Пережив трагедию террористического акта, оставшись до конца дней инвалидом, Рене пишет пейзажи и никак не моет вернуться к написанию портретов. Это ещё одна травма после трагедии, когда он не мог воссоздавать лица людей, так как в памяти мерцали изуродованные тогда, после теракта. Он даёт уроки рисования детям, живёт тихой семейной жизнью с любимой супругой и иногда выходит на пленэр к морю. Это усыпляющее течение жизни, изо дня в день, одно и тоже, прерывается страшным случаем, который встряхнёт весь городок, в том числе и быт живописца.
К 1998 году Клод Шаброль мэтр, классик триллера и детектива, который мог бы смело пойти на покой ещё пять-семь лет назад. Кажется, для любителей жанров, этого не случилось только по причине стабильности произведений и характера режиссёра. В девяностые он как будто заново воскрешает исследуемые до этого стили и направления, которые в 70-80ых годах исчерпал. Ад, Церемония, Мадам Бовари, Бетти – эталонные, разные по содержанию и форме, классические триллеры француза. Он не перестаёт удивлять как, пожалуй, единственный оставшийся представитель «Новой волны». К перечню уверенно стоит добавлять и Цвет лжи, тогда ставший одним из загадочных фильмов, и который можно без ущерба временным идентификаторам смотреть сегодня.
Кино может показаться тускловатым, словно английская живопись 18 столетия. Персонажей, как всегда у мастера, не много. Все они колоритные и вполне заменяют дюжину второстепенных героев. Эта кажущаяся лаконичность (локаций тут тоже раз-два и обчёлся) вводит в заблуждение, испробованный много раз приём Шаброля. Он заставляет блудить в трёх соснах, создавая иллюзию непролазного бора. Только отстранившись после, во время это сделать категорически невозможно, понимаешь, что гениальный киношулер обвёл всеобщее внимания примитивными способами. Такое под силу только талантам.
Мы до последней минуты, признания Рене, не понимаем, кто бы мог сотворить столь разные и несвязанные преступления. Наш взор наводят то на его жену, прекрасная Сандрин Боннер, то на журналиста, и каждый раз огорошивают их непричастностью. Шаброль из трёх с половиной нитей ткёт прочнейший канат детектива, промасливая его триллером насквозь. За таким чертовски любопытно наблюдать и совсем не напрасно этот фильм попал в поле зрения фестивального руководства Берлина.
Цвет лжи напрочь избавлен от старческого брюзжания, когда мастер начинает корректировать и цензурировать сам себя. Это задорное зрелище в камерной обстановке, то есть является характерным детективом. Режиссёр постоянно тревожит зрителя, шурудит улей беспокойства, даже в тех местах, где протагонисты падают на ровном месте. Он штрихами наводит саспенс, а к финалу жирными мазками разоблачает всех и каждого. Интересен тут персонаж Боннер, порочной девы, безмерно любящей своего супруга и, которая, справедливо попадает несколько раз за сеанс в поле зрения подозрительной публики. Зачин с девочкой тут только ради дальнейшего, когда во время расследования проявляются истинные мотивы главных героев и одновременно оголяются идеи авторов забить большой ржавый гвоздь в тему измены, любви и ненависти.