"Вадим жил с родителями в небольшой двухкомнатной квартирке, почти в самом центре Перми, и рос совершенно обычным мальчишкой. Когда он учился во втором классе в дом постучала беда – родители Вадима возвращались домой на старом «Жигулёнке» и попали в страшную аварию. Мамы не стало сразу, а вот отец боролся со смертью ещё несколько дней, но увы…"
*НАЧАЛО.
ЧАСТЬ 3. Вадим.
Что ж, дорогой мой Читатель, мы с тобой пока оставим Сашу и её семью жить своей обычной жизнью, обустраиваться на новом месте и планировать будущее. А сами посмотрим, как же вилась по жизни дорожка того, кто шёл окольными путями в знакомую нам Пермяковку, чтобы встретить там свою судьбу. Мы познакомимся с Вадимом.
Глава 61.
Вадим жил с родителями в небольшой двухкомнатной квартирке, почти в самом центре Перми, и рос совершенно обычным мальчишкой. Когда он учился во втором классе в дом постучала беда – родители Вадима возвращались домой на старом «Жигулёнке» и попали в страшную аварию. Мамы не стало сразу, а вот отец боролся со смертью ещё несколько дней, но увы…
Для Вадима то время было окутано какой-то сумрачной дымкой, он помнил только его отрывки, но и они больно кололи сознание, заставляя душу плакать по горькой потере. Из деревни в Пермь приехал дед – отец отца Вадима, высокий крепкий старик с добрыми глазами, прихрамывающий на одну ногу. Теперь они стали жить вдвоём, учиться сосуществовать вместе и помогать друг другу пережить потерю.
И только-только они чуть оправились от горя, как откуда ни возьмись появилась Вадимова тётка, старшая сестра его матери. И тут оказалось, что квартира эта оформлена в равных долях на маму Вадима Елену, и её сестру Веру, а им она досталась от родителей. И теперь эта самая Вера, родная Вадимова тётка, претендует на часть доли своей сестры…
- Да как ты можешь, у ребёнка, у родного племянника отбирать жильё?! – дед Иван никак не мог понять, как же такое возможно и пытался Веру вразумить.
Но та расположила на диване свои пышные телеса и вертела на пальце массивное золотое кольцо. На Вадима, сидевшего в любимом мамином кресле, она не смотрела вовсе, а вот на деда Ивана поглядывала неодобрительно.
- Я ни у кого ничего не отбираю! У меня тоже есть дети, и я о их благе пекусь! У Вадима останется доля в квартире, и после его совершеннолетия мы продадим её, так что ему хватит на комнату в общежитии или какое-то другое жильё! Уж монстра из меня не нужно делать! Эта квартира наших с Леной родителей, а Вадим пусть сам себе на жильё зарабатывает!
- Ну, если так, то и твои дети пусть сами заработают! – горячился дед Иван, - Что же ты о своих-то печёшься, а племянника готова на улицу выгнать?! Или тебе мало? Насколько я знаю, тебе родители ещё при жизни с жильём помогли, и дом вам с мужем подсобили отстроить! Жаль вот, что завещание не составили, а у тебя совести хватило ещё и эту квартиру у сестры ополовинить! Что ж ты тогда и уход за больной матерью перед её кончиной на сестру свалила? Сама и носа не казала, когда мать ваша лежачая была, я ведь это всё помню! Совести у тебя нету, Верка! Мальчишку-сироту обобрать решила!
- Вы в наши семейные дела не лезьте! – Верино потное лицо пошло красными пятнами, - Никто его не гонит, до совершеннолетия будет тут жить, как и положено! Я знаю, что вы собрались опеку на себя оформить, вот и станете на сироту деньги получать, тоже ведь не бескорыстно внучеку-то помогать решили! Там сумма немаленькая!
Дед Иван разразился бранью на наглую тётку, но та ничем ему не уступала, даже наоборот – словарному запасу тётки Веры позавидовали бы и матёрые портовые грузчики! Вадим слушать не стал, тихонько поднялся и ушёл к себе в комнату… Опустела квартира, не слышен в ней больше серебристый мамин смех, и папин чуть хрипловатый голос. Вот только тётка Вера теперь орёт так, что стёкла в окошках позвякивают.
Ну, со временем всё немного стихло, Вадим с дедом зажили простыми житейскими делами, и только повзрослев Вадим узнал, что в квартире ему принадлежит только четверть площади – тётка Вера сделала всё, чтобы разделить пополам принадлежащую покойной сестре половину квартиры. Дед Иван пытался отвоевать хоть что-то, но… куда старику против нанятых состоятельной и пробивной Верой юристов.
На жизнь им хватало, без излишеств, конечно, но от родителей Вадиму досталась дача, которая обеспечивала их в трудные времена разной снедью. Ну, «дача» - это громко сказано… На небольшом участке в четыре сотки стояла небольшая сараюшка для инструмента, а отцом Вадима был сделан навес для отдыха в тени – вот и все удобства. Отец собирался построить там дачный домик, но не успел…
Но и Вадим с дедом туда приезжали вовсе не отдыхать. Картошка сама себя не посадит и не окучит, а морковка не прорядится сама собой. Дед присаживался в теньке немного передохнуть, поглаживая натруженную больную ногу, и звал Вадима:
- Ты, паря, тоже бы хоть чутка дух перевёл, эвона как жарит! Чуть спадёт жара, тогда уж и примемся сызнова. Так и удар солнечный схватить можно!
- Ничего, деда, я нормально! – с улыбкой отвечал Вадим, - У меня панама не простая, а из лопуха, в ней точно не перегреешься!
- Ну, лады! Тогда грядку заканчивай, и на речку пойдём, купаться! Завтра остальное закончим!
Летом они на даче по нескольку дней жили, и это время Вадим потом вспоминал с особой теплотой и восторгом. Варили еду на костре, спали под навесом – для Вадима дед соорудил гамак под марлевым пологом от комаров, а сам устраивался на широкой лавке, приговаривая, что «в ранешние-то времена — вот эдак и спали, на лавке, маманя подушку сеном набьёт, красота»!
У деда Ивана был дом в деревне, но далеко, на выходные не съездишь… и когда внук остался без попечения, повздыхал дед Иван, погоревал, да и заколотил окна да двери, понимая, что вряд ли ему доведётся сюда вернуться… внука бы успеть поднять, покуда болезнь его тайная не доела.
Порадовался дед Иван на внука, на его успехи в школе, и на выпускной посмотрел, да и ушёл, немного не дождался повестки в военкомат. Вадим от Армии «косить» и не собирался, и схоронив деда как полагается, отправился служить Родине. А по возвращении без труда поступил в институт, кое-как «выбив» себе место в общежитии.
Место ему давать не хотели, потому что формально у Вадима была городская прописка, но не объяснишь же всем и каждому, что тётка Вера уже весь голос себе сорвала, так орала на племянника, чтобы тот поторапливался «выметаться» из квартиры.
Пришлось идти на личный приём к ректору, тот слушал, смотрел в аттестат Вадима, с одной только четвёркой – по музыке, хмурился и постукивал пальцами по столу. Выслушав сбивчивый рассказ, пообещал помочь, и обещание выполнил – Вадиму выделили койко-место в комнате с двумя первокурсниками, тоже решившими получить образование после службы в Армии.
Тётка Вера требовала скорейшего освобождения продаваемой квартиры от «барахла», потому что покупатель уже нашёлся, но тут Вадим решил, что потакать каждому желанию взбалмошной родственницы ему надоело.
Заявив тётке Вере, что он тоже собственник, хоть и в меньшей доле, но прыгать под её дудку он вовсе не намерен! И вообще, что это за сумма такая смешная, которую тётка Вера озвучила – за такую сумму квартиры уже давненько не продаются!
- Так она у нас без ремонта! – взвизгнула тётка Вера и затрясла обвисшими щеками, - Ты что, за сколько её думаешь возьмут?
- Ну вот это я и хочу узнать, - спокойно ответил Вадим, - Сейчас оценку закажу, по объявлениям посмотрю, чтобы определить сумму продажи. Так то вы не одна должны это решать – кому и за сколько нашу квартиру продавать. Меня спросить вы почему-то забыли!
- А чего тебя спрашивать?! – тётка Вера упёрла руки в бока, - Ты, сопляк, чтобы в этом понимал! Радуйся тому, что я этим занимаюсь вообще! Иначе и не продал бы её никогда!
- А я никуда и не спешу, - резонно заметил Вадим, - Я могу вообще свою долю не продавать, буду на ней жить. Мне хватит, я человек не прихотливый!
Тётка Вера побагровела и разразилась ругательствами, на что Вадим рассмеялся и заявил, что сам очень желает разделаться с последней ниточкой, связывающей его с такой родственницей.
- У меня нет причин доверять вам, и потому сначала узнаю цены на подобные объекты, - заявил он, глядя в багровое тёткино лицо, - Я до сих пор не понимаю, как вообще вы с моей мамой можете быть родными сёстрами! Вас явно подменили в роддоме!
Тётка орала, ругалась на него и плевалась, понося свою покойную сестру Ленку за то, что та «родила такого змеёныша, а сама сдохла, оставив его на многострадальную тёткину шею»… Но Вадим пригрозил тётушке физической расправой за такие слова, и та вынуждена была уйти ни с чем, оставив Вадима паковать немногочисленные вещи.
Как в последствии и оказалось, продажа квартиры была подстроена тёткой таким образом, что Вадиму выплачивались бы сущие копейки, якобы от его доли в квартире, и таким образом жильё оставалось полностью тётки Верино. Этим мнимым покупателем был двоюродный брат тётки Вериного мужа.
При помощи своего сослуживца и его родителей-юристов, Вадим сам нашёл покупателей на квартиру, благодаря этому она была продана по нормальной рыночной цене, но теперь уже тётка Вера поджимала губы и ворчала, что племянничек снова хочет обмануть «бедную женщину». Однако теперь она понимала – другого шанса у неё не будет, этот самый племянничек оказался «палец в рот не клади».
Как бы ни было, квартиру продали, и вырученной суммы Вадиму хватило… а ни на что не хватило. По совету тех же знакомых, что помогли ему с продажей, Вадим купил валюту и думал по весне продать дачу, чтобы как-то решить свой жилищный вопрос. А пока учился, жил в общежитии и подрабатывал после учёбы, где только это было возможно.
Продолжение здесь.
От Автора:
Друзья, рассказ будет выходить ежедневно, по одной главе, в семь часов утра по времени города Екатеринбурга. Ссылки на продолжение, как вы знаете, я делаю вечером, поэтому новую главу вы можете всегда найти утром на Канале.
Навигатор по каналу обновлён и находится на странице канала ЗДЕСЬ, там ссылки на подборку всех глав каждого рассказа.
Все текстовые материалы канала "Счастливый Амулет" являются объектом авторского права. Запрещено копирование, распространение (в том числе путем копирования на другие ресурсы и сайты в сети Интернет), а также любое использование материалов данного канала без предварительного согласования с правообладателем. Коммерческое использование запрещено.
