отец на пенсии вёл затворнический образ жизни: синдром одиночества и снижение числа социальных контактов повышают риск когнитивного неблагополучия и развития деменции. Сейчас синдром одиночества даже официально признается в качестве одного из медицинских состояний. С другой стороны, если человек до пенсии был социально активен, а потом резко становится затворником, то, возможно, сам этот факт уже был проявлением когнитивных проблем. Поэтому, если человек вдруг резко обрывает социальные контакты — это тоже повод обратиться к врачу».