документы. Затем проводили их в специальную комнату. Пока шел досмотр, молодые люди не произнесли ни слова. В вещах Изольды был обнаружен… пакет с белым порошком!!!
— У нас никто этим не страдал! Это какая-то ошибка, — пытался оправдаться Островский.
В ответ была тишина. Он достал из бумажника двести долларов и положил их на стол. Один из молодых людей встал и открыл им дверь. Они ушли. Всю дорогу назад они ехали молча. Никто не мог понять, что случилось на самом деле. Островский лишь произнес:
— Следующий рейс будет через два дня. Улетим тогда. Тут захолустье, этим бойцам только и нужна сенсация: «Наркотики в багаже крупного бизнесмена Островского». Страсти улягутся, и мы улетим. А я пока по своим каналам пробью этих бойцов. Кто и что они? Девка еще эта! Привет из прошлого!!! Вашу мать!
***
— Риты что-то не видно, — поинтересовался Островский — Где твоя мама, сынок?
— Я вам не сынок. Вам шах. Мы весь день пытались переселиться, но нас, почему-то никто не брал к себе.
— Гм, любопытно, — пронеслось в голове Островского. Они вернулись в замок. Переоделись и решили узнать, как дела у остальных после столь необъяснимых событий, произошедших сегодня с ними.
Островский и его охранники сидели в беседке и играли с Лешей в шахматы. Кира растрезвонила повсюду о его успехах в этом деле, ну и любители игры заинтересовались. Вскоре подтянулись и Клара с Марком. Шел сильный ливень, и народ, гуляющий в парке, побежал скорей спрятаться в беседку.
— Итак, у нас ничего не вышло, — начала Клара, — довольно мистическая история произошла, И Клара рассказала все, что с ними было. Островский поделился своим «опытом».
— А что, сестры наши еще гуляют? — спросила Клара.
— Еще гуляют, — немножко с досадой произнес Леша, желая поскорее увидеть Киру. — Пусть гуляют, ведь отдыхать приехали, — сказал Марк, вбежавший в беседку следом за Кларой.
— Некоторые уже нагулялись от души, я смотрю, — Клара погладила его по голове, и было заметно, что делает она это, демонстративно показывая, что она и есть его хозяйка: и этого тела, и влажных волос и той капельки дождя, которая сейчас сбегала по груди Марка. Марк в ответ как-то стандартно улыбнулся и спросил у Островского:
— Ну что, я смотрю, вы проигрываете, Борис Аркадьевич?
— Да, этот парень не промах, — Борис Аркадьевич раскачивался в кресле и, наконец-таки, сделал следующий ход.
Дождь разыгрался не на шутку — настоящий летний ливень, брызги стали долетать и до стола.
— О, красавицы наши показались, — сказала Клара, указывая на бегущих к беседке, мокрых от дождя, Киру и Карину.
Островский поднял на них глаза и сказал:
— Ладно, позже обсудим.
— Ребята, мы все промокли, — радостно заявила Карина, вслед за ней вбежала Кира. Мокрые волосы ложились на плечи, белая блузка, промокшая до нитки, прилипла к телу, капли стекали по лицу — она была очень красива. Кира заметила косые взгляды на себе Марка, да и Островский, покусывая губку, не спускал с нее глаз. Неловкую паузу прервал Алексей Алексеевич — еще один промокший товарищ.
— Ребята, еле к вам добежал. Намок. Пойдемте ужинать. Я всем зонтики принес.
Отдыхающие как-то забыли на время про ночное происшествие, будто оно было в другой жизни, там, далеко где-то, когда-то ночью. То ли летний дождь смыл все кошмары. То ли старания Алексея Алексеевича дали свои результаты. Довольные, все вбежали в гостиницу под бурные восклицания; косой дождь все-таки намочил всех отдыхающих, и зонтики не сильно помогли.
— Ух, добежали, сильно промокли, — говорили то одни, то другие.
— Я хотела сказать, — прозвучал голос Риты. Все вздрогнули от неожиданности. Она стояла на втором этаже на лестнице и держалась за перила. Все замерли, глядя на нее.
— Я думаю, нам надо рассказать Кире, она все-таки следователь, зачем мы все здесь собрались, пока не поздно, — она хотела еще что-то сказать, но сделала шаг по лестнице и, споткнувшись, полетела кубарем вниз. От удара об мраморную лестницу из головы брызнула кровь. Такая теплая темно — красная кровь, напоминающая то ли вино, то ли вишневый сок, заляпала перила и ступени. С одной ступени она стекала вниз, капля по капле, капля по капле, капля по капле… От этой жуткой картины все вздрогнули. Женщины закричали. Рита, а точнее ее тело, наконец-таки, скатилось вниз. Всем казалось, что этим несчастиям не будет конца. К ней подошла Кира, пощупала пульс, — мертва! Звоните следователю!
— Кира, я поняла, — среди тишины закричала Карина, — вспомни, что у нее было написано на салфетке: «Я тебя с лестницы сброшу».
— О Господи, — все отшатнулись и уставились на Карину. И сразу как-то умолкли.
— Так, зовите управляющего, надо отнести тело в холодильные камеры, там низкая температура, — сказал Марк.
— До приезда следственно-оперативной группы нельзя, — тихо заметила Кира.
— Думаешь, приедут? — переспросил Марк. Кира покачала головой, мол, нет.
— Вот и я о том же, — сказал Марк.
Вскоре появился Алексей Алексеевич с двумя охранниками, взяли тело и отнесли в морозильные камеры.
— Так, значит, все начинает сбываться, — сказала Карина. Все молчали, ошеломленные случившимся. Кира быстро поднялась по ступенькам вверх.
— Масло, здесь разлили масло. — Тут появилась Люся, причитая:
— Ой, я там масло разлила, там, наверное, упасть кто-то может, нужно поскорее вытереть.
Все разошлись, одарив ее уничтожающими взглядами.
— Сука! — бросилась на нее Клара и вцепилась ей в волосы.
Остальные стали их разнимать.
— Это же она! Она! — кричала Клара, пытаясь вырваться из рук супруга и Карины.
Она растрепала Люсе волосы и порвала платье.
— Я … шла наверх… — Люся заплакала. — Вы бы хоть сказали, что случилось, прежде чем… — у нее подступил к горлу ком. Карина пошла на кухню за стаканом воды. Люся выпила и продолжила:
— Я пролила масло. Леша крутился под ногами, ну ребенок, ему скучно. Он может подтвердить, я не специально.
Леша стоял в стороне и пустым взглядом смотрел на лестницу, держа в руке шахматную доску.
— Это правда, — он поднял глаза на Киру и опять замолчал.
— Так или не так, но одно предсказание сбылось, — уже успокоившись, сказала Клара и затем, переведя дыхание, добавила:
— Люся, прости, нервы.
— Да ладно, — та отмахнулась, но по лицу было видно, что не простила.
— Давайте расходиться, — Кира присела на ступеньку. — Да, Люсь, вы вытрите, а то не дай Бог… еще кто-то.
— Да, конечно, — та вздохнула и направилась вытирать ступеньки.
Все потихоньку стали разбредаться по своим комнатам.
— Погодите! — остановила всех Кира. — А что все-таки вы должны мне рассказать?
Все как-то одновременно обернулись, задержали взгляд, потом пошли по своим комнатам.
Кира вздохнула и закрыла лицо руками. К ней подошла сестра, села рядом и обняла за плечи.
— Надо зайти в иннет, Гурин обещал сегодня дело сбросить, — вздохнув и вытерев слезы, проговорила Кира. — Меня тут всерьез никто не воспринимает.
— Ты погоди, сестренка, рано еще, ты себя проявишь, надо вот только время. — Карина обняла сестру.
— А времени, похоже, будет предостаточно. Слышала по телеку — уровень воды сильно поднялся. Боюсь, мы здесь надолго.
— Все, не кисни, сеструха, пошли спать.
***
— Гроза. — Алексей Алексеевич подошел к окну и раздвинул шторы. Он специально не стал включать свет, а включил на рабочем столе лишь лампу. Молния сверкала, казалось, в двух шагах от него. По подоконнику забарабанил ливень. Небо темное, даже не темное, а скорей черное, море штормит. Он опять подошел к столу и включил радио.
Объявлено штормовое предупреждение, уровень воды повысился. Такая ситуация продлится еще дней десять.
— Гм, десять дней, — сказал он вслух. — За десять дней от нас тут никого не остается. Да. По человечку в день.
Свет от лампы освещал книжные полки, ковер на полу. Ему нравилось здесь — тут ему было спокойно. Он залез в ящик стола и достал оттуда пачку Данхила. Достал сигарету, прикурил. Клубы дыма разошлись по всей комнате, он открыл окно. Взгляд его что-то привлекло. Он присмотрелся и увидел какую-то женщину в белом, в каких-то доисторических балахонах.
— Что она там делает в дождь? — подумал он.
Он бросился за ней. Быстро сбежав по лестнице, он оказался на камнях, ниже по уровню шел уже пляж, однако там подступала вода. Он прыгал с камня на камень и, наконец, увидел ее.
— Постой! Чего ты здесь ходишь! — Алексей Алексеевич сильно промок к тому времени.
Она обернулась.
— Нашли меня, да? — незнакомка ухмыльнулась.
— Ты? Это все-таки ты… Я так давно искал тебя,Наташа,.. ты пропала. Я могу к тебе прикоснуться? — спросил он.
— Гм, — она опять ухмыльнулась и закрыла зонтиком лицо. — Ты же знаешь, что мне надо? — голос звучал как-то таинственно и приглушенно. С этими словами она улыбнулась и шагнула с камня на камень.
— Покажи мне свое лицо.
Она держала зонтик так, что ее лица не было видно.
— Много денег получил с того, что я развлекала весь отель своими стуками по стенам?
— Я не виноват в твоей смерти. Уходи!
— Уйду, пойдем за мной. Зачем тебе мучиться, они все равно все сдохнут, иди за мной. Она заходила в воду все дальше и дальше. Какая-то необъяснимая сила и его тянула вперед.
— Неет!!! — он вздрогнул и проснулся. Над ним стоял маленький Леша со стаканом воды.
— Дядь Леш, Вы так кричали. Я решил войти.
— Мой мальчик, — он обнял его и почувствовал, что сделал это как-то по-отцовски. Спасибо тебе, — выпил залпом стакан воды и рухнул опять на подушку.
— Значит, она здесь!
— Кто она, дядь Леш? — Леша подошел ближе и склонился над управляющим.
— Она, она придет за каждым, — задумчиво произнес он, глядя в потолок.
— А кто она?
— Дюдюка! — прокричал Алексей Алексеевич. Схватив Лешу за талию, он забросил его себе на спину. Леша рассмеялся, и, довольные, они оба вышли в холл, где их звонкий смех холодно встретили другие отдыхающие, Клара и Марк.
— Не пойму причину бурного веселья? — надменно спросила Клара, сидящая в кресле и перелистывавшая страницы модного журнала.
Алексей Алексеевич поставил ребенка на пол и ответил:
— Все там будем, — и добавил уже тише, — дней так через десять.
— Я лично не собираюсь сидеть и ждать здесь смерти, а постараюсь отсюда выбраться, мы уж договорились с остальными: постараемся забраться через верх на гору и выбраться.
— Это плохая идея, — Алексей Алексеевич замер.
— Радуйтесь, не все нас поддерживают, вот сестры отказались.
По лестнице спускались сестры Кира и Карина.
— Ну есть же еще умные люди, оказывается, — парировал Алексей Алексеевич.
— А вы нам хотя бы поможете? — не успокаивалась Клара.
— Да, конечно, как-то сухо ответил он и собирался уже уйти, как увидел, что по лестнице спускаются еще и Островские с двумя охранниками.
— Мы… э, — стал говорить Островский таким голосом и с такой интонацией, будто он дает по ТВ интервью, — собираемся отсюда выбраться. Я вот тут нашел веревку и что-то типа снаряжения спасателя в горах.
— Борис Аркадьевич, идея плохая, вы видели, что за окном?
— Алексей Алексеевич, вам нравится ваша зарплата?
— Я иду, иду.
Вскоре все посетители были на улице, вышли даже сестры, желая остановить людей, чтобы не дать им допустить ошибку. Штормовое предупреждение было объявлено вчера не зря: ветер был сумасшедший, и ливень шел как из ведра, в минуты вся компания промокла до нитки.
— Кидайте петлю и затягивайте, — командовал Островский своей охране.
На высоком ухабе удалось закрепить петлю, раза где-то с шестнадцатого. Ее проверили, она оказалась прочной. Встал вопрос: кому все-таки лезть первому.
— Послушайте, это опасно! Здесь подвижный грунт, он смывается водой, вы оглянитесь, что происходит…
— Девочка моя! — Клара не дала договорить Кире, — я не собираюсь тут сидеть и ждать, когда меня грохнут. — Клара в гневе была страшна и производила впечатление человека крайне мало приятного, а сейчас, под проливным дождем, тем более, хотелось сразу в ответ замолчать и куда-то спрятаться. Кира стушевалась.
— Клара, ты самая легкая, все должно получиться, — к ней подошел Островский.
— Ну правильно, я согласна! — живо откликнулась она.
— А я нет, — крикнул Мрак, — ты легкая, тебя абсолютно не жалко!? Да, Борис Аркадьевич?
— Прекратите вы!
— Я лезу. Все, а то я умру от простуды под таким ливнем.
Она приступила к делу. Вскоре Алексей Алексеевич и Кира уже и засомневались в том, что они правильно их отговаривали, но на самом верху Клара поскользнулась на грунтовых почвах и полетела вниз!
Крик ее еще долго стоял у всех в ушах. Ее, Киру, затем Марка, Алексей Алексеевич всех затолкал назад, внутрь.
— Не может быть, Боже!!! — кричала Карина, — на моих глазах…
— Я же говорил!!! Боря, я же тебе говорил!!! — кричал Марк на Островского.
— Да, дела… — Борис Островский почесал свою лысину.
Все стали снимать с себя мокрую одежду, а вскоре Алексей Алексеевич принес и сухие полотенца.
Всем раздал, затем пристально взглянул на Островского и сказал:
— Если вы и дальше не будете меня слушать, я останусь без посетителей.
— Слушай, ты!!! Английский дворецкий!!! Ты типа невозмутимый!
— Послушайте, Островский! Вы здесь не ОЛИГАРХ… Олигофрен чертов!
— Что? — тот вскочил с кресла. И как же нелепо смотрится этот маленький человечек, угрожающий такому большому и красивому Алексею Алексеевичу.
— А то, что отсюда ты не выберешься, пока не уйдет вода. А значит, ты здесь такой же, как и все!!! И было бы неплохо, если бы ты об этом помнил!!!
— А когда выберусь? — зло ответил Островский.
— Если еще выберешься!
— Ты мне угрожаешь?
— Не кричите вы! — встрял уже Марк, — Боря, Алексей Алексеевич в чем-то прав. Давайте не будем ссориться, — он сел в кресло и вздохнул.
Кто-то включил радио.
— Неизвестна судьба отдыхающих отеля «Медвежий замок»… — Это был маленький Леша. Все на него обернулись.
— А чо без шахмат, Каспаров? — спросил Марк.
Он ничего не ответил и присел рядышком. — А что было написано у тети Клары на салфетке? — спросил он.
— Точно! — сказала Карина. — «Я тебя сброшу с горы». Господи, это убийство!
— Ну, какое убийство? Это несчастный случай, — пытался прекратить возможную панику Островский.
— Может, это ты, а, Боря? — привстал с места Марк.
— Ты чего?
— А того, ты ведь предложил ей лезть. А?
— Нет, ну это…
— Что это?
— Да прекратите вы! Все видели, что это несчастный случай! — закричала Карина.
— Ладно, Марк, сядьте! — усадила его на место Кира. — Совершенно очевидно, что преступник среди нас. Друзья, давайте вы начнете что-то рассказывать, чтоб вам можно было как-то помочь.
— Как?!! — крикнул Островский.
— Я все-таки лучшая студентка юрки. Ну ладно, давайте о чем-то договариваться! — Кира стала расхаживать из стороны в сторону.
— Ну, с другой стороны, другого следователя у нас нет, — сказал Марк.
— Да ну, это смешно! — крикнул Островский. Они с Марком переглянулись.
— Кто все-таки эта девочка? — спросила Кира. Все, как обычно, отмолчались.
— Вы знаете, у меня складывается такое впечатление, что все вы причастны к ее смерти! Каждый в какой-то степени!
Все молчали по-прежнему. Кира, фыркнув, махнула сестре, и они направились в номер.
Она рухнула в кресло и с задумчивым видом стала рассуждать.
— Ну вот смотри, сестренка: их связывает какая-то тайна, скорее всего, они виновны в убийстве этой девушки, только каждый по-своему. Убил ее, конечно, нанятый человек. Но кто-то это все знает и молчит.
— Шторм продлится еще девять дней, — сказала Карина, заваривая чай. Небо затягивало тучами. Карина задвинула шторы и включила свет.
— Да, как раз девять дней… сорок дней.
— Да ну тебя! — отмахнулась сестра.
— Вот смотри: в списках не было тебя, меня и Леши. Остальные все были.
— Нет, Кир, не было еще Алексея Алексеевича.
— Может, все-таки он? Он ее любил.
Видишь, — сестра присела рядом, — у нее был роман с Островским. Но тот почему-то молчит.
— Понимаешь... Закипел уже чайник, нальешь чайку?
— Пока мисс Марпл работает, я с удовольствием, — Карина встала и направилась наливать чай.
— Ты хоть не поддевай. В меня и так никто не верит.
— Нет, я по-доброму. Сеструха, я в тебя верю! — сказала она с юмором. — Но шутки шутками, а держаться надо как-то вместе, — добавила уже серьезней.
Девочки устроились за столиком и принялись пить чай.
— Да, так вот, если это и убийство Клары, то кто мог просчитать, что мы будем пытаться выбраться, и что именно Клару пустят первой? А потом Рита.
— Ты тоже думаешь, что это убийство? — перебила сестра.
— Я прикидываю: рассчитать, чтобы Рита прошла именно по этому пути, разлить масло? Не знаю я, все как-то уж заумно и маловероятно. С Ритой, скорее всего, несчастный случай.
— Да, это верно. И если это так, то удивительно просчитанная ситуация. Итак, нам надо найти ответ на несколько вопросов:
— Кто эта женщина в белом?
— В этих балахонах? Может, тебе привиделось?
— Нет, Нет, Каринка, все так.
— Что за обрезок трубы и вялая гвоздика, найденные на месте преступления?
— Угу.
— Кстати, о месте преступления, пошли-ка туда сходим.
— Зачем, Кир?
— Да идем же.
Они аккуратно сняли печать Гурина и вошли внутрь.
Предчувствия Киру не обманули, на стекле, где жертва помадой написала несколько имен, напротив имен Клара и Рита стояли галочки.
— Ничего себе!!!
Вернувшись в номер, Кира приоткрыла окно: дул сильный ветер и шел ливень, капли с такой силой барабанили по подоконнику, что казалось, от него ничего не останется. И вдруг… Перед ней возникла чья-то голова за окном.
— Ой!!! — приглядевшись, она узнала Алексея, своего нового знакомого. Он висел, ухватившись ногами за какой-то длинный сук на дереве. Висел вниз головой.
— Кир, привет. Я соскучился!
— Ты меня напугал до черта!!! Леша, ну!!!
— Поцелуй меня.
Она подошла поближе и нежно поцеловала его в губы.
— Ух, как сладко, — застонал он. — Как ты?
— Хреново, у нас труп за трупом.
— Твою м… — хотел выразиться Алексей, но его сильно пошатнуло.
— Леша! — вздрогнула Кира.
— Ничего, ничего, держусь. Все нормально.
— Это же очень опасно! Ну зачем ты! — она ухватилась за голову.
— Я соскучился. Я очень соскучился. Я целый день не видел тебя, в легком летнем платье, причем просвечивающемся.
— Перестань, — Кира засмущалась.
— Ладно, чем я могу тебе помочь? Кира, забрать я тебя отсюда не смогу. Сорвемся, подо мной пропасть.
— Фото девушки, покажи его бабе Маше. О той ли она нам рассказывала, — она протянула ему снимок.
— Ага. Я принес тебе трубу, тут Билайн, у тебя связь будет.
— Да тут ни черта не ловит!
— Билайн брать будет. Вот посмотришь.
— Спасибо, я тогда Гурину позвоню.
— Это еще кто такой? — шутливо-ревнивым голосом спросил Алексей.
— Это следак. Леша, ты так не рискуй, ты можешь запросто сорваться.
Мысли материальны, Алексей сильно пошатнулся, но смог ухватиться за соседний сук и удержался.
— Кира, прости, я назад, — он прыгнул в воду, а позвонил ей уже с берега.
Она принялась, наконец-таки, читать дело, которое ей перекинул Гурин. Впрочем, вскоре он и сам позвонил.
— Кира, это Гурин, как ты?
— Хреново, если честно.
— О, женщина не лицемерит. Ладно, держись. Вообще, салфетки были написаны до приезда в отель. Ни один почерк не совпал. По крайней мере, ты знаешь, как будет действовать убийца.
— Ни хрена я не знаю. Ладно, до свиданья.
Она не стала дожидаться ничего в ответ и положила трубку. Весь оставшийся день она провела за изучением дела. Перед ней проходили все его фигуранты: и Яшка-дворник, и девицы, обижавшие его презрительным отношением, а кто-то из них еще и умудрялся дразнить его. Вот тех он как раз и отправлял на тот свет. По почерку убийцы, по его характеру, Кира быстро сообразила, что труп, найденный у них в замке, не его рук дело. Почему же все списали тогда на него и сделали это очень топорно, она не понимала. Обитатели отеля держались, в основном, по двое — по трое и были друг у друга на виду. Кто-то из них выходил на балкон, весь залитый водой, и от сильного ливня вбегал назад, кто-то просто стоял у окна, как, например, маленький Леша. Алексей Алексеевич весь день просидел у себя в кабинете. Кира же, дождавшись сестру, которая пришла с неутешительными новостями об уровне воды, отложила дело в сторону и укрылась одеялом. Через минуту к ней пришел сон.
***
— Люсь, нальешь мне чашку кофе, — сонный Леша подошел к Люсе, которая в тот момент убиралась на кухне.
— Давай, кофейку хочешь? — Люся улыбнулась.
— Я люблю кофе.
— А какой ты любишь? — Люся вытерла руки о полотенце и подошла к окну. — Опять ливень, когда же все это закончится. Тебе сильно страшно?
— Да уж… — Леша не смог ответить, оттого что Люся закричала во всю глотку.
Он подбежал к ней. У основания скалы, с которой вчера упала Клара, сидела она, Клара. На ней была шляпа женщины в белых балахонах, а на шее — табличка, на которой было написано чем-то красным: «Я была идейным вдохновителем». Вскоре на кухне оказались и все остальные, разбуженные таким криком. Тело Клары постоянно омывали волны, от этого картина становилась еще более жуткой.
— Садист и зверь!!! — прокричала Люся. — Так издеваться над женщиной… над трупом! Кто это, признавайтесь, кто?!! — кричала она что есть силы. Алексей Алексеевич быстро накапал ей валерьянки. Люся выбила из его рук лекарство. Тогда то же сделал маленький Леша, она взяла стакан, и он спокойно отвел ее в сторону и усадил на диван, присев с ней рядом.
— Хочешь, я тебе кофе сделаю? — спросил он, погладив ее по спине.
— Я… — она плакала, — кофе не люблю, — продолжала она рыдать.
— Ничего, ничего, я тебе хороший сделаю, вот успокоишься.
Достать труп Клары так и не удалось, как ни старались. И как-то пытались не заглядывать в то окно, чтоб лишний раз не шокировать себя. Все разбрелись по своим комнатам. Охрана Островского не отходила от него. Ходили за ним, практически, по пятам, оставляя в гордом одиночестве лишь в туалете. Маленький Леша перебрался в комнату к Алексею Алексеевичу, так как ему одному было страшно, да и потом, за ним надо было кому-то приглядывать, а так как Алексея Алексеевича не было в списке, то Леша на это согласился. Он то по хозяйству ему поможет, то в кладовку слазит вместе с ним. Где-то что-то надо было подмазать, подкрасить: то дверь просела, то рамы скрипели. Жизнь в отеле надо было поддерживать, а остальные, видя все это, как-то приободрялись. А поскольку никого из техслужб вызвать было невозможно, они ковырялись в этом во всем вдвоем. Сестры тоже старались держаться вместе, хоть их и не было в списке, но мало ли что… Ближе к середине дня окончился дождь, на небе выглянуло солнышко, что, в общем, и подняло немного настроение окружающим. Захотелось выйти из своих комнат и прогуляться, хотя бы по тому же отелю.
— Каринка, давай пройдемся.
— Куда? Кир.
— Да хотя бы по этому замку. Сидеть в одной комнате! Уже не могу, она специально так сказала и часто повторяла это, чтоб подчеркнуть то, что ей уже невыносимо сидеть в четырех стенах. Леша их покинул, они пригласили его к себе в гости, а он пошел, вероятно, тоже пройтись, или к Люсе. Он задолбал ее рассказами о кофе, но она делала вид, что ей интересно. Остальные же торчали в своих комнатах. Охранники по очереди дежурили у Островского: второй был свободен, когда первый нес вахту, и в это время мог заняться чем-нибудь. Марк не выходил из своего номера, и было непонятно, чем он там занят. Он принимал лишь пищу да просил принести ему диск с каким-нибудь фильмом. Но тут солнце позвало всех. И все вылезли из своих нор, спустились
Автор Алексей Мухин