Прошло два дня, и во двор этого странного дома заехала грузовая машина, стали выгружать вещи.
- Неужели кто-то квартиру продал? – зашептались издалека любопытствующие.
- Не продали, Ивановы сдали квартиру.
- Которые прямо над этими жили, и съехали?
- Надо бы их предупредить. Стаська-то с бабкой своей чуть соседей сверху не извели, ребёнок как сильно у них болел, вообще ходить перестал. А просто тем мешало, что маленький ходит, а то и плачет. Они обе детей прямо ненавидели.
- А как сказать-то? Неудобно.
- Как-нибудь перехватим, и скажем. Или кто-то из соседей познакомиться заглянет, предупредят.
Все погудели, как улей, да и затихли. Маша с Кириллом заметили внимание к себе (да-да, это были они).
- Кирюш, что-то мне волнительно.
- Ничего, все будет хорошо. Баба Нюра вчера заезжала с хозяевами, квартиру осмотрели, да и оставили часть техники. Я сейчас камеры проведу, подключу технику.
- Думаешь, что-то будет?
- Думаю, конечно. Я рационалист, конечно, верб в то, что могу потрогать. Но к считаю, что есть и душа, и что-то там, за гранью. И Бог, наверное, есть. Я в него фанатично не верю, но считаю, что он есть и заповеди надо хотя бы пытаться соблюдать. И еще… Ты будешь смеяться...
- Не буду, обещаю.
Кирилл шепотом сказал:
- Баба Нюра – ведьма, честное слово.
- Ты только это заметил? Я давно это знаю.
- Вот все всё знают, один я в неведении.
- И поэтому мы поможем ей, интересно же.
- Кулон не снимай.
- Свой не снимай. Думаю, атака на тебя посильнее, чем на меня будет.
- А как же, я – звезда рекламы, уже вторая выйдет завтра. Меня любят девушки, только одна не ценит, - важно сказал Кирилл, увернувшись от подушки.
Маша захихикала:
- Ценю я тебя, очень ценю. Как размещаться будем?
- Как и положено – спать будем на диване, мало ли что. А на кухне и в комнате работать. Тесно, конечно, в однушке, но будем размещаться.
- Да тут фактически двушка, еще рабочая зона на балконе сделана, и сам балкон утеплен.
- Да, Маша, избаловались мы с тобой. А люди семьями в такой квартире живут.
- Это точно. Будем привыкать.
Маша быстро разложила в пустые шкафы вещи, развесила на плечиках костюмы свои и Кирилла. Постельное белье подготовила.
Кирилл в это время проводил какие-то провода, что-то устанавливал.
Из небольшой колонки тихо лилась музыка, они молча делали свои дела. И так им было хорош и уютно. Маша почувствовала, что счастлива.
Она прошла на кухню:
- Так, что тут у нас?
Посуда была, и вполне неплохая. В холодильнике лежали продукты, баба Нюра предупредила, что закупила.
- В первый день будьте дома и никуда не ходите. Ни вместе, ни по одному.
- Почему? Что-то опасное?
- Скорее, надо время, чтобы привыкнуть вам к дому и дому к вам.
- Дому к нам?
- А как вы думали. Дома – они как люди. Есть ждущие своих хозяев, есть радостные, есть грустные и печальные. Есть молодые и старые. Всякие дома есть.
- Как же понять это, баба Нюра.
- Просто, приди домой, закрой глаза и постарайся почувствовать настроение, почувствовать место. И еще вспомни, как ты себя ощущаешь в том или ином месте, и тебе будет понятно.
Маша пришла тогда домой, легла на свою кровать, закрыла глаза и попыталась сделать, как сказала баба Нюра. Она почувствовала покой, защищенность, спокойствие. Её словно качало на волнах света.
Она встала тогда, погладила стенку и прошептала:
- Спасибо, домик, ты самый лучший.
И ей показалось, что волна тепла прошла по руке.
Здесь она пока чувствовала себя неуютно. Кирилл все сделал, подключил свою технику на лоджии, Маше – на столе в комнате.
Пока он делал, она сварила пельмени, подумала, и быстро сделала шарлотку к чаю.
Кирилл пришел на запах:
- Что у нас?
- Сначала пельмени, а потом чай с шарлоткой.
- Кофемашину бы сюда.
- Турка есть, завтра сходим за кофе, будем варить сами.
- Я с морской солью сварю. Вкуснятина такая.