Высшее образование я получала давно. Чтобы сильно не расстраиваться, год называть не буду, скажу лишь, что в советские времена.
Училась я, как в те времена пелось в песне, «по французской стороне», хотя на самом деле «по английской», преимущественно.
Признаюсь как на духу – учиться мне нравилось, поскольку основную часть времени мы изучали иностранные языки и литературу. Может ли что-то быть интереснее? Для меня нет.
НО! Всегда есть «но», большое или маленькое. У нас было достаточно большое "но" – огромная занятость. Каждый день мы высиживали по 4 или 5 пар. Тяжеловато.
Один из предметов, без которых мы вполне могли обойтись, по моему мнению, - латынь.
И результат, в общем-то, оказался хуже, чем у Александра Сергеевича Пушкина:
Мы все учились понемногу
Чему-нибудь и как-нибудь,
Так воспитаньем, слава богу,
У нас немудрено блеснуть…
Латынь из моды вышла ныне:
Так, если правду вам сказать,
Он знал довольно по-латыни,
Чтоб эпиграфы разбирать,
Потолковать об Ювенале, В конце письма поставить vale
Вот мы только и запомнили, что в начале письма можно поставить Salve, а в конце Vale, и несколько крылатых выражений.
Мое любимое - Omnia mea mecum porto (все свое ношу с собой), но, «блеснуть» своей потрясающей «ученостью», случая не представилось.
И снова вспоминается Александр Сергеевич:
Никто меня не понимает, И молча гибнуть я должна...
Обучали нас этому мертвому языку довольно своеобразные дамы. Они преподавали латынь в мединституте, и по совместительству, просвещали нас.
Длилось наше обучение этому предмету всего лишь год, но преподаватели у нас менялись несколько раз. То ли нас не выдерживали, хотя вели мы себя хорошо, просто иногда задавали вопросы, на которые получали весьма странные ответы.
То ли «дамочки» просто не выдерживали дополнительную нагрузку, поскольку они явно уже не один год получали пенсию.
Мы пытались определить их возраст, но не могли, потому что одевались они так, как никто в то время не одевался. Были похожи на героинь из фильмов пятидесятых годов, - носили блеклые бесформенные платья и какие-то немыслимые шляпки. Прямо – «Муля, не нервируй меня».
Так вот, возвращаюсь к нашим вопросам. Один раз мы не поняли, как перевести предложение, и спросили у преподавателя.
Она нам переводит, – это Родос, это прыгай. Переспрашиваем, потому что не понятно, что за «это прыгай»?
Преподаватель начинает кипятиться. Говорит, что именно так и переводится, и ей непонятно, что нам непонятно. В общем, бестолковые мы.
Она перевела примерно так, как у меня однажды студент в колледже переводил текст. Он каждое слово записывал в его начальной форме, как в словаре. Например, - он быть читать неопределенный артикль книга (He is reading a book). И тоже сильно кипятился и доказывал, что он не виноват, что так в словаре написано.
Возвращаюсь к латыни, на самом деле, надо перевести так – здесь Родос, здесь и прыгай.
Эта фраза из рассказа о человеке, который приехал на остров Родос и хвастался на каждом углу своими потрясающими успехами в прошлом. А ему намекнули, типа, не надо рассказывать, давай-ка покажи!
Вот и возникает вопрос, зачем мы учили латынь?
И почему какая-то ерунда запоминается на всю жизнь? Я имею в виду – это Родос, это прыгай.
Лучше бы что-то полезное запомнить!