— Добрая, но строгая, — опять повторил Светобор, когда вышли из дома, — пойдем поговорим с теми, кто купил побрякушки у мастерицы.
— Красивые вещи делает, талант надо иметь, чтобы такую красоту сотворить, — похвалил Ян.
— Согласен, не каждому дано овладеть таким ремеслом.
— Может, кто мастерству позавидовал? — предположил Ян.
— Не думаю, — покачал головой старец, — Горбатый люд о таком не думает. У них тяга к земле, к тяжелой пахоте. Горшки обжигать или подковы гнуть для лошадей — вот верх искусства для горбатого люда.
— Но почему так? — удивился Ян.
— Не знаю, природа горбатого люда такая, видать: не особо в тонкие материи вдаваться.
Из рассказа дочки выяснили, что продано было всего три вещи: кольцо, бусы и пряжка на пояс. Кто купил, тоже было известно: пасечник — кольцо для невесты, бусы и пряжку — семья старосты деревни.
Пасечник Митрофан был очень доволен покупкой. Невеста его, Серафима, была девушка красивая, но «с характером», как описал ее сам жених. Просила кольцо подарить на свадьбе с ярилунтом — самым дорогим камнем, какой можно найти в землях Королевства. А иначе, сказала, свадьбе не бывать.
Ярилунт был редким и очень красивым минералом, сверкающим и ночью, и днем, прозрачным и в то же время отражающим свет тысячами лучей. Ярилунт еще называли земной звездой. Находили его в глубоких карстовых колодцах, в которых зачастую водились пауки и змеи. Самый большой ярилунт был найден в Змеиной пещере, кишащей ядовитыми гадами. Вынести камень получилось только тринадцатому ходоку— остальные так и не вышли, погибли от укусов змей.
— Где же ты столько денег заработал, что ярилунт купить смог? — удивился Светобор.
Митрофан загадочно улыбнулся, огляделся вокруг, подошел ближе к мальчику и старцу и шепотом раскрыл секрет:
— Сударыня Есения подсказала мне это кольцо. Здесь не ярилунт стоит, которого ни я, ни Серафима в жизни не видели, а подделка под него, называется фигастеклит. Отражает солнце тоже очень ярко. Сударыня Есения сказала, что днем ярилунт и фигастеклит не отличить человеку несведущему, а ночью... ночью нам не до колец с любимой будет.
— И за сколько ты купил колечко это? — в голосе старца промелькнула нотка осуждения.
— Дорого! Но на ярилунт мне за всю жизнь не заработать. А так все счастливы.
Когда Светобор с Яном попрощались с пасечником и пошли искать старосту Кувшиновки, ведун прокомментировал недавний диалог:
— Есения, конечно, не обманула пасечника в том, что фигастеклит часто выдают за ярилунт, но взяла столь завышенную цену за битую стекляшку, что проклятие заслужила.
— Но Митрофан не знает реальной стоимости кольца. Он доволен покупкой, — Яну стало грустно и неприятно, что Есения, такая мастерица, так гнусно поступила с покупателем.
— Да, — крякнул Светобор, — влюбленный жених счастлив, что угодил невесте. Остается надеяться, что Серафима никогда не узнает о подлоге, а то свет любви померкнет как фигастеклит в темноте.
Староста был очень занятым человеком, встретить его удалось по дороге в деревенский кукурник. Яну было не привыкать ходить сверхбыстрым шагом. Придерживая одногорба, обвивавшего его лапками за шею, мальчик вприпрыжку догонял двух мужчин, которые прямо на ходу вели разговор.
— Вредная эта сударыня Есения! Второй раз к нам в деревню приезжает, могла бы уж и дешевле товар отдать. Я сам не падок на эти цацки. Жена пристала: «Купи да купи!». И чтоб комплектом было, главное: ее бусы и моя пряжка на поясе. Можно подумать, так никто не знает, что мы пара. Тьфу! Показуха! В общем, торговка цену не скинула. Еще и хотела жене вторые бусы навязать, желтые такие, мелкие. Ладно я вовремя разглядел, что это окаменелые черви-глиногрызки. Даром нам такого добра не надо!
— Так вот почему Хордик хотел съесть те бусы! — вспомнил Ян.
Его замечание прервало скорую ходьбу. Староста встал и грозно нахмурился:
— Может, мне сударыню эту сейчас же выдворить из Кувшиновки?! Раз опозорить меня и мою семью намеренье имела?!
— И так лежит почти при смерти. Дай хоть оклематься ей, — заступился Светобор.
— По делом ей! — в сердцах сказал староста, делая шаг дальше к кукурнику. Но все-таки помедлил и добавил, — А вообще, нехорошо, что она в нашей деревне подыхать надумала. И вообще – нехорошо.
— Подлечим. Как-нибудь на ноги поставим, пообещал Светобор и попрощался с посуровевшим старостой.
После этой встречи торопливо вернулись в дом, где гостили Есения с дочкой.
— Расскажите, сударыни, где вы материал, на желтые бусики взяли? — с порога задал вопрос ведун.
— В Вишневке, помниться, были, — Велесна неуверенно пожала худенькими плечиками, — матушка браслетики у местных детей увидела, понравились ей. А потом откуда-то у нее тоже такие бусины появились. Много. Пока ехали на ярмарку, в Травниках да Синеглазовке распродали почти все. Одна вот нитка осталась.
— Опять! Отстань от меня! — вдруг начала стонать больная, — Уйди, чудовище косматое!
— Матушка, что случилось?! Боль усилилась?! — Виля бросилась к матери, упала перед постелью на колени.
— Боль! Больно мне – сил нет! — женщина стала метаться по лавке, кататься из стороны в сторону, поджимая ноги и хватаясь за живот, будто хотела вырвать нутро свое.
— Сделайте же что-нибудь! Помогите! — девочка, обливаясь слезами, бросилась к ведуну.
— А-у! — неожиданно ответил старец. И замер на месте, только озираясь по сторонам, — Аау!
— Ау-уу, Ау-уу, Ау-уу! — словно эхо ушло в трубу.
— Бегом на улицу! — скомандовал Светобор.
Он осветил посохом крышу дома. Никого не было видно. Сумерки только сгущались в небе, опадая тенью на Кувшиновку.
На крыльцо соседнего дома вышел хозяин постоялого двора. Мрачная его физиономия выражала недовольство от хлопотных постояльцев.
— Что? Никак усмирить сударыню нельзя? — через двор громко спросил он Светобора.
— Запрягай телегу, мил человек! — также громко откликнулся ведун, — Везти ее надо в Вишневку.
— Зачем это? Она ж помрет по дороге!
— Прощения ей надо попросить. Дотерпит до места, коли жить хочет.
Грузили среднекрылую мастерицу втроем: хозяин, Светобор и сосед – чтоб крылья не обломать. Ее кибитка, в которой она путешествовала с дочкой по Королевству, была с крышей и лавками, но вмещала максимум троих. Потому взяли открытую телегу. Больную положили на сено. Рядом уместилась Виля, положила на матушку ручку, приобняла. Напротив нее сели Ян с одногорбиком и Светобор. Хозяин сам сел на передок управлять двумя холеными пегими в яблоках меринами.
— Знаю короткий путь, но опасный он даже днем, — с неохотой поделился горбатый, обращаясь к ведуну.
— Чем опасный? — живо подхватил Светобор.
— Болотные топи, где мертвецов хороним. Пешком пройти можно. А телега тяжелая. Утонет.
— Я пролететь могу, — откликнулась Виля.
— Я тоже, — Ян решил не отставать, тем более он уже разглядел, что крылья девочки были меньше и тоньше, чем у него.
— Ну и мы переберемся, — решил Светобор, — Гони быстрее!
Ехали по узенькой ухабистой лесной дороге. Временами в густой сосновой чаще мелькали быстрые тени: пугливые животные убегали подальше от шумных людей. Одногорб несмотря на тряску уснул. Больная тоже была в забытье. Ведун перед дорогой сунул ей за щеку какой-то предмет, предварительно нашептав на него. Ян в темноте не разобрал, что это было, но решил узнать позже.
Ближе к болоту, когда лес стал отступать, а под колесами телеги отчетливо послышались хлюпанья и чавканья влажной почвы, Светобор велел вознице притормозить. Сам спрыгнул с телеги и пошел в сторону камышей.
— Куда он? В темноте сгинет же! — пискнула Виля, как мышонок, напуганная дорогой через ночной лес.
— Светобор не сгинет! — уверенно ответил Ян громким шепотом, поглаживая завозившегося на коленях зверька, — Он знает, что делать!
Сквозь хор лягушачьих трелей и стрекот кузнечиков слышно было, как ведун с кем-то общается, только слов не разобрать. Ветер неспешно пробежался по траве и кустарникам. Ухнул где-то в кромешной тьме леса филин, отозвалась ему болотная цапля. Ян пристально всматривался в еле различимые заросли камышей, туда, где тьма поглотила старшего товарища. Мысленно он призывал Светобора вернуться скорее, а сам был готов по первому зову бежать на помощь.
Но все обошлось. Седовласый бодрый старец с прямой осанкой появился из темноты также внезапно и плавно, как до этого растворился в ней:
— Так, молодежь. Вы на всякий случай перелетите. А мы поедем через болото.
— Да-к утопнем! — возмутился мужик.
— Не боись, будет дорога! — ободряюще хлопнул его по плечу ведун, — Но двигаться надо быстро. И по сторонам не зыркай. Вперед смотри только, на лошадок. Уяснил?
Продолжение следует...
#фэнтези#приключения#славянскийфольклор#страшныесказки#страшныеистории