‒ Супруг мой, Карл Генрихович, стоял в исподнем возле ложа, довольно улыбаясь ‒ рассказывала на суде молодая вдова. ‒ Я стыдливо лежала, боясь даже шевельнуться, опасливо смотря на супруга моего, с замиранием понимая, что сейчас он свершит надо мною грех…
Карл Генрихович Шнайдер был управляющим одной из усадьб русского помещика Ивана Николаевича Вяземского. По национальности, как легко понять, он был немцем, и отличался «типичной» немецкой прилежностью и исполнительностью. Он даже вел дневник, куда записывал все свои помыслы.
Карл Шнайдер прилежно исполнял все приказы барина. 58-ми летней управляющий следил, чтобы крепостные крестьяне исправно и в полной мере отрабатывали барщину. Взымал с них все недоимки. Гонял он и дворовых, дабы они не ленились. За малейшие провинности, следовали строгие наказания.
Но была у Карла Генриховича слабость ‒ запала ему в душу крепостная девка Марфа. Всегда он давал ей легкую и быструю работу, никогда не наказывал ее за оплошности. Но Марфа, будто бы и не замечала внимание управляющего. Ведь ей по нраву был сын плотника Василий ‒ справный молодец, с которым она мечтала пожениться. Тем более, что и барин был не против их свадьбы.
А Карл Генрихович покоя не находил, видя, что Марфа не обращает на него внимание. Он буквально зверел, сбрасывая свое раздражение на крепостных крестьян и дворовых. Он глаз не мог оторвать, от ладной белокурой девицы, которой он был не мил.
Управляющий сулил Марфе, что если она станет его женой, то получит вольную, и будет жить в достатке, как у Бога за пазухой. Но 18-то летняя Марфа упорно отвергала любовь Карла Генриховича.
И вот Карл Генрихович решил, что если не будет Василия, то Марфа станет его. Во время длительного отсутствия барина, он заявил, что Василий, который делал приносил в его комнату комод, сделанный его отцом, украл у него деньги.
В ходе быстрого следствия, кошелек с пропавшей суммой нашелся в доме плотника, среди вещей Василия. Пару же видоков показали, что Василий хотел сбежать с Марфой, и для этого украл деньги. Никого не волновало, что свидетелями были должники Карла Генриховича, которым он посулил простить их долг.
Марфа молила управляющего, чтобы он снял свои обвинения с Василия. Но Карл Генрихович был непреклонен. В итоге, сын плотника отправился на каторгу в Сибирь. Отца же Марфы, управляющий принудил, выдать Марфу за него, грозя, что иначе и ее накажут за то, что по словам видоков, она хотела сбежать с Василием. Значит, могла знать и про воровство им денег.
И вот, после свадьбы Карла Генриховича и Марфы, грустная, плачущая невеста оказалась на брачном ложе…
Молодая вдова, рассказывала в Суде следующее:
«Супруг мой, Карл Генрихович, стоял в исподнем возле ложа, довольно улыбаясь. Я стыдливо лежала, боясь даже шевельнуться, опасливо смотря на супруга моего, с замиранием понимая, что сейчас он свершит надо мною грех. И вдруг, он спал с лица, поблек, и схватился за сердцем. А затем ‒ упал навзничь на пол. Когда я к нему подошла, он был уже бездыханным…».
Крестьяне потом шептались, что не иначе Бог покарал за грехи гнусного немца. Был и найден дневник покойного Карла Генриховича, где обнаружилось, что Василий не совершал кражу. Его барин, был честен, и добился освобождение своего крепостного. Затем, Марфа и Василий сыграли свадьбу, а Иван Вяземский дал им вольную. Но семейная жизнь их была короткой ‒ Василий погиб через год в войне с Наполеоном.
