В этой гравюре Дюрер использовал свой рисунок 15-летней давности. Получается, что этот устрашающий сюжет и мысли о смерти появились у художника в 20-летнем возрасте. Считается также, что прототипом «Рыцаря» служил шедевр итальянского скульптора Андреа дель Верроккьо.
Рыцарь, облаченный в доспехи, движется в тесном ущелье. Он одинок перед лицом опасностей, погружен в себя. Чувство долга влечет его, он тверд в своих намерениях. Это произведение наполнено аллегориями и символами.
Историки икусств утверждают, что сам художник не называл так гравюру. Здесь отражены страхи, что он испытал в детстве. И его можно понять: из 17 братьев и сестер художника только двое дожили до зрелого возраста. Дюрер как-то написал: «Тот, кто сегодня пребывает среди нас, может быть похороненным завтра» и «Всегда ищите благодать, как будто можете умереть в любой момент».
О символах. Очевидно, что змееголовая смерть и козлоголовый дьявол сами говорят за себя. Песочные часы в руке Смерти символизируют смертность человека, хвост лисы на копье рыцаря - ложь. Собака рыцаря – воплощение правды и преданности. А сияющие доспехи рыцаря - это символ непоколебимой веры. В представлении Дюрера рыцарь победил страх перед Смертью и Дьяволом благодаря молитве. Его дух превосходит крепость дамасской стали меча, поэтому перед ним бессильны все силы дьявола.
И вот спустя несколько веков в Киеве советской эпохи мальчик 16 лет не подозревая, что в будущем он собственными глазами увидит в Италии скульптуру Верроккьо - прототип Рыцаря Дюрера и одну из созданных им гравюр, выплескивает на бумагу свои эмоции.
От первого лица
"С дьяволом у меня было три встречи на протяжении двух с лишним лет моей «монументальной графики». Почему «монументальной» и почему в кавычках? Первое: потому что идея создавать несуразно огромные графические листы владела мной практически непрестанно. Второе: потому, что графика монументальной не бывает, если не брать в расчёт современные граффити. Исторически монументальной бывает живопись, и это живопись связанная с архитектурой, церковной и светской, - главным образом фрески, а позже и живопись в других техниках. Для меня каждый мой лист был картиной, а не рисунком, но картиной черно-белой. Я всегда любил живопись, но моё личное виденье мира было только графическим, черно-белым, никогда не живописным, не цветным.
Кроме идеи этот лист не имеет ничего общего со знаменитой гравюрой Альбрехта Дюрера «Рыцарь, смерть и дьявол». Это вольная фантазия на тему, заданную великим немцем. И главный персонаж в моём листе определённо дьявол. Почему такой, почему не свинообразный, как у Дюрера или козлиный, как его часто изображают? Я для этого образа использовал мой устойчивый страх перед летучими мышами. Всегда любил маленьких серых мышат, но летучее существо с огромными торчащими ушами внушало страх. Ну, и конечно череп. Ушастый череп – соединение смерти с летучей мышью – полная персонификация моего страха.
Ну вот, есть рыцарь, есть смерть (старуха с ножом вправо от окна) и есть дьявол. Этот образ черепа с огромными ушами преследовал меня давно, я даже рисовал его в малых форматах, но тут впервые вынес на большой лист.
И ещё был Сальвадор Дали с его вечной загадочной неопределённостью.
Он гипнотизировал мою юность, втягивал в свои равнины. Я позаимствовал (уже не в первый раз) кусочек равнины Дали и поставил туда кого-то… не знаю кого, но отразил это в названии.
Итак, вот моя первая из трёх встреча с дьяволом, образу которого я сохранил определённую верность.
А что видите вы на этом рисунке? Какие эмоции испытываете? Рыцарь Дюрера и рыцарь юного Бориса, конечно, разные по состоянию.