Мы регулярно обсуждаем поступающие вопросы о том, допустимо ли включение в платёжный документ «чужих» услуг (видеонаблюдение, охрана и прочее). Сегодня покажем, чем обернулось такое включение для всех управляющих организаций.
Учитывая, что органы ГЖИ и прокуратуры активно отслеживают практику высших судов, можно не сомневаться – в скором времени нас ждёт волна проверок на сей счёт…
Итак, началось с того, что некая гражданка обратилась в УО с требованием вернуть излишне уплаченные суммы. Дело в том, что на протяжении нескольких лет в квитанции от УО фигурировала строка «кабельное ТВ», которого у гражданки в квартире не было.
А гражданка-то оплачивала все начисления, якобы, не вникая в то, какие услуги были в квитанции… Но вот спохватилась и попросила вернуть деньги, а также в будущем не включать её в квитанцию услугу, которой она не пользуется.
Платёжный документ привели в порядок, строчку убрали, но вот деньги не вернули. И самое удивительно то, что все суды встали на защиту управляющей организации!
Суд первой инстанции (мировой судья) отказал гражданке в иске, указав, что начисления за услуги кабельного ТВ производились на основании публичного договора об оказании услуг связи для целей кабельного вещания. Акцептом оферты по этому договору суд посчитал внесение абонентом платы за предоставленные услуги, а днем его заключения - день внесения первого платежа.
Ввиду того что истец вносил платежи и не обращался за информацией о содержании квитанции или об оплачиваемых услугах, до получения заявления об отказе от этих услуг основания для исключения спорной позиции из платежных документов отсутствовали.
Апелляция отклонила довод гражданки о том, что она «длительное время не видела» наименования услуги «кабельное ТВ» в платежных документах, сочтя такое поведение не соответствующим ожидаемому от участника гражданского оборота.
Суд указал, что истец более трёх лет не проявлял должной степени осмотрительности, не удостоверился, какие услуги оплачивает, тогда как доказательств, свидетельствующих об отсутствии у такой возможности или о неполучении квитанций, не представлено.
Ссылки на то, что управляющая организация не довела до абонентов информацию об услугах связи, суд не принял во внимание, поскольку сведения об услуге «кабельное ТВ» были включены в платежные документы.
Довод о том, что телевизионный антенный кабель не был проложен в квартире и истец не пользовался услугами кабельного телевидения, вышестоящие суды отклонили, отметив, что оператор связи обеспечил доступ абонентов к сети кабельного вещания, истец имел возможность в любой момент воспользоваться указанными услугами.
Кроме того, установить факт прокладки или отсутствия антенного кабеля в квартире в спорный период не представляется возможным, поскольку такой предназначенный для конкретной квартиры кабель можно самостоятельно подключить к общей сети связи кабельного вещания или отключить от нее многократно в любое время.
Принципиальная гражданка обратилась в Конституционный Суд РФ и её жалоба была принята к рассмотрению.
Пункт 1 ст. 426, п. 1 ст. 428 и п. 3 ст. 438 ГК РФ стали предметом рассмотрения КС РФ в той мере, в какой на их основании договор об оказании услуг связи для целей кабельного телевизионного вещания собственнику жилого помещения (или нанимателю) в МКД признается заключенным посредством акцепта в форме совершения конклюдентных действий, если такой собственник (наниматель), являющийся потребителем, независимо от фактического пользования предложенной услугой, в течение длительного времени вносил денежные средства в счет оплаты данной услуги по платежному документу на оплату жилого помещения и коммунальных услуг, в котором указаны наименование и стоимость соответствующей услуги.
Так вот, КС РФ в постановлении № 34-П отметил, что плата за жилое помещение включает плату за содержание и текущий ремонт общего имущества многоквартирного дома, в том числе механического, электрического, санитарно-технического и иного оборудования, находящегося в многоквартирном доме за пределами или внутри помещений и обслуживающего более одного жилого и (или) нежилого помещения (квартиры) (подп. «д» п. 2 Правил № 491).
К оборудованию, эксплуатируемому в интересах собственников нескольких помещений и размещаемому с использованием ОИ МКД, могут относиться, в частности, переговорно-запирающие устройства на входах в подъезды, линии связи от них до щитков на лестничных площадках, линии бесплатного проводного вещания, телеантенны, системы видеонаблюдения и т.д. При отсутствии подобного оборудования оно может быть установлено по решению общего собрания собственников.
Данное оборудование может использоваться и третьими лицами при оказании собственникам помещений в МКД дополнительных услуг, не относящихся к коммунальным услугам (в том числе оператором связи, предоставляющим услуги связи для целей кабельного телевизионного вещания).
При этом независимо от того, используется ли при оказании таких услуг ОИ МКД, управляющая организация по своей инициативе может заключать договоры с третьими лицами - исполнителями по договору оказания дополнительных услуг, а равно включать плату за них в платежные документы только при наделении управляющей организации правом на заключение определенного договора.
Вместе с тем предоставление такого права не означает, что оказание дополнительной услуги допускается без согласия каждого собственника или управомоченного им лица, которое при наличии оферты, оформленной в отношении пользователя надлежащим образом, может быть выражено различными способами, в том числе такими конклюдентными действиями, как фактическое пользование услугой, ее оплата.
Кроме того, не исключается право собственника помещения самостоятельно заключать договоры об оказании дополнительных услуг с третьими лицами, согласовывая индивидуальные условия оказания услуги, если при этом не используется ОИ МКД или если решением ОСС в таком доме определены условия использования ОИ при оказании дополнительных услуг применительно к отдельным помещениям.
Действующее законодательство при этом разграничивает основания внесения денежных средств в счет содержания ОИ МКД и за предоставление иных (дополнительных) услуг.
В первом случае собственник исполняет установленную ч. 1 ст. 39 ЖК РФ обязанность по несению бремени содержания названного имущества; во втором - необходимость оплаты возникает в силу договора об оказании соответствующих услуг.
Содержащееся в п. 3 ст. 307 ГК РФ положение о том, что при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, в том числе учитывая права и законные интересы друг друга, предоставляя друг другу необходимую информацию, является воплощением универсального конституционного требования о добросовестном поведении (постановления КС РФ от 28.12.2022 № 59-П, от 03.04.2023 № 14-П и др.).
Поскольку данное требование распространяется на любое взаимодействие между субъектами права во всех сферах жизнедеятельности, тем более при установленной законом презумпции добросовестного поведения и разумности действий участников гражданских правоотношений (п. 5 ст. 10 ГК РФ), каждый участник оборота имеет обоснованные ожидания соответствующего поведения от других субъектов, в том числе при заключении договора. Положения законодательства об условиях, при которых договор считается заключенным, приобретают особую значимость в отношениях с участием потребителей (в том числе проживающих в многоквартирном доме), защите которых как экономически слабой и зависимой стороны законодатель уделяет повышенное внимание, в связи с чем заключение договоров с участием потребителей в силу особенностей их правового статуса сопряжено с соблюдением дополнительных условий.
Так, ст. 10 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-I «О защите прав потребителей» возлагает на исполнителя обязанность своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию об услугах. Надлежащее исполнение этой обязанности не только обеспечивает потребителю возможность осуществить правильный выбор услуги в условиях объективно неравного доступа к информации, но и является важной гарантией от навязывания ему дополнительных услуг. Последнее приобретает особое значение при решении вопроса о признании действий по выполнению содержащихся в оферте условий ее акцептом.
Жилищное законодательство не препятствует включению платы за дополнительные услуги в платежные документы. При этом, однако, необходимо заручиться согласием потенциального потребителя услуги на ее получение как минимум на условиях, которые указаны в законе или в иных правовых актах в качестве существенных.
Воля потребителя может быть выражена, в частности, путем его непосредственного обращения к исполнителю с соответствующим заявлением. Именно этот вариант прямо назван в качестве способа заключения договора об оказании услуг связи для целей телерадиовещания в п. 16 Правил оказания услуг связи для целей телевизионного вещания и (или) радиовещания.
В случае же отсутствия соответствующего волеизъявления осуществление в одностороннем порядке действий, направленных на предоставление данной услуги, а также последующее включение платы за нее в платежные документы, традиционно и привычно для потребителя предназначенные для оплаты иных услуг, может расцениваться как навязывание услуги потребителю, несанкционированное вторжение в его имущественную сферу и нарушение автономии его воли.
Надлежащее уведомление потребителя, по меньшей мере, о названных в законе или в иных правовых актах существенных условиях (абзац второй п. 1 ст. 432 ГК РФ) и заключение с потребителем договора в установленном законом порядке являются обязанностями лица, осуществляющего предпринимательскую и иную приносящую доход деятельность, риск и неблагоприятные последствия неисполнения которых также должны быть возложены на него.
Потребитель, ежедневно вступающий в многочисленные и разнообразные правоотношения, может объективно быть лишен возможности тщательно изучать условия каждой совершаемой им сделки и проводить ее оценку на предмет полноты существенных условий, а также наличия незаконных или явно обременительных условий. В такой ситуации необходимо и конституционно обоснованно противодействие использованию моделей поведения, направленных на создание видимости соблюдения исполнителями (продавцами) требований законодательства с целью введения потребителей в заблуждение. К ним относятся, в частности, изложение условий договора мелким (относительно основного текста) шрифтом и (или) на оборотной стороне письменного документа, разрозненное изложение обременительных условий в многочисленных приложениях к договору, заполнение за потребителя полей, предусматривающих его согласие на что-либо, и т.п.
Одностороннее включение в платежный документ, наряду с платой за жилое помещение и коммунальные услуги, платы за дополнительные услуги с учетом фактических особенностей конкретного правоотношения, - в частности, без предварительного совершения действий, направленных на заключение с потребителем договора, и без доведения до потребителя информации о существенных условиях договора, тем более условий, установленных нормативно, - может быть расценено как недобросовестное поведение со стороны лица, осуществляющего формирование такого платежного документа, и (или) фактического исполнителя, в интересах которого действует такое лицо.
Действующему с разумной осмотрительностью потребителю едва ли допустимо вменять в обязанность ежемесячно проверять платежный документ, представляющий собой, по сути, счет на оплату специализированных услуг, на предмет включения в него посторонних положений. Принимая во внимание распространенность, в частности, практики настройки автоматических платежей, возможности интеграции сервисов по оплате коммунальных услуг с мобильными приложениями банков, ежемесячная проверка платежных документов во многих случаях потребителем не осуществляется. Возложение же негативных последствий недобросовестных действий третьих лиц на потребителя может привести к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота и к нарушению прав потребителей.
Лицо, предлагающее услугу, а также управляющая организация, предоставляя информацию об условиях договора, на основании которого предполагается оказание дополнительных услуг, обязаны учитывать, что жильцы многоквартирного дома (потребители дополнительных услуг, в том числе услуг связи) в силу разных обстоятельств не всегда имеют одинаковые возможности получать, воспринимать и оценивать информацию об условиях, в том числе существенных, оказания предлагаемых им услуг. Данное обстоятельство требует проявления особой заботливости и тщательности в выборе формы предоставления информации об услуге с тем, чтобы значимая для заключения соответствующего договора информация была с достаточной степенью очевидна для любого потенциального потребителя такой услуги. По крайней мере, потребитель не должен быть поставлен в ситуацию, при которой вывод о наличии его волеизъявления на заключение договора делается лишь на основании совершения им действий по внесению платы за соответствующую услугу в ходе исполнения типичной обязанности по внесению текущих и обычно принятых платежей за содержание жилого помещения и коммунальные услуги.
Для исключения названной ситуации потребителю, воля которого на получение дополнительных услуг заблаговременно и определенно не выражена, должна быть в любом случае предоставлена организационно-техническая возможность - путем соответствующего оформления платежного документа, в котором альтернативно и при этом с очевидностью определена итоговая сумма к оплате с включением платы за дополнительные услуги и без таковой, - внесения платы за содержание жилого помещения и коммунальные услуги отдельно от оплаты дополнительных услуг. При этом наличие такой опции не может по умолчанию предусматривать согласие потребителя с включением в платежный документ соответствующей платы: согласие должно быть выражено активными действиями потребителя в форме оплаты той итоговой суммы, которая включает плату за дополнительные услуги.
Однако, если соответствующие организационно-технические условия не созданы, потребитель вправе самостоятельно уменьшить стоимость платежа на сумму дополнительной услуги, волеизъявления на получение которой он не совершал.
Получатель платежа при этом не вправе на основании абзаца третьего п. 118 Правил № 354 делить полученную от потребителя плату между всеми указанными в платежном документе позициями.
Предоставление потребителю такой возможности, однако, само по себе не означает, что лицо, осуществляющее формирование платежного документа, вправе в одностороннем порядке при отсутствии надлежащего информирования потребителя о всех существенных условиях соответствующего договора включать в платежные документы по своему усмотрению плату за услуги, не относящиеся к плате за жилое помещение и коммунальные услуги, не указывая альтернативно итоговую сумму с платой за дополнительные услуги и без таковой с пояснением, чем обусловлена эта разница.
Надлежит также иметь в виду, что положения ст. 426 ГК РФ о публичном договоре не устанавливают каких-либо обязанностей по заключению договора для потребителя и не означают, что для акцепта достаточно самого по себе выполнения действий, указанных в публичном договоре в качестве конклюдентных, если не доказана осведомленность потребителя относительно содержания его положений и, соответственно, при отсутствии его воли, направленной на заключение договора.
Таким образом, включение в платежный документ наименования дополнительной услуги и ее стоимости является лишь одним из способов информирования потребителя о предложении заключить договор, а также о некоторых условиях такого договора, притом что в силу п. 1 ст. 432 ГК РФ для признания договора заключенным необходимо достижение согласия по всем существенным условиям такого договора.
В частности, согласно Правилам оказания услуг связи для целей телевизионного вещания и (или) радиовещания, для заключения договора об оказании услуг связи для целей кабельного телевизионного вещания существенными условиями являются: перечень оказываемых услуг; система их оплаты; порядок, сроки и форма оплаты (п. 21).
Кроме того, в договоре с абонентом должны быть указаны такие сведения, как реквизиты выданной оператору связи лицензии на осуществление деятельности в области оказания услуг связи, адрес установки пользовательского (оконечного) оборудования, права, обязанности и ответственность сторон, срок действия договора, порядок и условия его расторжения и др. (п. 20), притом что названный договор заключается в письменной форме (п. 12).
С учетом объективно неравного положения, с одной стороны, субъекта, уполномоченного формировать платежный документ и имеющего фактическую возможность в одностороннем порядке определять его содержание, и, с другой - адресата платежного документа, которым в большинстве случаев является потребитель, обычно не ожидающий в счете на оплату специализированных услуг обнаружить не относящиеся к ним позиции, внесение платы по такому платежному документу (в зависимости от обстоятельств дела) само по себе не является достаточным основанием для вывода о том, что, осуществляя платеж, потребитель имел полную и достоверную информацию обо всех существенных условиях соответствующего договора и тем самым своими конклюдентными действиями подтвердил согласие с ними. В условиях, когда потребитель - объективно слабая сторона в отношениях с управляющей организацией и оператором услуг связи, он мог быть введен в заблуждение (например, в силу предоставления ему не соответствующей требованиям закона информации, ее неполноты или недостоверности).
Следует также учитывать, что некоторые услуги, непосредственно не связанные с исполнением собственником (нанимателем) жилого помещения в многоквартирном доме обязанностей по его содержанию, в современном обществе получили широкое распространение, притом, что договор в форме единого документа, содержащего все существенные условия соответствующего соглашения, может и не подписываться. К таковым, например, относятся услуги телефонной связи, телерадиовещания, по обеспечению доступа к сети Интернет и т.п.
В этой связи в случае спора допустимость оценки судом осуществления потребителем платежа в качестве акцепта условий оферты об оказании соответствующей услуги зависит от наименования услуги и иной информации о ней в требовании о платеже (платежном документе), а также от сопутствующих обстоятельств, которые в совокупности могут свидетельствовать о фактической осведомленности потребителя о существенных условиях такого договора.
При отсутствии письменного договора, содержащего все существенные условия, к таким обстоятельствам - ни одно из которых не имеет решающего значения и само по себе не может предрешать вывод о разумной достаточности осведомленности потребителя, необходимой для осознанного решения о заключении договора об оказании услуги, - могут, помимо прочего, относиться: направление потребителю проекта договора с указанием на включение платы за соответствующую услугу в общий платежный документ; неоднократность осуществления потребителем платежа; размещение информации об условиях оказания услуги на общедоступных стендах, иными способами (например, посредством рассылки по электронной почте), когда такая форма доведения информации до собственников помещений в многоквартирном доме утверждена решением общего собрания таких собственников; участие в общем собрании, на котором данная информация была предоставлена его участникам, и др.
Соответственно, судом может быть установлена совокупность обстоятельств, свидетельствующих о том, что потребитель был надлежащим образом информирован о том, что денежные средства вносятся им не только в счет платы за жилое помещение и коммунальные услуги, но и в счет включенных в платежный документ дополнительных услуг, притом что сам факт включения данной платы в платежный документ в общем списке услуг и уплата итоговой суммы по этому платежному документу еще сами по себе не являются подтверждением такой информированности.
Кроме того, должна быть исключена ситуация, при которой отдельный потребитель, фактически пользовавшийся услугой, более того - ее оплачивавший, в последующем будет ссылаться на отсутствие подписанного договора вследствие несоблюдения управляющей организацией, оператором связи или иным уполномоченным лицом условий, при которых договор считается заключенным. Отсутствие подписанного договора само по себе не освобождает потребителя от оплаты услуги в той мере, в которой он ею фактически пользовался, поскольку иное приводило бы к неосновательному обогащению такого лица, получению им преимуществ из своего недобросовестного или незаконного поведения. Поэтому лицо, предоставляющее соответствующие услуги, не должно быть лишено возможности доказать, что гражданин - собственник или наниматель жилого помещения в многоквартирном доме пользовался соответствующей услугой, тем более при наличии надлежащего монтажа необходимого технического оборудования, подключение к которому может быть осуществлено потребителем самостоятельно, без обращения к исполнителю (например, в случае проведения необходимого оборудования непосредственно в жилое помещение, занимаемое потребителем).
В итоге КС РФ указанным постановлением № 34-П признал п. 1 ст. 426, п. 1 ст. 428 и п. 3 ст. 438 ГК РФ не противоречащими Конституции РФ поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования они предполагают, что в случае включения в одностороннем порядке в отсутствие на то волеизъявления гражданина - собственника или нанимателя жилого помещения в многоквартирном доме в платежный документ на оплату жилого помещения и коммунальных услуг лицом, управомоченным формировать такой платежный документ и получать по нему оплату, наименования и стоимости дополнительной услуги, не относящейся к плате за жилое помещение и коммунальные услуги в многоквартирном доме (в частности, услуги связи для целей кабельного телевизионного вещания), без указания в таком документе альтернативно итоговой суммы с платой за дополнительные услуги и без таковой с пояснением, чем обусловлена эта разница, оплата такого платежного документа - при недоказанности надлежащей информированности плательщика о том, что фактом внесения оплаты он выражает согласие с существенными условиями договора, который ему предлагается заключить, или того, что он фактически пользовался этой услугой, - не считается акцептом, а договор об оказании соответствующих услуг не является заключенным.
В конце КС РФ указал, что Постановление № 34-П подлежит применению в отношении иных лиц с учетом следующего:
- денежные средства в счет оплаты услуг связи для целей кабельного телевизионного вещания по платежному документу на оплату жилого помещения и коммунальных услуг, факт внесения которых не подтверждает заключение договора на оказание соответствующих услуг, внесенные гражданином - собственником или нанимателем жилого помещения в многоквартирном доме до вступления настоящего Постановления в силу, возврату не подлежат, кроме случаев, когда доказан факт обращения такого гражданина до дня вступления настоящего Постановления в силу в суд, в управляющую организацию или к оператору услуг с требованием о возврате ошибочно (безосновательно) оплаченных сумм;
- управляющие организации, операторы услуг и иные лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность и получающие от потребителей плату за оказание услуг посредством ее включения в платежный документ на оплату жилого помещения и коммунальных услуг, не вправе ссылаться на отсутствие договора об оказании таких услуг на основе выраженных в настоящем Постановлении правовых позиций.