— Илюшенька, пойдем кушать!
Крепкий двухлетний бутуз, услышав голос бабушки, неуклюже затопал по двору к высокому крыльцу. Бабушка, а точнее прабабушка Нина только руками всплеснула от умиления.
— Ну, до чего ж хороший мальчик! Кушать сам идет. Пойдем, заечка, бабушка тебе супчика с котлетками даст, ждала тебя, всё свеженькое наготовила. А потом для тебя еще печеньки у меня есть, мамка-то тебе не дает, так у меня хоть полакомишься.
Она подхватила малыша на пороге, начала тискать и целовать. Тот недовольно отпихивал её пухлыми ручонками, но это не сильно расстраивало бабушку.
— Так бы и съела тебя! Такой ты у меня хороший! Мягонький.
Потискать внука – это хорошо, но накормить его было важнее!
Нина устроилась за столом, держа правнука на коленях. Илюшка, как галчонок открывал ротик, когда она подносила к нему ложку с едой. И каждый раз Нина с восторгом нахваливала малыша.
— Вот ты ж мой умница! Хорошо кушаешь! Не то, что твой папка Сережка. Того мне ловить приходилось, чтобы накормить. Правда же, Вера?
Дочь Нины, которая и привела Илюшку к своей матери в гости, только покачала головой.
— Да нормально Сережка ел, просто ты его все время закармливала, вот он от тебя и бегал. Ты же сама знаешь, что Серега не заморенный рос, дома всё ел. А сейчас вон какой шкаф вымахал. Гора мышц. Главное, чтоб не жир на пузе. А то я все боялась, что он на твоих пирожках толстеть начнет.
— Ну, и растолстел бы, ничего страшного – мужик должен быть здоровый! Пока толстый сохнет – худой сдохнет! Поэтому, надо мужика хорошо кормить. Как и детей. Всё полезно, что в рот полезло. Это вы всё копаетесь – то не ем, это не буду. Вот я с тобой, Вера, намаялась, когда ты ребенком была. Ничего не ела. Из котлет лук выковыривала, кашу выплевывала, из супа только жижку хлебала, как плохой поросенок. И сестра такая же. А чего бы я вам вкусного тогда приготовила? Сама же помнишь, как жили, концы с концами сводили. В девяностых так и вовсе с продуктами туго было. Хорошо хоть в деревне жили, свои овощи и мясо. Но ничего сладенького кроме варенья для вас не было. А у меня сердце кровью обливалось, что я родных детей нормально накормить не могу.
Нина тяжко вздохнула, вспоминая свою молодость. Так всё и было. Не голодали, но и побаловать детей не чем было. Сама-то она беременная умирала, хотелось чего-то вкусного, а где его, вкусное в деревне в 80е найдешь? Ни фруктов, ни конфет. Из рыбы и то, одни караси. Если лето, то и мяса нет, хоть и деревня. Кололи-то скотину только к зиме. Ешь, что дали и не выделывайся! Её родители вообще в голодные послевоенные годы росли на одной траве да гнилой картошке. Нина и не выделывалась. Знала она, что такое «общество чистых тарелок».
А потом и 90е голодные. Когда из еды дома только суп без мяса и булка хлеба. Дочки худые были, да и саму Нину ветром качало. Как вспомнит, так вздрогнет…
От того она и пытается накормить внуков, побаловать их вкусняшками. Внуки Нины - сыновья Веры были разные: Сережка - малоежка, как мать, тоже ничем не накормишь, а второй – Андрей - всё трескал, на радость бабушке. Удивительно даже, что Илюша, сын Сережи всё ест и не капризничает, как папка в детстве. Вон как котлеты уплетает! Только за ушами трещит.
Илюшка бегал по кухне, но постоянно подбегал к столу, открывал ротик и с удовольствием ел, все что давала прабабушка. Съел котлету с гречкой, борщ с хлебушком, печеньку стянул со стола, а потом всё это еще и свежим огурцом с грядки залакировал.
Это ли не счастье для бабушки, когда внучек хорошо кушает?!
С вами была Ольга Усачева. Все мои книги можно приобрести в магазинах: ЛитРес Ridero Wildberries