Как вы знаете, американская компания Autodesk ушла из России после 12-го пакета санкций. И запретила российским компаниям использовать свои программы. Самые популярные из них – это AutoCAD, Autodesk 3ds Max и семейство Revit.
Я попросил Никиту Шпоту, Советника Центра Компетенции Департамента строительства города Москвы, глубоко погруженного в тему, прокомментировать ситуацию специально для моего канала «Штуки из труб».
- Никита, расскажите, пожалуйста, как сегодня обстоят дела в России, с чем столкнулись пользователи того же AutoCAD? Ведь Autodesk не просто прекратил продажу и поддержку своих продуктов, компания попыталась еще и заблокировать работу программ, которые были официально куплены ранее с бессрочной лицензией. И это особенно обидно. Потому что люди заплатили, а компания не выполняет свои обязательства.
- Дела обстоят следующим образом. Так как AutoCAD был довольно популярен в России, очень много проектных и строительных компаний использовали эту программу. Сейчас работать с лицензионной продукцией мы уже не можем, поэтому некоторые компании уходят в нелегальный сектор, а другие переориентируются на российский софт.
- Нелегальный сектор – это использование пиратских версий?
- Одни компании используют пиратские версии, а другие применяют серые схемы, которые позволяют им получить лицензионный софт; но при этом они покупают его не в России, а в странах ближнего зарубежья.
К сожалению, я не могу оперировать точными цифрами, но динамика прослеживается такая, что в нефтегазовом секторе и обслуживающей его инфраструктуре российский софт доминирует. Мы говорим про цифровое информационное моделирование. А если мы обратимся к гражданскому сектору, например, жилому строительству, то здесь ситуация другая – продукция Autodesk там до сих пор востребована, это можно видеть по описаниям вакансий, которые выставляют эти компании на различных площадках. Тем не менее разворот в сторону отечественного ПО виден и там. Среди российских продуктов выделяются Renga (BIM-система для проектирования) и Model Studio (система информационного моделирования и 3D-проектирования).
- То есть акцент на отечественные продукты. А какие иностранные аналоги у нас сейчас активно используются?
- Сейчас есть проблема покупки лицензии любых иностранных аналогов. Тем более что в этой сфере бизнеса обычно используется модель подписки, а не бессрочная лицензия.
- Отечественно ПО, которое пришло на смену иностранному, полноценно заменило тот же AutoCAD или им еще много не хватает: функционала, стабильности, юзабилити?
- Это важный вопрос, который стоит на повестке дня. Действительно, Autodesk пришел в Россию давно; и долгое время специалисты проектных и строительных компаний выстраивали все процессы с учетом вполне определенных иностранных программ. Сейчас все эти процессы нужно менять под российский софт. И даже если современные отечественные программы будут удовлетворять всем требованиям проектировщика, все равно их нужно интегрировать в сложившуюся экосистему определенных организаций – это трудоемкий и небыстрый процесс. Да, сейчас мы можем полностью заместить иностранный софт, но впереди много работы по его интеграции.
- Как вы считаете, уход Autodesk из России глобально на что-то повлиял? Например, на рынок программного обеспечения. Может быть, такой ход снизит его популярность во всем мире? Ведь если компания ушла из одной страны сегодня, завтра она уйдет и из другой.
- У меня таких данных нет. Есть хороший способ посмотреть, насколько уход из России отразился на компании Autodesk. Как себя чувствуют акции этой компании на бирже после расставания с Россией. Но как мне кажется, это несильно отразилось на глобальном рынке. Вряд ли Autodesk потерял свою репутацию в других странах.
- Спасибо за интервью!
(Я посмотрел, как вели себя акции Autodesk после ухода компании из России. Действительно, серьезных колебаний не наблюдалось.)