Когда нас с сыном перевели в отдельную палату, всё что я могла делать — заполнять огромное количество свободного места тишиной. Я не слушала музыку, не смотрела кино, не скроллила ленту новостей. Телефон стал нужен исключительно как будильник для продолжения контрольного взвешивания. Каждые три часа. Мы переехали после утреннего обхода, как только наш лечащий врач дала отмашку на столь грандиозные перемены. Яник покидал кювез, меняя его на чудо-кровать с подогревом. Я покидала узкую палату с истерично кричащим ИВЛ. Теперь Ян стал ещё ближе к выписке, а я — к тому чтобы удержать свою психику в относительно стабильном состоянии. Грандиозная победа, как я считаю. После всех дневных процедур и обследований, я закрылась в палате и никуда не выходила без острой необходимости. Так мне хотелось побыть одной. Без лишнего шума. Без суеты за прозрачными окнами палат блока. За окном — осенний пейзаж всех оттенков серого. Мокрый асфальт усыпан поблекшими от утренних заморозков листьями. Обнажë