Весной 1886 года в Тагильском окружном суде слушалось громкое дело: бывшего служащего Петрова обвиняли в покушении на убийство управляющего Богословскими заводами — Александра Андреевича Ауэрбаха.
Историю подробно описывала газета «Екатеринбургская неделя». И за сухой формулировкой «покушение» скрывалась настоящая человеческая трагедия.
20 лет службы — и внезапный крах
Петров окончил уральское училище около 1864 года и сразу поступил на Богословский завод. Двадцать лет он служил без нареканий, считался честным и исполнительным работником.
Когда заводы перешли в частные руки и управление принял Ауэрбах, часть служащих сменили. Петрова оставили, но перевели на менее выгодный прииск.
К тому времени у него уже была семья — жена и семеро детей. Старшему — 14 лет. Детей нужно было учить, а училище находилось за 20–30 вёрст. Пришлось снимать жильё в рудниках. Расходы росли.
Конфликт и роковые 10 пудов сена
На новом месте Петрову жилось тяжело. Работы на двух приисках постепенно сближались — было ясно, что в будущем останется один смотритель. Положение Петрова становилось шатким.
Отношения с другим смотрителем, Трофимовым (назначенным уже при Ауэрбахе), были напряжёнными. По словам современников, Трофимов не прочь был объединить оба прииска под своим управлением.
Кульминацией стал, казалось бы, мелкий эпизод.
У Петрова не хватило сена для собственных коров. Купить было негде. Он попросил у Трофимова немного из заводского запаса — получил отказ. Тогда отправил кучера за сеном, будто бы для хозяйских лошадей. Забрал 10 пудов — максимум на 2 рубля — рассчитывая вернуть позже.
Обман вскрылся. Трофимов донёс управляющему. Итог — немедленное увольнение «за проступок по службе» и отказ в выдаче аттестата. А без аттестата устроиться на новое место было почти невозможно.
Полтора года без работы
Началась самая тяжёлая часть истории.
Полтора года Петров искал работу. Везде обещали — но не брали. Деньги закончились. Семья большая. Долги. Безысходность.
Он пытался вновь проситься к Ауэрбаху — безуспешно. В отчаянии даже вызвал управляющего на дуэль, будучи убеждён, что именно тот разрушил его жизнь.
Постепенно отчаяние перешло в состояние, близкое к помешательству.
Револьвер у полуоткрытой двери
Однажды Петров пришёл к дому управляющего, попросил доложить о себе. Когда Ауэрбах показался в полуотворённой двери, Петров молча вынул револьвер.
Управляющий успел захлопнуть дверь.
Выстрела не последовало.
Петров спокойно ушёл. Его вскоре задержали власти. Он не сопротивлялся. Восемь месяцев он провёл в остроге до суда.
Приговор — ссылка в Сибирь
8 мая 1886 года суд вынес решение: ссылка на поселение в отдалённые районы Сибири.
Адвокат подал апелляцию. Газета выражала надежду, что приговор будет смягчён.
Кто виноват?
Эта история — не только о покушении. Это история о том, как реформы и управленческие решения ломают человеческие судьбы.
Ауэрбах прославился как энергичный преобразователь Богословского округа, увеличивший производство и заработки рабочих. Но на фоне больших экономических успехов всегда есть частные трагедии.
Двадцать лет честной службы. Семеро детей. Десять пудов сена.
И путь — в Сибирь.
История, в которой трудно найти однозначно правых и виноватых.